Цитаты из книг автора «Татьяна Устинова»

– Да у него вообще никаких ресниц нет! Ни волос, ни ресниц! Одно название.

– Приходится бдить! Потому, если за вами не бдить, вы вон в тундре пропадаете, а мы потом ищи!

Он всегда долго думал, прежде чем принять решение – думать получалось у него лучше всего, – а, приняв, никогда не сомневался.

Здесь все раздражало – даже собственное отражение в изящном зеркале на стене. Зеркало говорило, что она злая, обиженная, униженная и несчастная. Как же я вас всех ненавижу!

Дела детей – докука родителей. Пока живы и здоровы, родители обязаны помогать детям, наставлять, учить, указывать, что правильно, что неправильно.

«Кто в сорок лет не пессимист, – сказал Шаховской и пошевелил резиновыми пальцами, – а в пятьдесят не мизантроп, тот, может быть, и сердцем чист, но идиотом ляжет в гроб

Золотая книга детектива Сборник рассказов Т. Гармаш-Роффе. Снеговик …Снежок попал прямо в лицо. Залепил глаза, забил нос. – Ааа, ты так!!! – завопила Наташка, стирая снег. – Ну, я тебе сейчас!.. Она зачерпнула пригоршню снега, которого было так много, что даже не приходилось за ним особо наклоняться, – ловко слепила снежок, маленький и плотный: она знала, что такие летят быстрее, а бьют больнее, чем рыхлые и большие, какие делал Женька, и стала целиться. Женька высунул ей язык и спрятался за дерево. Наташка, стараясь ступать легко, чтобы скрип снега не выдал шаги, двинулась в его сторону. Однако Женька учуял и пулей вылетел из-за дерева. На огромной скорости он сделал кругов пять вокруг площадки, как заводной заяц, – Наташка выжидала, следя за ним. Уже смеркалось, и бросаться снежком, пока он носится, глупо – все равно промажешь. Ну ничего, он же не будет тут бегать вечно… Ага, вот сбавил скорость… Она приготовилась. Женька спрятался за домиком. На этот раз Наташка не стала красться – ринулась за домик. Но Женька перебежал и спрятался за здоровым снеговиком. Затем высунулся на мгновение, показал ей язык и снова спрятался. Наташка находилась на небольшом расстоянии от снеговика, но вопрос состоял в том, с какой стороны лучше зайти. Ведь с какой ни зайди, а Женька побежит в противоположную, ясный пень. Женька опять высунулся, выдернул морковку-нос и спрятался. Из-за снеговика раздался шумный хруст. – Ну гад! Такого Наташка снести не могла! Чтобы ее морковку!.. За которой она домой бегала!.. Да так нахально! Ну держись, козел! Ща ты у меня получишь снежку на свою голову! Она разлетелась и со всей силы ударила по голове снеговика, обрушивая верхний ком на голову Женьки. Тот взвизгнул по-девчачьи, пригибаясь. Вся его шапка стала белой. Снег попал за шиворот, за выбившийся из воротника шарф, и потек холодными струйками по спине. Наташка издала торжествующий клич и отскочила на безопасное расстояние. – Уу, дура! Мне прям за воротник! – Кто дура?! А?! Кто дура?! Наташка стала грозно подступать. Женька принялся отстреливаться снегом с верхнего кома снеговика – мелко и часто, будто пулеметной очередью. Ему удалось снова попасть Наташке прямо в лицо, отчего та жмурилась и обтирала глаза, что усилило Женькин энтузиазм. – Я тебе сейчас голову оторву, как этому снеговику, – пообещала она, неуклонно приближаясь. И вдруг Женька затих. «Испугался», – удовлетворенно подумала Наташка, очищая от снега глаза. – Что это? Что это? Наташка, что это?! В голосе Женьки звучало что-то такое, отчего Наташка насторожилась. Она сняла варежку и еще раз потерла глаза сухими теплыми пальчиками. Ей оставалось всего два шага до Женьки, который стоял, уставившись на снеговика.

Хочешь не хочешь, а джинсы нужно было переодеть, и Лиля побежала к себе на третий этаж. Таня вслед закричала, что она постирает и чтоб Лиля не расстраивалась.

Она позвонит Леночке?! Сука, дрянь! Дайте ей телефон, она позвонит матери! Наверняка же знает, что мать давным-давно не живет с ними! В школе об этом все знают, и ей, конечно же, доложили. Не могли не доложить!

– А кого ты могла укокошить? Ты же смирная, законопослушная, мирно пасущаяся овца!