Цитаты из книг автора «Стивен Левитт»

«Силой и террором противостоять любым политическим действиям, не соответствующим взглядам членов клана, противостоять праву цветных граждан на ношение оружия и голосование на выборах, запретить работу школ, в которых обучаются цветные дети, и вновь низвести цветных граждан до состояния рабов».

Уважение может превратить практически любое взаимодействие в сотрудничество. Сила его воздействия особенно сильна, когда его меньше всего ожидают.

Летом 2003 года журнал The New York Times поручил журналисту и писателю Стивену Дабнеру рассказать о Стивене Левитте, знаменитом молодом экономисте из Чикагского университета. Дабнер, который работал в то время над книгой о психологии денежных отношений, провел множество интервью с экономистами и обнаружил, что их английский настолько странен, что напоминает четвертый или пятый из изученных ими иностранных языков. Левитт, который незадолго до этого получил медаль Джона Бейтса Кларка (которую вручают раз в два года лучшему американскому экономисту в возрасте до сорока лет), также давал интервью многим журналистам и в ходе этого обнаружил, что их мышление было не совсем… здравым, как сказал бы типичный экономист. Однако, беседуя с Дабнером, Левитт пришел к заключению, что тот не является полным идиотом. Дабнер, со своей стороны, посчитал, что Левитт похож на человека, а не на живую логарифмическую линейку. Писатель был поражен изобретательностью экономиста в проведенной им работе и его желанием объяснить то, над чем он думает. Несмотря на все громкие звания Левитта (степень магистра, полученная в Гарварде, докторантура Массачусетского технологического университета и куча разнообразных наград), он подходил к экономическим проблемам с несколько необычной точки зрения. Он пытался смотреть на вещи не как ученый, а как толковый и исполненный любопытства путешественник, режиссер-документалист, эксперт-криминалист или даже букмекер, интересы которого простираются от спорта до криминалистики и поп-культуры. Ему казались не слишком интересными всевозможные денежные вопросы, которые прежде всего приходят на ум людям, задумывающимся об экономике. Иногда он предавался самоуничижению — как-то раз он заявил Дабнеру, откинув прядь волос, закрывшую ему глаза: «Я не так уж много и знаю об экономике. Я довольно плох в математике, я слабо знаком с эконометрикой и практически не умею формулировать теории. Если вы спросите меня о том, будет ли расти или падать фондовый рынок, или о том, будет ли экономика развиваться или угодит в рецессию, или захотите узнать о чем-то, связанном с налогами, — что ж, думаю, что я покривлю душой, если скажу, что что-то понимаю в каждом из этих вопросов».

Вопреки расхожему стереотипу, пираты вели себя довольно великодушно. А вот попытки сопротивляться наказывались чрезвычайно жестоко.

Важно понять, что пираты были деловыми людьми, своего рода бизнесменами. И поэтому не обращались зверски со всеми, кого захватывали. Чтобы поощрить сдачу без боя, им было необходимо донести мысль: «Сложите оружие — вас пощадят». Это был чистый расчет. А если бы они бесцельно издевались над пленниками, как часто думают, они отбили бы у моряков всякую охоту сдаваться, следствием чего стали бы большие потери. Пиратам пришлось бы чаще сражаться, если бы купцы думали, что после захвата их начнут пытать.

Пиратство давало морякам больше свободы и денег, чем торговля. Но важнее всего была свобода от произвола капитанов и сильнейших злоупотреблений властью с их стороны. В пиратской демократии команда могла низложить капитана, если он злоупотреблял властью или был некомпетентен, и часто это делала.

Да, именно так. Пираты XVIII века выстроили настоящую систему демократии. Им пришлось создавать эти структуры, поскольку от государства они не могли их получить. Пиратам более, чем кому-либо нужно было создать системы закона и порядка, чтобы дольше действовать совместно и тем самым обеспечить успешные грабежи.

Питер Лисон — экономист из Университета Джорджа Мейсона и автор книги «Невидимый крючок: Теневая экономика пиратства» (The Invisible Hook: The Hidden Economics of Pirates). Лисон согласился ответить на некоторые наши вопросы, касающиеся пиратства.

каково же влияние предварительного вопроса на результат опыта? Поведение заключенных, которых спрашивали про телевизор, было ближе к поведению обычных граждан, чем к поведению заключенных, которых ткнули носом в их преступление.

о силе прайминга, то есть о влиянии тонких сигналов и напоминаний на поведение. Например, многие исследователи заявляют, что, если вы попросите женщину перед сдачей экзамена по математике указать на листке бумаги не только имя и фамилию, но и пол, результаты будут хуже, чем в случае, когда она укажет только имя и фамилию.