Цитаты из книг автора «Тара Вестовер»

Когда семестр закончился, я сказала ему, что на лето уезжаю домой. У меня не было денег, я не могла платить за жилье. Когда я это сказала, он посмотрел на меня с сожалением. – Не езди домой, Тара, – сказал он. – Церковь заплатит за твое жилье. Я не хотела брать деньги у церкви. Я приняла решение. Тогда священник заставил меня пообещать только одно: я не буду работать на отца.

– Не думай о конспектах, – сказала Ванесса. – Они не так важны, как учебник. – Какой учебник? – удивилась я. – Ну, учебник, – рассмеялась Ванесса. Она восприняла это как шутку, но я вовсе не шутила. – У меня нет учебника. – Конечно же есть! – Ванесса указала на толстую книгу с картинами, по которой я пыталась выучить названия и имена художников. – А, этот… Я просматривала его. – Ты просматривала его? Ты его не читала?! Я непонимающе смотрела на Ванессу. Мы учились искусству и музыке. Нам дали диски с музыкой для прослушивания и книгу с картинами, чтобы их смотреть. Мне и в голову не приходило читать книгу по искусству, я же не читала диски. – Я думала, что нам нужно лишь рассматривать картины.

Казалось, всем это давно привычно, а я оказалась единственной балериной на сцене, которая не была ни на одной репетиции

Целый день я пыталась расшифровать учебник истории – впрочем, безуспешно. Вечером пыталась написать эссе по английскому языку, но ведь я никогда ничего подобного не писала – только текст о грехе и раскаянии, который никто не прочел. Я просто не знала, как это делается. Не представляла, что имела в виду преподавательница, говоря о «форме эссе». Я нацарапала несколько предложений, зачеркнула, начала снова. И так я мучилась до полуночи.

Я читала вопросы теста и не могла ответить ни на один. Этот провал тягостно сказался на моем настроении. Он дал мне понять, действительно ли я смогу здесь учиться, действительно ли имеющихся у меня знаний, приобретенных во время своеобразного образования, будет достаточно. После теста ответ стал ясен: их недостаточно. Осознав это, я могла бы обидеться на свою семью, которая воспитывала меня подобным образом, но этого не произошло. Чем дальше я находилась от отца, тем более преданной ему становилась. На горе я могла бунтовать. Но здесь, в громком, ярком месте, в окружении язычников, маскирующихся под святых, я верила каждой истине, каждой доктрине, вбитой в меня отцом. Врачи – сыны погибели, а домашнее обучение – это заповедь Господня

Я готовилась к пересдаче экзамена.

обнаружила белый конверт. Я вскрыла его, выпачкав жирной грязью, и уставилась на свои баллы. Двадцать два. Сердце у меня заколотилось. Не двадцать семь, но все же некоторые возможности открывались. Может быть, я смогу поступить в университет Айдахо?

Ответы мои по разделу «физика» трудно было назвать даже предположениями – случайные кружочки на странном розовом листе.

Извините, – сказала я, получив свой лист, – а что это? – Это лист для ответов. Здесь ты должна отметить свои ответы. – А как? – Точно так же, как и всегда. Женщина явно разозлилась, ей показалось, что я над ней издеваюсь. – Но я никогда такого не видела…

Мне было шестнадцать лет, я ни разу не сдавала экзаменов и лишь недавно начала хоть как-то систематически учиться. И все же я зарегистрировалась на экзамен. Мне казалось, что я бросаю кости – они взлетели в воздух и уже неподвластны моей воле. Бог решит мою судьбу.