Как видно на рис. 6–12, число конфликтов в странах ислама держится на прежнем уровне, просто остальной мир стал более миролюбив — этот феномен я называю Новым миром. Важно подчеркнуть, что концепция «исламской цивилизации» оказывает медвежью услугу миллиарду с лишним мужчин и женщин, живущих в таких разных странах, как Мали, Нигерия, Марокко, Турция, Саудовская Аравия, Бангладеш и Индонезия. Мусульманский мир разделен не только на страны, есть и более важный водораздел: западная публика формирует свое мнение о мусульманах, ориентируясь на два сомнительных образа — на фанатиков, привлекающих внимание прессы своими фетвами и джихадами, и на богатеющих на нефти автократов. Убеждения молчаливого (часто вынужденно молчаливого) большинства почти не влияют на эти стереотипы. Возможно ли, чтобы волна либерализации, прокатившаяся по миру в последние десятилетия, не затронула миллиард триста тысяч мусульман?
