Цитаты из книг автора «Теодор Драйзер»

Взаимное влечение и физическая близость составляют столь неотъемлемую сторону брака и вообще всякой любовной связи, что почти каждая женщина следит за проявлениями чувства у своего возлюбленного примерно так, как, скажем, моряк, плавание которого зависит от погоды, следит за барометром.

Жизнь в общении индивидуальностей

Этой темой – вполне заурядный человек перед лицом нравственного соблазна, толкающего его на преступление, – американский писатель и журналист Теодор Драйзер интересовался давно. Еще с начала 1890-х годов он стал собирать газетные вырезки, посвященные историям убийств, совершенных бывшими любовниками, когда прежнее увлечение становилось помехой на пути к выгодному браку.

Каупервуд, безжалостно подчинявший своим желаниям всех и вся, был порою не чужд сострадания – впрочем, столь же эфемерного, как мост, перекинутый радугой через пропасть.

Подводя итог, что же нам сказать о жизни? «Покоя, покоя, отдохновения…»? Решим ли мы упорно бороться за то равновесие, которое, как мы знаем, должно наступить и – будем мы бороться за него или нет – все равно наступит, чтобы сильный не мог стать слишком сильным и слабый – слишком слабым? Или, быть может, пресытившись тусклой обыденщиной, скажем: «Хватит. Мы хотим достичь или умереть!» И умрем? Или будем жить?

Недурная погодка для совещания. Мне еще никогда не доводилось видеть такого количества соломенных шляп на чьих-либо похоронах. Насколько я понимаю, сегодня вы собрались здесь, чтобы похоронить меня. Итак, чем могу служить?

– Но так не должно быть. Это неправильно. Я не могу выйти замуж за вас, вы слишком молоды. – Не говорите так! – властно произнес он. – Это сущие пустяки. Я хочу жениться на вас, и вы знаете об этом. Вопрос в том, когда это будет. – Что за глупость! – воскликнула она. – В жизни не слыхала ничего подобного! Этого не может быть, Фрэнк, просто не может! – Почему нет? – спросил он. – Потому что… ну, потому что я старше. Люди этого не поймут. И потом, я еще недостаточно свободна. – Достаточно или нет, какая разница? – раздраженно откликнулся он. – Это единственная ваша черта, которая мне не нравится: вы слишком беспокоитесь, что подумают другие люди.

По-своему он был решительным человеком, но сдержанным, предпочитавшим тихую настойчивость.

Иногда она как будто впадала в задумчивость, но не глубокомыслие.

Само его присутствие создавало ощущение надежности.