Цитаты из книг автора «Тальяна Орлова»

Тем временем Кирилл уже разговаривал с встречающим. И, как обычно, подтвердил, что врет постоянно. По-немецки он явно знал намного больше двух ходовых в порно фраз.

Еще несколько секунд я рассматривала дверь приемной и думала. Красавчик ведь, вот даже я признаю, хотя на дух его не переношу, а это о многом говорит! И как же так вышло, что двинутый? Может, его в детстве папа бил и мама насиловала? Мне, вообще-то, дела нет, просто интересно.

В кого ни плюнь – каждый заслужил.

Он болен властью надо мной, а я больна зависимостью от его ненормальной страсти. И еще неизвестно, кто из нас испорчен сильнее.

Пальцы Андрея мяли грудь не особенно нежно, а потом скользнули еще ниже, заныривая под трусики. – Не… – единственное, что я смогла выдавить. Но Костя подхватил мое колено и заставил немного развести бедра. – Расслабься, Анют, ничего особенного не будет. Но получи от нас первый аванс. И вставил ногу между моих бедер, не давая их свести. Пальцы Андрея тотчас скользнули внутрь, между складками, и прошлись по какой-то точке. Меня едва не скрутило приятной судорогой, но я все же запротестовала: – Не надо… Андрей! Вместо ответа получила очередной глубокий поцелуй. Через минуту я уже ничего не могла поделать с собственным телом, оно само насаживалось на пальцы, чтобы они прошлись в том же месте. И тихий смех в волосы Андрея не мог меня отрезвить. Я вообще не могла себе представить, что возбуждение может быть настолько сильным. Еще. Еще несколько движений там! Но вдруг все прекратилось – Костя оторвался от моих губ и сказал хрипло: – Я тоже хочу. Только языком.

поперек горла, потому что обычно я эгоистичная дрянь и до сих пор не знала, что такое настоящая страсть. Потому возьми уже дело в свои руки – приезжай и забери меня от сумасшедшей Маргариты Семеновны». – Эвелины Сергеевны, – зачем-то поправила я. – Я так и сказал. И знаешь, что я бы ответил? «Уже еду, Маш». Потому что знаю – таких, как ты, приручить почти невозможно, а мне надоело сидеть на иголках и переживать, что ты в любой момент сорвешься с крючка, а мне останется только лезть на стены от отчаянья. Нет, меня твои манипуляции не разозлили. Но для нас обоих лучше, если ты к ним будешь прибегать крайне редко. А это значит, что ты должна это запомнить – в следующий раз хорошо подумаешь, может, от меня быстрее добьешься нужного прямолинейностью? Ноги раздвинь.

О чем заявить? – я все еще извивалась, привыкая к тянущим ощущениям, но он ни на секунду не останавливался, водя по колечку изнутри. – О чем? Ну, например, «Кир, я влюбилась. И мне это

Ты не нижняя – черт, я пожалею о том, что это говорю – ты не нижняя по своей природе. Но тебя прет от подчинения, потому что ты во всех остальных сферах не выносишь давления. На подсознательном уровне ты всегда будешь стремиться к тому, где можешь не выставлять свои стальные яйца напоказ. У каждого есть темная сторона, Маш. Эта – твоя.

Ты еще не раз попытаешься засунуть меня под каблук, а кончать будешь от того, что я не поддаюсь. Потому что тебе нужно, чтобы тебя побеждали те, кого ты считаешь достойными. Только такие проигрыши ты

Я стал намного жестче, я окончательно с собой определился, а она всегда была слишком мягкой. Ее бы я мог и случайно растоптать – с тобой, зубастой, это невозможно, тебя до конца жизни можно под себя гнуть и не сломать.