Недоумение было фальшивым. Сюзанна в этом практически не сомневалась. Старый Джо Коллинз, веселый, как Санта-Клаус на детском утреннике, только что ей солгал.
. Я могу сказать, что у вас уйдет шесть дней, чтобы дойти до края Белых Земель, может, семь…
– Вы называете эти земли Эмпатикой? – спросила Сюзанна.
Он моргнул, в недоумении посмотрел на нее.
– Да нет же, мэм… никогда не слышал, чтобы эту часть сотворенного мира называли иначе, чем Белыми Землями.
Перед Башней расстилалось поле роз, Кан’-Ка Ноу Рей, лежащее в тени, но все равно прекрасное. Большинство роз уже закрылись, приготовившись к встрече с ночью, но некоторые еще поглядывали на окружающий мир, словно сонные глаза
Но что сразу привлекло внимание Сюзанны, да и Роланда тоже, так это фотография на одной из стен. Она висела, чуть скособочась, и столь небрежное отношение к ней Сюзанна восприняла, как святотатство.
Потому что на фотографии запечатлели Темную Башню
Был и телевизор, хотя Сюзанна и представить себе не могла, какие же программы смотрит старина Джо (Эдди и Джейк, конечно же, сразу узнали бы видеомагнитофон, который стоял на полке под телевизором
Коллинз уже освобождался от свитера, под которым находился еще один. Поначалу-то Сюзанне показалось, что старик толстый, а теперь он вдруг лишился большей части своего жира. Она поняла, что за жир принимала одежду. Коллинз, конечно, не был таким же тощим, как его лошадь, но и уж толстым его никто бы не назвал
Теперь Заика Билл, – продолжил старик, снимая второй свитер. – Он – робот. Прибирается по дому, так же как и обеспечивает работу генератора… и, разумеется, именно он расчищает дорогу. Когда я впервые появился здесь, он запинался на каждом втором или третьем слове. Что я буду делать, когда он окончательно сломается, ума не приложу.