Глава 4

Зал затих, когда объявили о начале выхода танцовщиц. Прозвучали барабаны и в ход пошли нежные звуки дудочек.

Зал снова зашумел, когда, держась за руки в танце, вошли девушки. Они были босыми, на лодыжках висели красивые ожерелья. Танцовщицы порхали в воздухе, словно бабочки, под теплым солнцем в безветренную погоду. Молодые девушки двигали нежными кистями, будто что-то прекрасное рисуют в воздухе.

Старики продолжали все шептаться в дальнем углу зала, в отличие от молодежи, которая в окружении императора лицезрела прелестную и соблазнительную красоту юных дев.

– А они могут возбудить аппетит, – Диоклетиан шепнул на ухо Констанцию.

– Тебе, говорят, приготовили подарок, повелитель, – отреагировал генерал.

– Какой еще подарок? – повернулся он к генералу.

– Непокорных дев-христианок подадут к бане.

– Рабыни?

– Нет. Осужденные, – ответил Констанций.

– Красивые?

– Из всех осужденных подобрали пять самых красивых, – ответил генерал.

– Говоришь так смачно, что уже видел их! Говори, где они?!

Императору не нравилась легкая добыча. Он предпочитал, когда жертва сопротивлялась и давала отпор. Только после окончательной и безоговорочной капитуляции солдат радовался военному трофею. Эта приятная новость вскружила ему голову. Кровь хлынула в его органы, и он не устоял.

– Покажи мне, где они! – прокомандовал Диоклетиан.

– Ну вот, весь сюрприз раскрылся. Впрочем, первый выбор за тобой. Что оставишь – для других. Пойдем.

– Ты все отказываешься сам позабавиться?

– Мне хорошо и с моей супругой, – на лице Констанция появилась редкая улыбка.

Они покинули зал и проследовали по слабо освещенным каменным коридорам в здание минеральных бань.

Перед дверями одной из комнат, которая служила местом переодевания, стояли два вооруженных охранника. Увидев высших сановников, они поприветствовали их и расступились, раскрыв двери.

В комнате, рядом с деревянными полками и сидениями, стояли пять девушек в черных длинных широких туниках, затянутых на поясах толстой коричневой шерстяной веревкой.

Увидев мужчин перед собой, все дрогнули и опустили головы вниз.

Диоклетиан подошел поближе и стал рассматривать каждую в падающем тусклом свете от маленького открытого окна. Снаружи уже темнело, и в комнате стало мрачновато.

– Зажги факелы, – обернулся монарх к подчиненному.

Генерал быстро осветил комнату. Диоклетиан теперь вплотную подошел к каждой девушке и стал поочередно поднимать нежно их подбородки. Он аппетитными глазами всматривался в лица девушек, почмокивая, будто наслаждается вкусной едой.

– Хороши, нет слов. Итальянки?

– Наши. Христианки с юга. Арестованы и наказаны для ударов палками.

– Ну… Зачем портить такой товар.

– Хочешь всех, мой господин? – выпрямился сзади генерал.

– Нет. Только с ней. Она неотразима. Первый раз вижу такую красоту.

– Как тебя зовут, женщина? – он положил свою руку на плечо одной из девушек для будущих потех и стал медленно гладить.

– Рипсимэ, – она гордо посмотрела на властелина мира и вздернула нос.

– Необычное имя. Ты не рабыня. Из богатой семьи?

– Из богатой, разоренной семьи, – ответила Рипсимэ.

– Где родители?

– Убиты. Они, как и я, приняли христианство.

– Ты мне очень нравишься. Я хочу овладеть тобою сегодня же.

Диоклетиан повернулся к генералу и грозно выронил:

– Распоряжайся с другими, как хочешь. Но эту… За нее отвечаешь лично! Доставь мне ее чуть позже в мою баню.

Император резко обернулся, махнул перед ногами краем своей тоги и пошел к дверям.

Диоклетиан вернулся снова в зал музыки. Чуть позже к нему присоединился и Констанций. Они продолжили наслаждаться красивыми сексуальными движениями танцовщиц, выпивая вино и ожидая, когда приготовят им финальную фазу развлечения – баню с девами только для избранных.

Через некоторое время император повертел своим носом полулунной формы, окинув взглядом весь зал.

– Где Тиридат? Я его уже не вижу.

– Я его тоже здесь не вижу, – сухо ответил генерал.

– Наверное, спрятался где-то и читает свои глупые книги, – рассмеялся Диоклетиан.

Констанций посмотрел строго на императора и выдавил на лице улыбку.

Но Тиридат не читал книгу. Он бы и дальше наслаждался любимой музыкой, но его тайком отвлек управляющий банями старик Адолфус.

– Нам нужна твоя помощь, Тиридат, – шепнул ему Адолфус на другом конце зала.

– Что случилось?

– Ты, говорят, ученый человек. Может быть, и в медицине разбираешься?

– Разбираюсь. Может, скажешь, наконец, что стряслось?

– Следуй со мной, пожалуйста. Да так незаметно, чтобы император не заметил.

Последние слова ошарашили молодого царя. Он, как просил хозяин бань, незаметно для других, которые продолжали наслаждаться представлением, юркнул в коридор.

– Пойдем со мной, – подманил его рукою Адолфус.

Вскоре они прошли мимо двух охранников и оказались в комнате, где недавно Диоклетиан выбирал себе предмет телесных наслаждений на вечер.

В комнате на полу лежали пять девушек и тихо стонали от боли. Они все сжимали ладонями свои животы, чуть корчась от боли.

Тиридат быстро опустился на колени и стал рассматривать девушек.

– Быстро мне лампу! – прокомандовал он.

Банщик немедля принес ему светильник.

Тиридат стал рассматривать их лица.

– Покажи мне свой язык! Высунь его! – прокомандовал он одной из девушек.

Та неохотно высунула язык.

– Голова кружится?

– Да, – еле выговорила одна из девушек.

– Что с ними, Тиридат? – шепнул ему на ухо Адолфус.

– Язык обложен красным цветом. Предполагаю, отравление.

Тиридат привстал и бросил сверху взгляд на лежащих на боку девушек.

– Кто из вас главная?

Через короткое время одна из них выговорила:

– Я… Я главная.

– Как тебя зовут?

– Рипсимэ.

– Что-то пили недавно? Или ели?…

– Не помню. Прости… – она стала дальше стонать.

Тиридат начал нервно играть своей бородкой.

– Что делать, Тиридат?

– Надо срочно всех везти в лазарет!

– Это невозможно!

– Почему? – грозно повернулся Тиридат на банщика.

– Диоклетиан… Он… Эти девушки для него и для сенаторов… Понимаешь?

– Понимаю. И что с этого?

– Если они узнают, что девушки не здесь, мне несдобровать.

– Адолфус, как ты думаешь? Эти девушки… Они им нужны живыми или мертвыми?

Банщик чуть отступил назад и, расставив руки, улыбаясь, ответил:

– Пока живыми. Потом не знаю…

– Они могут сейчас тут умереть, если мы не сделаем в лазарете им срочное промывания желудков.

– Тогда, может, доложить императору?

– Зови сюда солдат.

Тот побежал за двери и вскоре вернулся с двумя охранниками в форме легионеров.

Тиридат бросил на них грозный взгляд.

– Эти девы с минуты на минуту умрут. Хотите избежать гнева господ? Ведь это по вашей вине. Не усмотрели, как следует, за ними!

– Как нам быть господин?! – с ужасом на лице молодые неуклюжие стражники посмотрели на будущего царя.

– Я всех срочно забираю в лазарет. Возможно, удастся хоть кого-то еще спасти. Когда я с ними отъеду из заднего двора, осторожно уведомите сначала Констанция о случившемся.

– Он нас прикажет казнить, – кое-как выронил один из солдат.

– Скажите, что Тиридат сказал, что девы были отравлены уже до их приезда сюда. Так что вы не виновны. Я подтвержу свои слова позже. Передайте генералу, что я лично взял на себя ответственность по увозу девушек к врачам. Теперь помогите мне отнести их к повозке.

Глава 5

Было уже темно, когда закрытая матерчатой тканью повозка с двумя лошадьми тронулась с места.

На этой повозке торговец по имени Велиус привозил по праздникам сюда в атриум для поваров заказанные продукты питания. Теперь Тиридат наказал ему доставить его с пятью больными девушками в один из главных лазаретов Рима.

Тиридат сидел рядом лежащими девушками в обозе и взволнованно наблюдал за ними.

– Рипсимэ! Ты меня слышишь?

Девушка открыла глаза и посмотрела на него.

– Ты и девушки приняли смертельный яд?

– Мы… Мы ничего не принимали, – девушка покачала головой в стороны.

– На твоих пальцах следы такого же цвета, что у вас на языках. И следы эти только на твоих пальцах. Значит, ты собственноручно давала им в рот. Это смертельный яд, я повторяю свой вопрос?

Рипсимэ слегка отвернула голову от рядом сидящего парня и ответила:

– Может быть смертельной…

– Зачем ты это сделала?… Ведь можешь погибнуть?

– Так будет лучше. Я христианка. Моя душа обвенчана с Христом, и он ждет меня на небесах.

– Ты так спешишь к нему попасть? – слегка улыбнулся Теридат.

– Я хочу попасть к нему девой…

– Понятно. И другие девушки… Тоже обвенчаны с Христом?

– Да, – выдохнула девушка.

– Не много ли жен у вашего Христа в раю будет? – теперь Теридат едва удержался от смеха.

– Там на небесах нет плотских утех. Мы будем только нашими душами друг с другом связаны. Мы будем не мужем и женой, братьями и сестрами.

– Жаль… Очень жаль?

– Что жаль? – она повернулась к своему спасателю и посмотрела ему в глаза.

– Ты могла бы осчастливить кого-нибудь из мужчин здесь, на Земле, – чуть с грустью он посмотрел на странную девушку. – Не справедливо получается. Все красивые девушки достаются этому вашему Христу.

– Я не знаю, как тебя зовут. Ты добрый парень. Сейчас все на нас смотрят волчьими глазами.

– Меня зовут Тиридат. Вас – ты имеешь виду христиан?

– Тиридат… Я слышала о тебе. Ты придворный императора и царь Армении.

– Это так. Я должен завтра вернуться на родину. Ты не ответила на мой вопрос, Рипсимэ.

– Идет травля на христиан. Нас мучают в тюрьмах, насилуют, убивают. Ты язычник. Тебе лучше понять, за что нас так ненавидят. Теперь прости. Мне сложно говорить.

– Отдохни. Мы скоро будем на месте.

Обоз вскоре начал проходить по улицам Рима. Город уже был почти пустым. Лишь рабы шныряли по кварталам, очищая улицы от дневной торговли маленьких городских базаров. Они выкрикивали друг друга, деля между собой ночную работу.

Обоз остановился перед зданием на другом конце города. Здесь по приказу прежних императоров были сооружены канализационные отводные каналы, для лучшего очищения от нечистот, идущих от раненых и больных лазарета.

Тиридат приказал извозчику ждать на месте, а сам пошел вовнутрь искать знакомого врача.

Тиридат застал доктора возле одного из пациентов. Он очищал ему рану ампутированной культи руки. Бывший уже легионер стонал от боли, когда врач поливал ему рану отварами из антисептических трав. Помойная вода стекала в медный таз, стоящий рядом с кроватью.

Комната, где лежали десять пациентов, слабо освещалась масляными лампадами. Врач, увидев тень, обернулся.

– Ты меня напугал, Тиридат. Что, пришел помочь?