Цитаты из книг автора «Стивен Пинкер»

Поиск земных путей, какими человеческие существа могут прийти к процветанию, в том числе приемов, призванных преодолеть трагедию внутренней склонности к агрессии, – самая достойная цель для каждого из нас.

Защитники религии долго настаивали, что в отсутствие божественных эдиктов мораль никогда не найдет внешней по отношению к человеку точки опоры.

Но природе человека свойственны и мотивы, влекущие нас в мирную клетку – сочувствие и самоконтроль. Она оснащена каналами связи – языком – и оборудована открытой системой комбинаторного мышления.

в реальной жизни месть, неверно отмеренная искажениями эгоистичности, часто приводит нас к повторяющимся циклам вражды, а не к стабильному сдерживанию.

Мой взгляд таков: дилемма пацифиста как минимум проясняет эту загадку и показывает, что неслучайное направление исторического развития берет начало в реальности, которая формирует наши концепции морали и смысла. Человечеству от этой дилеммы не избавиться, потому что интересы людей не совпадают, физическая уязвимость делает нас легкой добычей, а искушение эксплуатировать других, чтобы не позволить им поживиться за наш счет, обрекает стороны на конфликт и взаимные убытки. Односторонний пацифизм – проигрышная стратегия, а взаимный мир недосягаем. Эти сводящие с ума обстоятельства прописаны в математической структуре матрицы вознаграждений, и в этом смысле они часть природы реальности. Неудивительно, что древние греки обвиняли в своих войнах капризных богов, а евреи и христиане взывали к высоконравственному божеству, которое может подкрутить баланс вознаграждений в ином мире и, следовательно, изменить структуру стимулирования в этом.

Силы современности – разум, наука, гуманизм, права человека, – конечно, не толкали мир только и исключительно в одну сторону; они не перенесут нас в Утопию и не положат конец всем страданиям и столкновениям, сопутствующим человеку на жизненном пути.

Романтический взгляд на европейское Средневековье предпочитает не замечать изысканно оформленных пыточных инструментов и ничего не знает о тридцатикратно большем риске насильственной смерти в те времена.

И вот тут-то несентиментальная история и статистическая грамотность способны изменить наш взгляд на современность. Они демонстрируют, что ностальгия по мирному прошлому – крупнейшее заблуждение из всех.

Жалобы на изгнание из рая далеко не новость, как показал историк Артур Херман в книге «Идея упадка в западной истории» (The Idea of Decline in Western History)[2089]. В 1970-х, когда романтическая ностальгия по прошлому окончательно укоренилась, статистики и историки начали копить факты в ее опровержение. Заголовки их книг говорят сами за себя: «Хорошая новость: плохие новости неверны» (The Good News Is the Bad News Is Wrong), «Время работает на нас» (It’s Getting Better All the Time), «Старые добрые деньки были ужасны!» (The Good Old Days – They Were Terrible!), «Обоснование разумного оптимизма» (The Case for Rational Optimism), «Мир становится лучше» (The Improving. State of the World), «Парадокс прогресса» (The Progress Paradox) и опубликованные недавно книги Мэтта Ридли «Разумный оптимист» (The Rational Optimist) и Чарльза Кенни «Перемены к лучшему»[2090].

первые левиафаны решили одну проблему, но создали другую. Теперь люди реже становились жертвами убийств или войн, но зато стонали под пятой тиранов, жрецов и клептократов. В этом темная сторона «усмирения»: не только установление мира, но и полный контроль насильственной власти.