Цитаты из книг автора «Стивен Протеро»

Если индуизм философов в духе джняны был изложен на санскрите в замысловатых спорах Упанишад, если его олицетворением являлись странствующие аскеты, то четвертый пласт геологии индуизма нашел отражение в написанных доступным языком песнях, стихах, пьесах, а также в танцах и усердном почитании избранного божества. Вместо того, чтобы управлять своим телом и эмоциями с помощью медитации и йоги, приверженцы индуизма преданности дали волю и телу, и чувствам. Вместо того, чтобы глумиться над телом как темницей, они восхваляли его как храм избранного ими бога. Когда речь идет об откровениях, писал североиндийский поэт XV века Кабир, санскрит подобен застоявшейся воде колодца, в то время как разговорные языки – тамильский, хинди, бенгальский и маратхи – подобны живой воде ручья, который никогда не перестает течь.

как сказано в Шветашватара-упанишаде, мы «блуждаем согласно своим действиям» (5:7).

Мы умираем с определенным сочетанием хорошей и плохой кармы – пунья (заслуги) и папа (провинности).

Такие аскеты-санньясины называли себя по-разному: садху («святые люди»), шрамана («стремящиеся»), муни («безмолвные»), паривраджака («странники»), бхикшу («нищие»).

Если ведизм представлял собой традиции жрецов, приносящих жертвы на огне, чтобы усмирить хаос, ранний индуизм был традицией санньяси-нов, культивирующих знание, чтобы вырваться из колеса сансары.

В новых писаниях, которые сами махаянисты приписывали Будде, а их противники называли подделками, махаянисты представили новый пример для подражания – бодхисаттву. Буквально это слово означает «стремящийся к пробуждению», но главная добродетель этого кумира махаяны – сострадание (каруна). Вместо того, чтобы эгоистично сосредоточить усилия на достижении нирваны для себя, бодхисаттва обращает свой обширный кладезь достоинств на пользу другим. «Все страдания в этом мире исходят от стремления к счастью для себя, – писал индийский поэт философ VIII века Шантидева в «Пути бодхисаттвы». – Все счастье в этом мире исходит от стремления к счастью для других»

Начало нашей эры стало периодом поразительной религиозной активности и увидело рождение христианства, раввинского иудаизма и индуизма в духе бхакти. Кроме того, тот же период дал миру бхакти-буддизм, известный ныне как махаяна. «Маха» означает «великий», «яна» – «колесница», следовательно, «махаяна» – «великая колесница», самое популярное в наше время направление буддизма. Но поначалу его название было скорее похвальбой, чем демографической особенностью. «Я величайший», – похвалялся чемпион по боксу в тяжелом весе Мухаммед Али. Приверженцы махаяны утверждали то же самое. Мухаммед Али дразнил Джо Фрейзера, а сторонники махаяны – своих противников, приверженцев хинаяны, или «малой колесницы». Однако противники не соглашались с ними, и до наших дней дожила тхе-равада («учение старейших»).

Рам Лила», ежегодная постановка по «Рамаяне», которую показывают на протяжении целой недели в Рамнагаре («городе Рамы») – городе, находящемся напротив Варанаси, только на другом берегу реки.

Центр проблематики «Гиты», как ее называют в обиходе, – дхарма, слово, которое с санскрита переводят как «долг», «закон», «справедливость», «истина», «порядок», «праведность», «добродетельность», «нравственность» и даже «религия». Корень слова «дхарма» – «дхар», означающий опору или поддержку, следовательно, дхарма – все, на что опирается космический порядок, поддерживая то, что правильно.

Индуизм поклонения – это не только ритуал, но и предания. Как в иудаизме предание и закон – две стороны одной медали, так и в индуизме предание и ритуал неразрывно связаны. На пасху иудеи слушают рассказ об Исходе и инсценируют его; в индуистской традиции Врат Катха верующие слушают предание о посте, а затем сами дают обет поститься.