«Да и на здоровье. Вода из скважины во дворе своя, чистая, электричество на подогревание в бойлерах своё, на крыше трёхэтажного домика стоят ветряки и солнечные батареи. Самообеспечение».

В воздухе витали проекты мусороперерабатывающего мини-заводика, водоочистных сооружений, сотни разработок посыпались на Антисистему дождём, не в силах найти финансирование или хотя бы понимание в старом мире. Посёлок разрастался стремительно, экологически чистый, тёплый, красивый и удобный.

За несколько дней проживания вся семья Корпионовых перешла на биологические часы, предпочитая спутниковым каналам телевизора вечерами всей семьёй сидеть у камина или наблюдать звёзды в мини-обсерватории под стеклянным окном оранжереи третьего этажа. Умные стёкла затемнялись или светлели, регулируя чрезмерное поступление света, а ночью открывали вид звёздного неба.

«Ну да ладно, задумалась, пора и за завтрак приниматься. Художница, пловчиха, спортсмены и животные скоро взвоют от голода, заполонив беседку гораздо раньше, чем случилось бы подобное в душной квартире», – подумала Елена и отошла от окна.

Скорпион, подхватив запыхавшегося Живца, перемахнул забор, вернул меньшего брата на землю и, на ходу сбрасывая шорты, помчался к пруду. Перед прыжком восстановил дыхание и понизил температуру тела, остужаясь после двадцатикилометровой разминочной пробежки.

Вырытый на внутренней территории среди больших деревьев пруд со своего самого крутого берега принял разгорячённое тело в самом глубоком месте. Сергий приник ко дну, гладя выстеленное плоскими камнями и посыпанное песком дно. Старая вода уходила в землю, не застаиваясь, а шланги малым напором наполняли новой из скважины. Это заполняло пруд, не позволяя вырасти камышам и поселиться лягушкам. Расчёт был таким, что солнце за день успевало нагревать новую воду.

Вынырнул вихрастый на другом краю пруда, не торопясь выходить на берег. Засмотрелся на громадину дома. По стоимости дом из сэндвич-панелей без жёсткого фундамента, собираемый почти вручную, получился как однокомнатная квартира в центре города. Ещё полкомнаты можно было приплюсовать за облагораживание территории и модернизацию внутри дома: баня, бассейн, спутниковые тарелки со всей коммуникацией, пруд, скважина, двойной гараж на «боевой» джип и «семейный» минивэн, мотоциклы, беседка, отсыпанные площадки. Первичным чертежом не предусматривались лишь крыльцо и камин, но позволил себе дополнить чертёж и первым, и вторым.

Душа просит.

«Семья много за семь лет от таёжного дикаря настрадалась. Стеснил, вынудил сменит приоритеты. Так пусть хоть сейчас спокойно поживут. Люди, пахавшие всю жизнь на безликую химеру системы должны отдыхать и жить в нормальных условиях, а не доживать свой век, кляня всё и вся в мёртвых квартирках».

Корпионов вынырнул из пруда и побрёл по траве. Листьев высоких, вековых деревьев, которые не позволил срубить, намечая планы постройки домов в угоду вековым деревьям и ландшафту, ласкали слух. Живописная местность получалась по всей территории посёлка. Так и побрёл по выложенной камнем тропинке к недавно созданному месту для медитации – каменному саду.

«Токаява, уезжая, сложил, как память о себе, как клочок иной культуры, в которую иногда полезно окунуться. Окунуться, но не растаять в ней безликой серой тенью», – размышлял Сергий, глядя на камни в саду/

Сёма прибежал к дому с Когтем на руках. Тигрёнок ещё не выдерживал долгих утренних пробежек. Кошки грациозны, стремительны, но не выносливы. Долгий размеренный бег не для них. Собаки выносливее, кони выносливее, но никто из них не выдержит темпа тренированного человека. Воля и стремление – вот что значит быть царем Природы.

«Животное не видит причины преодолевать себя, а в человеке Творцом заложено это умение, способность идти напролом, на одной только воле, через силу, на самый край. Но развивает это умение не каждый, далеко не каждый», – размышлял Леопард.

Коготь добежал до крыльца и рухнул на ступеньках, всем видом показывая, что иссяк. Сёма оббежал джип у гаража и пробежал дальше к бане. Там возле скважины прорыт колодец. Три ведра студёной воды после пробежки телу не помешают.

Солнце окончательно выползло из-за деревьев. Семейство Корпионовых, как теперь гордо именовали их бумаги, скрылось в доме, переодеваясь. Затем все разом выползли во двор, ближе к беседке. Каждый прихватил с собой блюдо от Елены и столовые приборы.

Круглый стол из морённого дуба укрылся светлой скатертью. Деревянный здоровяк любезно собрал на себе всё свежее: молочную кашу, блины, хлеб, масло, молоко, мёд, варенье, квас, расстегаи. Всё в деревянной посуде, с деревянными ложками и глиняными кружками.

«Живая еда, живая посуда», – сказал намедни Сергий, притащив в новый дом целый ящик вырезанных поделок бабушек и дедушек, которые сами и продавали эти поделки на толкучках на рынках. Металл присутствовал только в качестве ножа и… в новом цвете Ладушкиных локонов.

Весёлая семья в самом хорошем расположении духа расселась по резным деревянным стульям. Так чисто и откровенно могли улыбаться только близкородственные души. Никакой скованности и напряжения обстоятельств последних недель.

Живец и Коготь боролись под столом за право обладания первым лакомым куском. Тигр во всём старался походить на статного пса, учуяв в нём новую няньку. Живцу было всё равно, территории вокруг гораздо больше, чем в квартире, почему бы и не взять себе на воспитание мелкого полосатика?

Сергий, уничтожив вторую тарелку каши, приметил взгляд Влады. Названная сестрёнка постоянно поглядывала через плечо, стараясь намекнуть.

«Ах, да! Закончила работу. Надо поглядеть».

– Влада, ну не терзай, покажи своё творение, – первым успел приметить Сёма.

– Да. Зрители готовы, – затараторил Дмитрий Александрович, упустив за поглощением блинов такой важный момент.

Влада, смутившись, отодвинулась от стола, но пошла к прикрытому мольберту.

Скорпион застыл, едва полотно слетело с картины. Все за столом замерли, поражённые точностью сходства. До малейших подробностей кисть художника изобразила рождение солнца, новую зарю. Свет играл среди высоких крон деревьев, просачивался сквозь прорехи листьев, отражался в сполохах небольших волн на пруду, падал на камни японского сада. Само небо было таким насыщенным, живым и подвижным, словно играло видео, а не смотрели на статичную картину.

Блондин притворно упал со стула, вытягивая руку с большим пальцем вверх. Разрядил обстановку:

– Стартовая цена лота – моя жизнь, честь и совесть. Кто больше?

– Добавь мою печень, – прошептал Дмитрий. – И почку… И левое ухо.

– Печень и почки раз, печень и почки два, продано! – заключил Сёма, возвращаясь на стул.

– Твоя картина такая лёгкая и воздушная, она должна летать, – важно добавила Лада, и… картина медленно оторвалась от крепления.

Влада вздрогнула. Елена побледнела. Мольберт медленно поплыл по воздуху, зависнув над столом.

– Лада, не балуй! – предупредил Сергий, наблюдая за потугами юного паранорма. Корпионов готов был в любой момент перехватить картину над столом, если силы сестрёнки иссякнут. Ребёнок обладал ими, но не умел управлять концентрацией.

Картина медленно поплыла обратно, плавно опустившись Владе в руки.

– Фу-ух, – шумно выдохнула Ладушка, утирая пот со лба и поворачиваясь к Елене. – Мама, правда, я тоже молодец?

Потрясённой Елене ещё не доводилось видеть тренировок младшей дочери. Она медленно закивала, увеличивая скорость кивков, поглядывая на Сергия.

– И давно ты так?

– Как волосы посеребрились, – важно ответила дочка.

– Лада, ты умница, но тренируйся только в моём или Сёмином присутствии. И пока только с небьющимися предметами. Хорошо? – предупредил Скорпион. – А то мама пугается.

Лада улыбнулась, показывая ямочку на щеке. Кивнула и принялась допивать молоко.

Влада поставила картину на место и села доедать. Удивления сильного не высказала. Прежде ненароком заметила, как во время переезда младшая сестрёнка таким образом упаковывала в ящики свои игрушки. Привыкла. Похоже, в семье не один ангел живёт.

Дмитрий обнял Елену за плечи, подбодрил:

– Мать, да не бери ты в голову. Ну, летают, ну пусть себе летают. Ну, в крайнем случае, вихрастого побреем. Потеряет силу, как Самсон. Делов-то. А если не поможет, в цирк всей семьёй работать пойдём. Да?

Елена выдохнула.

– Главное, чтобы соседи не переживали.

– Влада, отлично, продолжай творить.

Влада округлила глаза, глядя на Скорпиона, который не шевелил губами, но звук шёл от него. Голос чёткий, не перепутаешь. Кивнула.

Сергий по своему обыкновению в передаче смысловых пакетов передавал и интонацию своего голоса. Так, как его привыкли слушать. Соответственно принимающий не мог ошибиться по части «собеседника», если когда-то имел с ним вербальное общение. Но это была лишь условность. Фон, который передающий мог создавать по своему усмотрению.

– Не бойся, сестрёнка, после Аркаима также научу отвечать.

Владлена расцвела доброй улыбкой и завтрак продолжился.