Цитаты из книг автора «Том Чатфилд»

AllTrials — международная инициатива

Это явление называется публикационной ошибкой.

Пока мы не научимся честно признавать, что не заметили приближающегося события, мы никак не сможем развивать способность предчувствовать и предотвращать различного рода угрозы.

Ретроспективные искажения особенно опасны, поскольку мы не можем не корректировать свои первоначальные ожидания задним числом. При ретроспективном взгляде жизнь погибшей знаменитости превращается в исследование душевного расстройства, депрессии и зависимостей, которые в итоге ее и погубили. При ретроспективном взгляде детство убийцы и взаимоотношения его с родственниками кажутся свидетельствами психического отклонения.

Ретроспективное искажение тесно связано с оценкой по результату и ошибкой выжившего и проявляется в тенденции оценивать события как предсказуемые и неизбежные после того, как они произошли, хотя в действительности они были непредвиденными.

В начале книги я описывал одно из проявлений этого заблуждения — ошибку выжившего, заключающуюся в учете одних лишь удач и игнорировании неудач. Это в особенности касается преуспевающих корпораций и очень богатых людей, поскольку альтернативные истории в их сфере деятельности остаются невидимыми. Все знают о Google и Apple, но не существует списка тысяч аналогичных стартапов, быстро потерпевших крах, или миллионов компаний, которые так и не были созданы. Выжившие счастливчики бросаются в глаза и бесконечно изучаются в качестве примера, хотя в действительности они настолько редки, что исключительно из их опыта практически невозможно извлечь ценные уроки.

Это так называемая предвзятость результата. Когда результат известен, мы склонны воспринимать прошлое как повествование, неизбежно ведущее к этому исходу, упуская из виду неопределенности и возможности, имевшиеся в то время. Однако качество решения зависит не только от конечного результата, но и от учета сопутствующих ему обстоятельств.

Принципиально важно понимать это, переходя к оценке того, что значит следовать той же стратегии год за годом.

В этом великолепном примере пять из шести историй ведут к богатству, а одна — к смерти. В реальном мире мы сможем наблюдать лишь одну из них — ибо не видим нескольких параллельных реальностей. Если кто-то из игроков выживет, мы, глядя на них самих и на их деньги, рассудим, что они поступили правильно. О тех, кто умрет, мы даже и не узнаем. Только рассмотрев все варианты параллельно, можно построить точную модель следования данной стратегии: одна смерть на каждые пять жизней.

Представьте, что некий эксцентричный миллионер обещает вам миллион долларов, если вы сыграете в русскую рулетку. В барабан револьвера на шесть патронов случайным образом заряжается только один, вы должны нажать на спусковой крючок. В пяти случаях из шести вы получаете миллион. В одном из шести — умираете. Теперь представьте, что имеете возможность играть в эту игру раз в год на протяжении всей жизни. Как по-вашему, выгодное предложение? Очевидно, это ужасная (и пугающая) идея, но и прекрасная иллюстрация того, что Талеб называет принципом альтернативных историй, которые он считает «невидимыми» для нашего обыденного мышления.