Цитаты из книги «Кэрри»

опустившись, на грешные колени, принялся молиться Господу

у отца в авторемонтной мастерской, – сказал Томми. – По вечерам в пятницу и в субботу буду наливаться пивом в «Дяде Билли» или в «Кавальере» и вспоминать, как я перехватил передачу от Сандерса и мы победили Дорчестер. Женюсь на какой-нибудь зануде, буду вечно голосовать за демократов, и всю жизнь у меня будет прошлогодняя модель…

Ребятишек этих уже нет, – говорит он, пожимая плечами. – Если я откроюсь, тут будет слишком много призраков.

мама была бы жива я убила свою маму я хочу к ней о боже как больно грудь плечо о я хочу к маме

И вдруг ей показалось, что это уже не имеет значения, ничего больше не имеет значения – лишь бы только перевернуться на спину и увидеть звезды, перевернуться, взглянуть на них хоть разок и умереть.

Я пришла убить тебя, мама. А ты сидела и ждала, когда сможешь убить меня… Мама, я… Это неправильно так, мама. Это…

Надо головой думать, иначе она тебе больше не понадобится».

Она закрыла лицо руками и, шатаясь, встала с трона. Одна только мысль владела ею – бежать, бежать от света, в темноту; темнота укроет.

Но жалость – это все равно что припарки. Жалеть можно о пролитом на скатерть кофе или о промахе в боулинге. А истинная скорбь так же редка, как и истинная любовь.

Кэрри казалось, что, скажи он хоть одно неверное слово, ее сердце тут же разорвется, а если Томми засмеется, она умрет на месте. Она чувствовала – действительно чувствовала, всей душой, – что ее беспросветная жизнь сошлась в одну фокусную точку, и она либо закончится, либо пойдет дальше расширяющимся лучом.