Но как бы там ни было, а Каупервуд не считал себя обреченным человеком.
– Джентльмены, – сказал он, заканчивая свою речь, не менее четкую, самоуверенную, независимую и убедительную, чем всегда, – вы видите теперь, как обстоит дело.
О проекте
О подписке
Другие проекты