Цитаты из книг автора «Stephen Joseph»

Интеллектуализация — это подавление своих эмоций интеллектуальной работой, позволяющее устранить нежелательные импульсы, избежать неприемлемых ситуаций или не совершить недопустимые поступки: например, человек, у которого только что диагностировали смертельное заболевание, может вдруг сосредоточиться на нюансах медицинских процедур, причем с ощутимой холодностью и спокойствием, что очень удивит окружающих. Но на самом деле это всего лишь попытка справиться с ситуацией.

Рационализация — еще один незрелый защитный механизм: мы объясняем события так, чтобы не упасть в чужих глазах. Например, нас не берут на работу нашей мечты, и мы говорим другим, что не очень-то и хотели туда устроиться или что для нас куда важнее опыт, полученный на собеседовании. Сообщая окружающим эту версию, мы и сами начинаем в нее верить. Такой прием помогает нам скрыть свои страхи и плохую самооценку.

Диссоциация тоже искажает реальность. Проявляется она так: человек теряет чувство времени, на какой-то период перестает осознавать себя и фиксировать свой привычный ход мыслей. Может ощущаться своеобразная отрешенность от самого себя, выключенность из мира. Бывает, например, что мы ведем машину и вдруг понимаем, что не помним, что происходило в последние десять минут. Это и есть диссоциация. Марк и Мэри обратились за консультацией, и уже тогда было видно, в чем главная проблема: пока Мэри описывала ситуацию в их семье, Марк, казалось, совсем ее не слушал. Порой, когда разговор между супругами становился чересчур напряженным, Марк будто входил в иное состояние сознания. Казалось, что он присутствует в кабинете лишь физически.

Подавление. Суть подавления состоит в том, что мы не допускаем проникновения в наше сознание опасных, непозволительных мыслей, чувств и порывов. Скажем, если мы гетеросексуалы, мы можем не признавать сексуального влечения к коллеге своего пола. Нам хочется подавить в себе то, что нас тревожит, что представляется неадекватным и стыдным, и это вполне понятно. Мы живем в культуре, в которой гомосексуализма по-прежнему стыдятся, и поэтому неудивительно, что некоторые мужчины и женщины подавляют свои истинные чувства. Подавление не дает человеку узнать себя настоящего. Ведь в нас есть много такого, что мы не хотим принимать. Например, кому захочется убеждаться в том, что он не так уж и привлекателен, как думал, или не столь талантлив, умен, популярен?

Отрицание — отказ от принятия реальности, крайняя форма самозащиты. В этом случае болезненные события как будто не затрагивают человека, он ведет себя как ни в чем не бывало — так, словно не знает чего-то такого, что, по мнению окружающих, ему знать необходимо

возлюбленными. Плохие отношения или дефицит заботы могут вызвать психические расстройства. Пациенты, страдающие от депрессии или повышенной тревожности, чаще всего не могут похвастаться доверительными, искренними отношениями; они конфликтуют с родственниками, мало контактируют с друзьями и чаще всего не заводят ни с кем близких отношений.

Само собой, прислушиваться к внутреннему голосу нужно не только, когда мы пьем вино, но и во время принятия любых решений. Проблема очень многих людей в том, что они живут в отрыве от всего важного для них, не могут разобраться в собственных чувствах и справиться со всем тем, что угрожает их самооценке. Такие люди избегают ситуаций, в которых им приходится сталкиваться с неприятной правдой о себе, и предпочитают не выходить из зоны комфорта. Они боятся новых возможностей. Нереалистичные, самокритичные внутренние диалоги, в которых мы ругаем, или унижаем себя, или признаем себя неудачниками и вешаем на себя

Если я не буду вмешиваться в дела людей, они сами во всем разберутся. Если я не стану командовать людьми, они будут вести себя естественно. Если я не буду поучать людей, они сами сделаются лучше. Если я не буду ничего навязывать людям, они станут собой29.

людей. Именно поэтому многие западные институты строят свою работу на идее о том, что человека нужно всесторонне контролировать, что необходимо отслеживать и регулировать каждый его шаг — иначе из него не получится хороший, здравомыслящий член общества. Маслоу и другие психологи-гуманисты предложили совершенно иной взгляд на человеческую природу и на то, как следует организовывать работу институтов. Они заявили, что институты должны не ограничивать и контролировать людей, а удовлетворять их базовые потребности. Только тогда люди смогут реализовать свой потенциал наилучшим образом — на пользу себе и окружающим.

Маслоу и другие психологи-гуманисты начали высказывать свои идеи в 1950–1960-х годах, и тогда они казались довольно противоречивыми, поскольку концепция Фрейда не теряла (и до сих пор не теряет) своей популярности. Учение Фрейда словно призрачный гонщик, который и по сей день нас преследует. Убежденность в том, что мы кровожадные дикари, отразилось на всех аспектах западной культуры, начиная с воспитания и образования и заканчивая законами, придуманными для того, чтобы ограничивать и контролироват