– Ну да, рыбьи глазки. Они чертовски глупы, эти рыбы. Они красивые, но в голове у них пусто, как в покрышке.
Чем дольше я сидела неподвижно, всей грудью вдыхая последние ароматы гибнущего мира, тем сильнее была моя обида на продолжающуюся жизнь. Ностальгия переросла в усталость.
Эту историю в нашей семье запомнили навсегда. Ее столько раз рассказывали и пересказывали, что она превратилась в семейный фольклор.
Гениальные социалисты! – смеялся отец. – Они утонут, глядя на дождь, если кто-нибудь не возведет над ними крышу.
Есть два вида профессоров, – говорил он, – те, кто знает, что лжет, и те, кому кажется, что они говорят