Запустил, зараза, свою загребущую ручонку в блондинистую шевелюру и подмигнул девушке. Всё, рыбка на крючке. Вот и щечки раскраснелись. Почему девушек цепляет этот его жест, я так и не поняла, даже спустя пять месяцев знакомства. Когда он впервые так сделал, желая посадить на свой «крючок» меня, я спела песню из рекламы шампуня. Ага, ответный флирт – моя фишка. С тех пор мы и дружим, а подкаты имеют исключительно шутейский характер.

Всей компанией устроились за столиком на мягких диванчиках напротив тринадцатой дорожки. Через несколько минут к нам подошел невысокий худощавый официант и, лучезарно улыбнувшись, принял заказ, состоящий в основном из коктейлей, которые ему называли Кирилл и Соня. Я не знала, чего я хочу, а Артем вообще был занят перепиской в телефоне.

Когда нам принесли наш заказ, Соня и Кирилл заговорщически переглянулись, после чего друг достал из своего рюкзака целлофановый пакет, в котором лежала какая-то свернутая ткань зеленого цвета.

– Дорогая наша Ника…

– Коропулька наша…

Начали Соня и Кирилл по очереди толкать речь.

– Хотим поздравить тебя с тем…

– Что у тебя такие классные друзья. Особенно я, крошка, – подмигнул Кирюха, широко улыбаясь.

– Друзья, которые знают, куда тебя лучше всего толкнуть и не промазать, – продолжила Соня, подмигнув.

– Друзья, которые всегда готовы тебя поймать, если ты начнешь падать мимо намеченной цели. Настроим прицел и толкнем снова…

– Друзья, которые готовы прийти на помощь, чтобы свернуть кровь одному черноглазому Демону…

– Черт, мы такие классные друзья, что мне стало непонятно зачем нам вообще нужна ты? – «осенило» вдруг Кирюху, от чего Соня закатила глаза, смачно шлепнув себя по лбу.

– Я тебе сейчас голову откушу, пирожок, – угрожающе приблизилась к Кириллу, но вместо того, чтобы трусливо убежать, он приобнял меня за плечи и прижал к своему боку.

– Я тебя умоляю, Ника, – начал друг довольно-таки пакостно, улыбаясь. – Максимум, что ты сможешь сделать своим маленьким ртом – это обсосать мой кадык.

У Соньки от смеха коктейль пошел носом. Кирюха же прижал меня крепче к себе, чтобы я не смогла его хорошенько поколотить. А Артем вообще не понял суть происходящего, постоянно проверяя телефон в своей руке.

– Зараза ты великорослая, понял? – ущипнула друга, а затем всё же обняла в ответ, за что получила крепкий поцелуй в макушку. – А в пакетике-то что? Для меня что-то?

– М, точно! – опомнилась Соня и схватила с диванчика пакетик с содержимым. Затем обратилась к Кириллу. – Ты не мог покрасивше упаковать? Бантик бы хоть какой прилепил.

– Я лепил, но он отвалился и потерялся в помойке рюкзака, – оправдался друг.

– Любимая наша Ника, – начала Соня новый виток поздравительной речи. – Мы знаем твой горячий нрав и стальной характер, поэтому хотим подарить тебе эту футболку, чтобы и ты сама не забывала, что способна на многое.

Подруга торжественно достала из пакетика свернутую ткань.

– Закрой глаза и подними руки, – внезапно скомандовал Кирилл.

– Чёт мне страшно, – недоверчиво посмотрела на ткань. – Это смирительная рубашка?

– Почти, – ухмыльнулся друг. – Закрой уже глаза. Мы ждём, вообще-то.

Сделала, как было велено – закрыла глаза и подняла руки. Стало понятно, что это совершенно точно какой-то предмет одежды.

– Всё, можешь открывать, – довольно произнесла Соня.

Открыла глаза и с опаской опустила взгляд на свободную зеленую футболку, которая сейчас была на мне. Всё бы ничего, вот только надпись, находящаяся на ней, вызвала мой неконтролируемый смех. Я даже подпрыгнула от восторга.

На зеленой футболке белыми буквами было написано:

«БОЛЬШИХ БОССОВ маленький НАГИБАТОР»

– Вы ненормальные, – смеялась я в голос, поочередно обнимая друзей. – И как мне теперь сдержаться и не прийти на работу в этой футболке?

– Носи её всегда с собой, вдруг пригодится, – предложила Соня и я решила, что это хорошая мысль. Именно так я и сделаю.

– Давай за тебя, нагибатор наш маленький, – поднял бокал Кирюха и все дружно его поддержали.

Несколько минут слушала напутствия друзей и перспективы собственной карьеры в их радужном представлении. Затем Артем напомнил нам, что мы, всё-таки, в боулинг-клубе и не мешало бы немного поиграть.

Первым игру начал Артем, сбив почти все кегли. Затем эстафету приняли Соня и Кирилл, а последней к дорожке подошла я.

Взяв тяжеленный шар в руки, долго пыталась понять, куда и какие пальцы нужно совать, чтобы шар не улетел вместе с моей рукой после броска.

– Кирюха, – позвала я мужчину, поняв, что сама не справлюсь.

– Чего Коропуля? У тебя лапки, да? Не знаешь, что делать с шариком?

– Почти, – улыбнулась, протягивая другу шар. – У меня слишком много пальчиков для трёх дырочек. Какие из пяти пальцев тут нужны.

– Это ты по адресу обратилась, – ехидно улыбнулся друг. – Кирюха знает, как управляться с пальцами и дыр…

– Я надеюсь, мы все ещё о боулинге говорим? – перебила я его, стараясь подавить улыбку.

– Ах, да! Боулинг, – опомнился друг. – Смотри. Большой палец вот в это одиночное отверстие, а средний и указательный в эти. Размахиваешься и катишь шар по дорожке. Поняла?

– Сейчас проверим, – взяла шар, соблюдая все правила. Немного разбежалась и катнула в направление кегель, сбив всего лишь две крайних.

Свободная футболка мешала руке, поэтому пришлось её снять, клятвенно перед этим пообещав друзьям, что надену её для фотосессии в конце вечера.

Сколько бы я ни пыталась, но сбить больше четырех кеглей за раз у меня не выходило. Около часа я применяла разные методики разбега и даже пыталась бросать шар правой рукой, но ничего не выходило.

Почти выбившись из сил после часа неудачных попыток, шепнула шару, что это последняя попытка и, если он и сейчас не собьёт все кегли, то я с ним больше шептаться не буду. Отвела руку назад, глубоко вдохнула, пробежалась по дорожке и запустила шар точно в переднюю кеглю, наконец, сшибив все до единой.

Триумфально подпрыгнула и начала отплясывать победный танец, пытаясь изобразить лунную походку.

– Юхуу, – ликовала я, развернулась и впечаталась в крепкую мужскую грудь, почувствовав, как растекается мокрое пятно на собственной груди.

– Орешкина, – раздался глубокий мужской голос над головой. – Опять вы меня орошаете?

Ну, конечно! Дьявол ходит рядом…

Впрочем, черные глаза смотрят не с ненавистью, а с насмешкой. Прибить не хочет – уже хорошо.

– Снова, Александр Павлович.

– Я даже и не знаю, злиться мне на вас или рассмеяться, – улыбался Молотов, придерживая меня за талию.

В его черных глазах чертята плясали танец маленьких утят, ибо даже они не понимали, что происходит с их хозяином, который должен был сорваться и утопить меня в своем бокале. А он стоит, улыбается, глазки блестят…

– Выстирать и высушить, – наконец, произнесла я, так как стоять тут и пялиться друг на друга, уже казалось неприличным. Ещё и Соня с Кирюхой о чем-то шептались, гаденько так посмеиваясь.

Опустила взгляд и увидела, как на белоснежной рубашке моего босса растекается пятно от красного вина. Собственно, такое же красовалось и на моей серой футболке.

– Предлагаю приступить к стирке прямо сейчас, – важно произнесла я с видом самого знающего знатока пятен от винишка. – Пятна от вина лучше застирывать сразу.

– Не смею спорить с дамой в этом вопросе, – с усмешкой произнёс Александр Павлович, передавая бокал в руки Сергею Витальевичу, который возник из ниоткуда.

– В таком случае, следуйте за мной.

– Саша, ты куда? – высокая брюнетка окликнула моего начальника, притворно надув губки, подобно капризному дитю.

– Скоро вернусь, – бросил ей Молотов и подтолкнул меня в сторону узкого коридора, где находились уборные.

– Ваша девушка? – зачем-то спросила я.

– Надеюсь, нет, – слегка раздраженно ответил мужчина и завел меня в мужской туалет.

– А почему мужской? – остановилась как вкопанная, не желая двигаться дальше.

– Какая разница? Нам же раковина нужна, а она и в мужском есть. Или в женском туалете стиральные машинки стоят?

– Нет, но… Неудобно как-то, – шепотом добавила я, когда из кабинки вышел захмелевший мужчина. При взгляде на нас, на его лице образовалась похотливая улыбка, адресованная в основном Молотову.

– Мужик! Уважаю! – словно на митинге произнес мужчина. – Сейчас в зале всем скажу, чтобы полчаса сюда не заходили. Мадам, моё почтение!

– Брюки наденьте, – ответила ему, едва сдерживая смех.

– Пардон, случился конфуз! – мужчина неуклюже подтянул штаны и, не заморачиваясь с застегиванием ширинки, покинул, наконец, уборную, шепнув напоследок. – Начинайте.

– Ну, что? Начнем, что ли? – повернулась я к Молотову, который и не пытался скрыть самодовольной улыбки сортирного альфа-самца. – Раздевайтесь!

Черти в его глазах перестали отплясывать танец маленьких утят, достали из магнитофона кассету, прокрутили её карандашом и поставили снова. Только в этот раз чертятам явно не хватало пилона, так как Молотов уж очень не спеша снимал рубашку, расстегивая пуговицы одна за другой. При этом его взгляд был прикован ко мне, а нахальная улыбочка не спешила покидать красивое лицо мужчины.

– Понятно, – тяжело вздохнув, произнесла я и достала из заднего кармана несколько купюр, одну из которых вложила в карман начальника.

Его брови тут же взметнулись вверх, даже черти перестали отплясывать, поставив магнитофон на паузу.

– Всего тысячу? – обиженно произнес он и, наконец, снял рубашку. – Не понравилось?

– Просто хотела ускорить, пока пятно не впиталось.

Взяла из его рук многострадальную рубашку и поднесла к крану. Включила воду, которая мощным потоком хлынула так, что забрызгала не только меня, но и Молотова, стоящего сбоку от меня.

– Да что ж такое-то, а? Александр Павлович, стоит вам оказаться где-то рядом, как я тут же мокну, – на лице мужчины появилась, очень толсто намекающая на неоднозначность моей фразы, улыбка. – В смысле, мы мокнем. То есть, что-то льётся… Проливается…

Боже! Орешкина, остановись! Пока еще чего не наболтала.

– …Раздевается, – многозначительно протянул мужчина и взял несколько бумажных полотенец.

– Я помогу, – поспешила вызваться, чтобы стереть воду с лица и торса мужчины.

Ах, какой у него торс! Тараканы в моей голове восхищенно присвистнули и придвинулись ближе, чтобы рассмотреть больше.

Я старательно вытирала капли с торса начальника, но в какой-то момент начала его просто бесстыдно поглаживать, пока меня не начали поглаживать в ответ.

– Пока вы тут заняты моим торсом, я вам тоже немного помогу, – Молотов собрал бумажным полотенцем капли воды с моего лица. Сосредоточенно, с легкой улыбкой, убрал выбившиеся пряди за ушко и добавил. – А тот мужик неплохой интим создал нам в сортире.

– Даже и не надейтесь, – ехидно произнесла я и, наконец, отлипла от его торса. – У меня не может быть никаких муток с мужчиной, у которого грудь больше моей.

– Надеюсь, это комплимент, – начальник выбросил бумажные полотенца в мусорное ведро и оперся бедром о раковину, наблюдая за тем, как я застирываю пятно на его рубашке. – Давайте я вашу футболку тоже состирну.

– Э, нет. Я перед вами торсом светить не буду, даже не надейтесь.

– Эх, а я-то думал… – театрально страдальчески вздохнул мужчина и продолжил меня разглядывать с любопытным прищуром. – Только мне теперь придется голеньким ходить весь оставшийся вечер.

– Не придётся, – произнесла я как знающий человек. – Сейчас под ветродуйкой вашу рубашку высушим и будет как новенькая.

– Какой ветродуйкой?

– Сушилкой для рук, – пояснила я. – Такой большой, а к жизни совершенно не приспособлен.

– Не мешай молодым! – услышали мы голос нашего сортирного сводника за дверью.

– Я наоборот – помочь, – Сергей Витальевич вошёл в уборную со спортивной сумкой в руке. – Ой, я не вовремя?

Александр Павлович как-то слишком гневно сверкнул на своего зама взглядом, но тот лишь ехидно улыбнулся и протянул своему Боссу сумку.

– Твоя форма из зала. Наверняка найдется чистая футболка, – подмигнул он и удалился из уборной.

– Можете надеть мою футболку, она чистая, а я пока так похожу, – протянул мне черную футболку Молотов.

– Оставьте хоть немного загадки для своей пассии, а то вы ей сейчас всё покажете, а потом и смысла раздевать вас не будет, – ухмыльнулась я, указывая пальцем на всё то, что выше ремня его брюк.

– Меня сегодня уже достаточно раздели, – подколол меня мужчина. – Думаю, на этом хватит.

– Да дайте вы им закончить там всё! – вновь голос сводника послышался за дверью.

– Я знаю ту тёлочку, она даже начать не даст, – голос знатока Кирюхи я узнаю с первых слов. – Я туда и обратно. Буквально секунда, они даже разлепиться не успеют.

В уборную вошёл Кирилл с самодовольной улыбочкой на своей хитрой мордашке:

– Весь боулинг-клуб уже гудит о том, что в мужском туалете горячая парочка нудистов устроила грязные постирушки.

– У нас самые чистые постирушки, – запротестовала я, брызнув в друга водичкой. – Ты чего пришёл? Тоже хочешь поучаствовать в наших нудистских постирушках?

– Ну, уж, нет. Пусть моя честь останется запятнанной. Я тебе твою любимую футболочку принёс, чтобы ты мокрая не ходила, – Кирилл протянул мне зеленую футболку, за что получил щедрую порцию испепеляющего взгляда и пулей вылетел из уборной.

– Гад, – шепнула я оставшемуся от друга сквозняку.

– Я могу отвернуться, если хотите, – предложил мне Молотов, хищно улыбаясь.

– Хочу, – отрезала я. – Отвернитесь, а я ещё и в кабинку зайду. Для надежности.

– Обидно даже. Я вот перед вами абсолютно открыт.

– Очень смешно, – усмехнулась начальнику и зашла в кабинку, думая над тем, как мне быть открытой с такой футболкой и не вылететь с работы.

Поняв, что выбора у меня особо и нет, сняла свою серую футболку и сменила её на зеленую с кричащей надписью. Делать нечего, пришлось завязать узел на талии, чтобы не гневить большого Босса. Вышла из кабинки и почувствовала обжигающий взгляд черных глаз на обнаженной коже живота.

– И вы прямо так будете ходить весь вечер? – указал Александр Павлович на мой внешний вид.

– Нет, вы что? Весь вечер я так ходить не смогу. Присяду пару раз, – посмотрела на себя в зеркало, чтобы убедиться в том, что, кроме слов «БОЛЬШИХ БОССОВ», надпись полностью не видна.

– Тогда, может, поиграем дорожка на дорожку? – предложил мне Молотов, надевая черную футболку, которая слишком аппетитно обтягивала его мышцы. – Нас как раз равное число игроков в командах собралось.

– Я играть-то особо не умею, – призналась я честно, двигаясь к выходу из уборной.

– У вас хорошо получается, – вдруг похвалил меня начальник. – Вы просто испугались достойного противника.

– Что?! – остановилась я, заставив мужчину врезаться в меня и ухватить за талию, именно там, где не было футболки. – Собирайте свою команду и мы вас отделаем, как два пальца об…

– Это мы ещё посмотрим: кто кого, – повел он бровью, не пытаясь при этом убрать от меня свои ручищи.

Его самоуверенность, смешанная с алкоголем в моей крови, добавляла мне желание показать этому типу, что он ещё не знает, на что я способна.

– Вот и посмотрим.

Молотов открыл передо мной дверь уборной, за которой нас ждал наш сводник с распахнутой ширинкой:

– Ну, как? – вопросил он, вероятно, ожидая самых грязных подробностей.

Опасливо зашла за спину начальника, боясь нескромной пытки от нашего случайного купидона.

– Всё отлично, – ответил ему мой спутник, на что купидоша понимающе улыбнулся и обратил на меня внимание.

Возмутившись ответом Молотова, показала своднику жестами, что всё было так себе, а для уточнения, продемонстрировала маленькое расстояние между большим и указательным пальцами. На что мужчина также жестами ответил, что-то похожее на «мал золотник, да дорог». Не стала спорить – мужчинам в этом вопросе виднее.

– Что ж, приготовьте своих друзей к игре, – обернулся ко мне начальник, наградив насмешливым взглядом.

– А вы своих к поражению, – не осталась я в долгу и направилась активно беседующим друзьям, которые, казалось, забыли обо мне. – Ну, что, друзья мои. Сразимся дорожка на дорожку с большим начальством?

– Ссыкатно как-то, – поперхнулся Кирюха, опасливо оглянувшись. – Вроде и выигрывать нельзя и проигрывать не стоит.

– Да не бойтесь вы! Отделаем этих зазнавшихся снобов, чтобы больше не портили отдых простым работягам, – как могла, воодушевляла друзей на победу. Даже Артем отлип от телефона, закатывая рукава кофты. – Вот! Наш человек, Тёма. Погнали.

Компания Молотова уже собралась у своей дорожки в полном составе и приготовилась к бою. Моя же компания нехотя покинула столик и, казалось, собралась текать отсюда подальше, но достойно остались на месте и взяли шары.

Начальник посмотрел мне в глаза и поиграл бровями. Я же, в свою очередь, указала на него и провела большим пальцем руки по своей шее. На что он лишь усмехнулся и его пассия начала игру первой.

Раунд за раундом наши команды шли на равных. Молотову даже не мешало то, что их спутницы не всегда удачно делали броски, впрочем, и мы с Соней тоже не являлись профессионалами этого дела.

Наконец, наш счет сравнялся. Осталось по одному броску от каждой команды. Сначала бросил Молотов, но все кегли ему сбить не удалось. Махнув рукой и с чувством скорой победы, он внимательно следил за тем, как я готовлюсь к броску, заношу руку, толкаю шар и тот вышибает все кегли, заставляя меня взвизгнуть от восторга и чувства победы.

Обняла друзей, которые напрочь забыли, что боялись выигрывать и, так же как и я, отплясывали победный танец.

Пока я находилась на пике радости, моё чувство самосохранения осталось где-то далеко позади. Поэтому, не отдавая отчет своим действиям, я развязала узел на футболке, расправила край и продемонстрировала надпись на ней своим боссам.

Первым на меня обратил внимание Сергей Витальевич, который чуть не захлебнулся содержимым своего стакана и поспешил обратить на меня внимание Молотова. Взгляд черных глаз с интересом задержался на надписи: «БОЛЬШИХ БОССОВ маленький НАГИБАТОР». Брови Молотова взметнулись вверх, когда до него дошел весь смысл написанного. Мужчина погрозил мне пальцем, не скрывая широкой улыбки с ямочкой на левой щеке.

Вот так-то, Молотов! Знай наших!