– Не учи папочку чесать яйца, – сказал Джек. – Я носил бляху детектива, когда ты еще был салагой-патрульным. – Подтекст был вполне очевиден: И буду носить, когда ты станешь охранником в «Саутгейте
еще одного жаркого дня, которого Фред уже не увидит. Отчасти его решение покончить с собой, оборвав род Питерсонов из Флинт-Сити, объяснялось надеждой, что Фрэнк, Арлин и Олли ушли не слишком далеко. Возможно, он еще успеет их догнать.
Мама? – прошептала Сара.
– Что, солнышко?
– Я боюсь папиных похорон.
– Я тоже.
– Я не хочу идти, и Грейс тоже не хочет.
– Значит, нас уже трое, малыш. Но мы пойдем. Мы будем храбрыми, да? Ради папы.
Ральф позволил ей расцарапать ему левую щеку и только потом схватил за руку. Он позволил ей пустить ему кровь, потому что, быть может, заслужил это… и, быть может, здесь не было никаких «быть может».
Олли подумал, что люди – по сути, животные. Даже когда у тебя умирают мама и младший брат, тебе надо есть, а потом высирать съеденное. Организм требует своего
Нередко бывает, что человек на работе и дома – это две совершенно разные личности, тем более когда речь идет о человеке амбициозном, столкнувшимся с неожиданными препятствиями, способными разрушить все его грандиозные планы.
Некоторые ребята – обычно «Ангелы ада» или «Апостолы дьявола» – специально отращивают на мизинце длинный ноготь. Я сам видел такие ногти. Покруче, чем у тех императоров в Древнем Китае. Некоторые байкеры даже украшают их эмблемами и черепушками. И называют кокаиновым ногтем.
Ральф подумал, что вид у нее усталый. Впрочем, чему удивляться? Последние несколько дней у нее выдались очень загруженными. Да и сумасшествие – изнурительная болезнь.