Как читатель, что хотел – то получил. Даже больше. Ожидал я нечто приближенное к реальности, гору смысла, подтекста, иронии, живых персонажей и разумную сюжетку. Все это добро есть в книге. А неожиданная для меня любовная сеть не стала причиной тут же закрыть книгу и выбросить ее в корзину. Как раз наоборот: это то, что нужно.
Как писатель, я впечатлен трудом авторов. Яркий, живой текст – он дышит! Знаете, вот рождается ребенок, плачет, а ты радуешься: спасен, спасен, он будет жить! Так же и с книгами. Поздравляю, Талани и Робин, ваш ребенок здоровенький! Но есть один момент. Ну ладно. Несколько. И все они связаны с темой писательства, которая поднималась авторами то тут, то там. Эта тема для ну уж очень многих болезненна. И если вы писатель, предупреждаю: не попадите в тоннель. Когда читаешь о жизненных горестях писателя, невольно можешь забыться и еще с полчаса размышлять о том, что все тлен: и читателей нет, и муза изменяет с конкурентом, и вообще все боль-боль-боль-боль. В общем, осторожно!
Вот так всегда: кому-то хороший редактор и талантливый переводчик, а кому-то оставалось довольствоваться указанием на опечатки мимопроходящим читателем
За сюжетом следить интересно. Но оторваться было сложно в первую очередь из-за подачи. Здорово, когда авторы говорят с тобой на одном языке. Я читал комментарии перед прочтением, а потому был готов к большущей интриге. Прямо детективной. Самой настоящей. Ан нет! Не знаю, чего многие зациклились на маньяке, а у меня вот мысль о нем ушла на второй-третий план. Куда интереснее наблюдать за отношениями между героями. Да-да. Это не значит, что я, понимаете ли, считаю сюжет и мир творцов чем-то ну таким... вы понимаете. Как бы не так!
Во-первых, я в восторге от буддистских мотивов. В идеале еще бы слушать восточную музыку, когда читаешь, но это уже мелочи. Во-вторых, руны! Не секрет, что у меня есть повесть с похожим названием: "Творцы и простудившийся остров". Работая над ней, я думал, какую магию будут использовать мои герои, и склонялся к рунам, ведь это та-а-а-ак кинематографично! А потом передумал. И теперь жалею, ибо завидую, насколько же круто получилось в "Творцах" Робина и Талани
В-третьих, скучать таки не придется. "Вотэтоповоротов" здесь много. Например, неожиданности в 33-й главе такие, что про маньяков немудрено и забыть в миг.
И знаете, по "Творцам" можно снять целый сериал! В духе старых "Зачарованных". Там тоже любовные сюжетки выпячиваются
Герои. Они как герои, только не герои. Понимаете? Люди они в общем, эти творцы. Сначала я влюбился в Лану, потому что она мне показалась загадочной, потом я ее разлюбил, но это такая мелочь, ведь первое впечатление бывает обманчивым. Потом я увлекся Милой. Рыжие – они такие. Особенно творческие. А вот Ян что-то как-то ну... Нет, он интересный, да вот только агрессивный больно, прям не могу. Это про него можно сказать: в любой непонятной ситуации ори "Я тебя убью!". Серьезно, он настолько часто произносил эту фразу, что я ухахатывался.
Хотя улыбаться можно где угодно и над чем угодно. Есть забавные персонажи.
– Чего? – возмутился рыжий и показательно покрутил пальцем у предполагаемого виска. – С чего вдруг Дениске тебя убивать?
– Ну там, – невпопад пояснила она, – на выставке... И крылья у него черные...
– Железобетонный аргумент! Вот ты ответила, и я ка-ак все понял! Вот прям совсем все! Даже теорию струн! Прикинь?
Есть смешные ситуации и диалоги.
– А интересное у вас тут что-нибудь есть? Портал на Гавайи, скатерть-самобранка, ручной Цербер размером с чихуахуа?
– Пойдем... – проворчала она, – покажу тебе самое крутое место в Башне.
– Парковку с противоугонными рунами на машинах?
А еще есть много подтекста в 20-й главе, где герои собрались за чашечкой торта.
В общем, океан позитива обеспечен.
Да будут счастливы и те, кто ждет драм и густых темных красок. Они тут тоже вполне себе разместились. И семейные неурядицы, и убийства, и просто серьезные темы с серьезными и меткими мыслями.
Да и если искать виноватых, карабкаясь по истории, можно до большого взрыва добраться!
Подытожу. Сюжетная составляющая проработана, и это чувствуется. За исключением некоторых моментов, где фраза "Я тебя убью!" и подобные ей озвучиваются не одним лишь Яном, а целым хором из других персонажей. Любовные линии не делают роман женским, давайте не будем мыслить стереотипами, окей? В конце концов, мы здесь литературу читаем, а не описание декораций! Роман, по моему мнению, ценен каждой случайно оброненной мыслью, и мысли эти вовсе неслучайны, ведь за ними стоит тяжелый труд авторов. Ценен, понимаете? Сам по себе. И я с удовольствием когда-нибудь поставлю его на одну полку с моими любимыми Палаником и Коуплендом.