Тогда я тоже буду надеяться. Человеку разрешено надеяться. И вот что, Эдгар… – Да, мэм?– Я хочу быть для вас Элизабет. Становиться мэм в конце жизни – это не для меня. Мы понимаем друг друга?Теперь кивнул я.– Думаю, понимаем, Элизабет. Она улыбнулась, и слезы, которые стояли в ее глазах, упали. Потекли по старым и испещренным морщинами щекам, но сами глаза оставались юными. Юными.