Глава 8. Неблагодарная

Андрей.

Гипнотизируя распахнутую балконную дверь, я понял, что моя нимфа сбежала, взмахнув невидимыми прозрачными крылышками.

Слишком быстро в этот раз.

Каждая девушка сходила с ума в этих стенах, каждая убегала, и каждая пропадала без вести. Версия одна – растерзал и проглотил останки дикий зверь. Я всегда думал, что обычный человек, тем более женщина, просто не выдерживает давящей энергетики этого места. Да и слуги тоже были весьма волшебны в своем поведении и умозаключениях.

По правде говоря, мне было наплевать на них всех до появления седьмой жертвы – Норы. Стоило ей появиться, и МЕНЯ вдруг стали привлекать служанки, и не только меня. С каждой новой я ощущал все большее влечение к ним, но я действовал аккуратно, и они принимали все за сон или вовсе не помнили нашей близости. А Влад осуждающе косился на меня, надевая погасший нимб над головой.

Мы близки к цели,– все время повторял он, нанимая очередную несчастную на работу.

Разгадки всех аномалий знал только Влад. Чем больше пополнялась его библиотека, чем больше пропадало юных чересчур доступных дев, тем сильнее крепчала наша с ним связь, и инфраструктура замка становилась давящей, невыносимо одинокой, будто кто-кто поглощал мою душу.

Кто-то… поглощал…

И в тот момент я впервые задумался о том, что господин что-то скрывает от меня и ведет свою собственную игру, словно сейчас, на долю секунды мои мысли вышли из-под его контроля, и этого хватило, чтобы наконец осознать: Он открывает мне только те двери, где он может водить меня по замкнутому кругу из его лживых манипуляций. Как я мог быть таким слепцом? Только перстень знает правду... только с его помощью я смогу освободиться.

Но Цепеш не расставался с ним. Никогда. И был только один способ заполучить реликвию… но сначала надо было найти рыжую фею. Первым островком прикосновения к манящему запаху был лес рядом с садом, где Михай раскусил огненную чертовку. На месте их конфликта я нашел маленький крестик. Тот, что украшал изящную лебединую шею.

Легкая улыбка коснулась моих плотно сжатых губ при мысли о ней, и это непривычное движение в мимике напугало меня. Эта девушка вызывала во мне неизвестные прежде эмоции, я никогда раньше не испытывал желания быть с кем-то рядом. Была только лишь физика, желание плотских утех. И сквозь них я почувствовал свет.

Я поднял серебряное украшение, а на выходе из леса случайно прихватил с собой топор, торчащий из плоского пня. Так, на всякий случай.

Я уверен, что Люси безумно напугана прямо сейчас, что в панике ищет ключ к своей свободе. А может она ключ к моей?

Жадно вдыхая свежий ночной воздух, я с наслаждением улавливал ароматные знакомые нотки, которые привели меня к обрыву. Я даже не успел понять происходящее, когда нимфа вдруг сорвалась вниз.

– Какого черта ты стоял, Влад?! – я подлетел к истукану, который даже не попытался остановить ее.

– Я же не думал, что она настолько безголовая, друг мой, – коварно ухмыляющийся хозяин развел руками и угрожающе произнес, – Теперь она моя.

В его надменном взгляде я видел искреннюю насмешку, которую он прятал от меня все это время за маской несуществующей благодетели. Я растерянно почесал затылок свободной рукой, держа вторую чуть позади.

– Ты знаешь, хозяин, я очень надеялся встретить тебя, – ответил я невпопад и, не дожидаясь реакции, молниеносно рассек воздух черным лезвием с отражающим лунный свет острием.

Театрально вывернутая кисть отлетела на покрытою росою траву, отзываясь отдаленной фантомной болью у меня в том же месте. Пара ударов деревянной рукоятью, и наш принц-князь-граф упал рядом. Из места отсечения не забил кровавый фонтан, и я усмехнулся.

Наше проклятье вечно. Забрав кольцо и надев его на безымянный палец, я направился в сторону шоссе.

***************************************************

Люси.

Открываю глаза и вижу невысокий потолок покрытого лаком бруса. Аромат дерева и его тепло дает ощущение уюта и безопасности. Сажусь на постели, ощущая легкое головокружение. На мне мужская, мягкая, очень приятная к телу рубашка в крупную темную клетку… и все. Обвожу взглядом крохотную спальню, похожую на мою, облизывая каждый смолистый уголок пытливым взглядом.

Мне нравится здесь…

На прикроватной тумбочке стоит пузатая настольная лампа и дарует свой тусклый желтый свет. Спускаю истерзанные ноги на небольшой шерстяной коврик и делаю первый шаг по холодной выкрашенной в черный цвет доске. Предательский скрип сразу же выдает мое пробуждение, и в дверном проеме появляется Андрей.

– Что тебе нужно от меня? – шиплю на него, пытаясь всем своим видом скрыть волнение, изображая наигранное раздражение.

И, видимо, не очень-то убедительно, потому что обнаженный по пояс мужчина в три шага оказывается в опасной от меня близости.

– Я так-то спас тебя, неблагодарная, – он скрещивает руки на груди и самодовольно продолжает, – Может быть надо было позволить твоему дружку отвезти тебя обратно?

Сердце колотится в горле и резко обрывается вниз, снова и снова подпрыгивая обратно, заставляя меня очень часто дышать.

– Что ты с ним сделал, псих неуравновешенный? – грублю и проклинаю себя, трясусь от страха словно осиновый лист, переминаясь с ноги на ногу.

Не могу избавиться от мысли, что на мне нет нижнего белья, а на нем – рубашки. Андрей делает еще один шаг и опускает руки. Нас теперь разделяет лишь сантиметр.

– Убил его, также, как и ублюдок, который хотел поиметь тебя, деревенщина.

– ДЕ-РЕ-ВЕН-ЩИ-НА???!!! – задыхаюсь от захлестывающей меня гневной волны, а он злорадствует и смеется над моей реакцией на его провокации.

Глаза в глаза, он испепеляет меня, горит от ненависти ко мне, а я хочу… хочу… хочу его до невозможности. Но слова Андрея заставили меня опустить свирепый взгляд и вспомнить события ночи, где преследующим меня призраком оказался мерзкий потный строитель.

Не может этого быть.

Еще минута, и я вспомнила Андрея.

– Это был не сон, – произношу и вспоминаю письмо моей сестры: «Я просыпаюсь, а мое тело вожделеет невидимого любовника… я никогда не думала об этом… о таком… но сейчас я словно распутница… мне снится Андрей…»

Размахиваюсь и со всей одури влепляю смачную пощечину по небритому красивому лицу.

– Ты! Да как ты посмел?! Со мной и С МОЕЙ СЕСТРОЙ?!!! – срываю голос, – Что ты сделал с ней, подонок?

Еще одна оплеуха зависает в воздухе в его огромной ручище. Его вторая ладонь скользит по моей талии и дергает мое несопротивляющееся тело на себя.

– Это ревность? – кладет мою кисть себе на плечо и заправляет за ухо выбившуюся прядь, внимательно разглядывая мое лицо, – Я не знаю, что произошло с ней, но я не хотел и не причинял ей боль.

Он так близко, и я не могу успокоить приятное колющее низ живота тепло.

– Кто ты такой? – шепчу, а мои пальцы проводят по его короткостриженому затылку.

Его дыхание на моих губах, и он мягко проводит по ним своими… невесомо, едва касаясь. Щекотно.

– А, ты? – отвечает он простуженными хриплыми связками, и его грубый голос становится таким соблазнительным, что я даже не замечаю, как прозрачные пуговицы его же рубашки расстегнулись, распахивая доступ к обнаженному телу.

Вспоминаю его ласки, и тело покрывается мелкой ледяной россыпью. Андрей подхватывает меня на руки и укладывает обратно в кровать. В голове нет вообще никаких мыслей, только желание, чтобы он ко мне прикоснулся.

– Андрей… – срывается с моих губ, и последний слог растворяется в первом, таком проникновенном, но коротком поцелуе.

– Нимфа, – произносит он, откидывая нежную ткань, обхватывая мою голую грудь, сжимая ее до сладкой боли.

Я закрываю глаза, не в силах смотреть в его, всепоглощающие и подавляющие мою волю. Тяжелая ладонь двигается по солнечному сплетению вниз к эпицентру вожделения и ожидания его проворных пальцев. Он плавно вводит их в меня и придавливает большим клитор. Мое тело отзывается моментально, извиваясь гибкой змеей, и захватывает его кисть в плен между бедер.

– Ты такая чувствительная… Лю-си… я теряю рассудок рядом с тобой.

Я услышала звук расстегивающейся молнии и шелест его джинс по крепком мужскому телу. Андрей садится на колени и подманивает меня к себе движением головы. И я следую, без оглядки, не задумываясь, по пути сбрасывая с себя рубашку. Он медленно опускает меня на свою длину, плавно растягивает и, успокаивающе шикая, осыпает мои плечи и грудь жалящими поцелуями и болезненными укусами.

– Вкусная… – рвано дышит мужчина подо мной, помогая мне двигаться все быстрее.

Упругий сгусток энергии, образовавшийся в месте интенсивного трения, разорвался, взрывая меня изнутри.

– Черт, нимфа, ты меня сейчас сломаешь, – сдавленным голосом сипит перевозбужденный мокрый мужчина.

А я уже не помнила себя в этом неземном наслаждении, теряя ощущение реальности на его последних глубоких толчках. Андрей уронил меня на спину, всем своим весом вдавливая в перину, сокращаясь и вздрагивая всем телом, до боли впиваясь мне в шею, прокусывая ее до крови.

То, что происходит между нами не поддается объяснению. Это магия с самой нашей первой встречи той обреченной зимой в переулке, где мы ждали своей последней весны.

***************************************************

Андрей.

Я смотрел за мирно спящей дерзкой девчонкой, которая так легко вскружила мне голову, и из-за которой я вообще напрочь забыл, зачем пришел к ней в комнату. Я любовался ее необыкновенной… немыслимой красотой, ее раскиданными по подушкам густыми волнами медного цвета волос… ее искусанными приоткрытыми губами, длинными ресницами, алым румянцем. Я все еще слышал ее томные и надрывные стоны, они преследовали меня словно непрекращающийся звон после контузии.

Я никогда никого так не целовал, так глубоко и так страстно.

Мне хотелось проглотить ее целиком и добраться языком до ее самых отдаленных, самых вкусных территорий. Мои ладони все еще чувствовали двигающиеся навстречу бархатные бедра, ее влажный от испарины живот… ее острые ногти на моих плечах и лопатках.

Но я пришел убить ее, и я должен сделать это прямо сейчас.