– Может и спортсмен. – неопределённо ответил я. В деревне по идее все спортсмены. – Тебе то что?

– Ха, и чем занимаешься? – лысый сел с другой стороны скамейки.

Хорошая возможность уложить обоих локтями на землю. Или шеи в захват взять. Сил-то хватит.

Но пока агрессии не было. Я ж не крест. Пусть первые начнут. Давно не тренировался. С момента драки в квартире три дня прошло.

– Мастер спорта по пинг-понгу! – буркнул нехотя.

Лысый заржал. Долго и протяжно. Не зря видать парень курит, нервы успокаивать ему надо.

Хоккеист не понял шутку, застыл, как изваяние, брякнул:

– Шутник что ли?

– Вроде того. – ответил я с вызовом и выдержал долгий взгляд.

Хоккеист первым отвёл глаза. Победа.

– Ребят, а чем у вас тут можно заниматься? Ну, секции какие-нибудь, клубы…

– Хоккей есть. Но далеко. Достало ездить, – почти по слогам отрапортовал широкоплечий и достал из кармана пачку сигарет. Повертел в руках, раздумывая, затем вытащил сигарету и закурил.

– А так, ничего хорошего. Всё хорошее в другом конце города. – добавил Лысый, забирая у друга пачку. Так же принялся дымить. – В компьютер играй, рыжий. Там тебе и спорт, и жизнь, и общение. Хочешь, сетку протянем? За пиво, конечно.

– Вообще-то меня Игорем зовут. И не один сломанный нос может сказать, что я не люблю, когда меня называют рыжим. Понял, лысый?

Лысый хмыкнул, протянул тощую руку:

– А, понял. Алексей.

Я вздохнул. Хотелось подраться. Пришлось пожать руку.

– Саша, – буркнул хоккеист, протягивая и свою.

Это рукопожатие было покрепче. Чувствовалась хватка. Клюшку в руках держал не единожды. Мы тоже играли в деревне в хоккей зимой на реке. Но коньки и клюшки делали сами. Щитков и шлемов не было.

– Зря куришь, Саша. Так клюшку скоро держать не сможешь.

– Да и хрен с ней. Всё равно никаких перспектив в этом занюханном городишке. Чего-жилы-то рвать? – отмахнулся спортсмен. – В Москву надо ехать. В столице всё есть.

Этот город погряз в депрессии. Парни понятия не имели, что значит по-настоящему забытое, далёкое и в корне занюханное место. Если сравнивать этот провинциальный город и нашу деревню, то словно пытаешься поставить в один ряд небо и землю. Какой же должна быть Москва по сравнению?

Слово за слово, разговорились. Оба оказались жильцами моего дома. И оба шарили в компьютерах.

– Ты мой номер сотового запиши, – докурил Алексей и выбросил бычок в траву, прибавив к горкам свою лепту.

Я похлопал по карманам, возмутился:

– Вот не пруха. Дома телефон забыл. Но ты говори, я запомню.

Не хотелось сознаваться, что нет ни компьютера, ни сотового. Чистая совесть – чистые карманы. Есть только здоровье и стремление добиться большего. Курить и лузгать семечки – не для меня. Хотя бы потому, что и купить их не на что.

Лёха продиктовал десяток цифр. Конечно, я их тут же и забыл. Мозг отсекает всё лишнее, гад. Но, сделав умное лицо, обронил:

– Скину тебе смс с моим номером.

Рядом забили барабаны. Сашин карман завибрировал, оглашая всю улицу громким визгом, криками и непонятной мне мелодией под гитару.

– Хит сезона. – довольно пробубнил Александр и достал трубку.

– Мама в тазик постучала, сейчас свалит, – объяснил Лёха и поднялся. – Ну, я тогда тоже пойду. Ты на днях под вечер гулять выходи. Пообщаемся. Комп заберёшь с ремонта – дисками поменяемся? Идёт?

– Да не вопрос, Леха. Конечно, поменяемся, – ответил внешний я, пока внутренний я раздумывал, где бы достать сотовый и компьютер, чтобы не выглядеть полным ничтожеством.

Переехал в город из глуши, нужно соответствовать. Только где мне взять все эти новомодные понты?

Парни попрощались и пошли домой. Я остался один на один с невесёлыми мыслями. С новыми знакомыми приобрёл и стимул, как можно быстрее заработать денег. Стоило прикупить вещей, без которых в городе никак. Деревенщиной выглядеть не хотелось. Жизнь всех ставит в разные условия, но пусть меня расстреляют, если я не приложу все свои силы, чтобы сгладить это неравенство хоть чуть-чуть. Нужны же рабочие парни и здесь!

– Леха, погоди! – я догнал тощего. – Займи двадцатку. Газетку купить. – И тут же сочинил. – Домой в лом туда-сюда ходить. А лифт ещё не работает. А я тебе на днях отдам. С одного же двора. Идёт?

Лёха достал мятый полтинник:

– Мелочи нет. Держи пятьдесят. Свидимся – отдашь.

Я кивнул и побрёл вдоль рядов домов, запоминая дорогу назад и разыскивая подобие магазина. Это в родной деревне всё знакомо, всё в одном месте, а где тут что находится, понятия не имею.

Печатный синий киоск выскочил из-за дома. Приобретя газету с объявлениями, вернулся на родную лавочку и погрузился в чтение. Падать в грязь лицом не хотелось. Во что бы то ни стало стоило найти работу. До школы ещё два с половиной месяца. Компьютер и сотовый на первом месте. А то засмеют. Родителей напрягать мысли не было. Они и так пожертвовали всем, влезли в долги, лишь бы я «выбился в люди». И я выбьюсь, прорвусь!

Зашуршал газетой. В жуткой смеси русских букв с иностранным значением нашёл более-менее знакомое: курьер.

«На летний период на работу требуется курьер. Оплата ежедневно».

Далее следовал адрес и телефон.

То, что надо. Денег нет уже сейчас, а не в конце месяца, так что «ежедневщина» не помешает. Позвонить неоткуда, но адрес узнать можно и у прохожих.

Я соскочил со скамейки и подбежал к ковыляющей старушке. Язык до Киева доведёт…

Повезло. Улица оказалась всего в четырёх остановках. Довольно пощупав сдачу с полтинника в кармане, я ринулся к остановке.

Через полчаса полуподвальное помещение приняло нового курьера во всей красе. Это был склад. Вывеска с танцующим на волнах дельфинчиком ничего не говорила о смысле фирмы никому, кроме владельцев. Добродушная женщина на входе расспросила о цели визита и весьма обрадовалась новому курьеру, даже простила до следующего дня отсутствие паспорта. Заполнив несколько бланков и пояснительных правил – «курьер должен быть вежливым и быстрым», «не интересоваться содержимым», «время – деньги», через четверть часа я получил в распоряжение походной рюкзак и пару бандеролей на общий вес в десяток килограмм.

Добродушная женщина оказалась Вероникой Сергеевной, моим работодателем, царём и богом склада. Выбрав из списка заказов пару пунктов, отметила мне на листочке адреса и сунула в карман вместе с необходимой суммой на проезд.

– Рыжий, ты у нас крепкий паренёк. Вроде даже выносливый, и глаза у тебя честные, но начнём с пары бандеролей. Хоть у нас и проблема с курьерами, первую неделю я тебя далеко засылать не буду. Ты на проверочном сроке. Съездишь в пару мест. Я посмотрю, как у тебя получиться. Ясно?

– Ясно.

– Всё. Беги.

Пружинящим шагом, улыбаясь во весь рот, я поспешил к остановке.

Жизнь прекрасна. И город быстрее узнаю и на пару полезностей заработаю. Не найдя ни одной старушки на остановке, я замучил расспросами хмурого студента. Зато выяснил, что до первого пункта назначения я вполне могу добраться пешком. В должниках у Лёхи ходить не хотелось.

Даже не запыхался, найдя искомый дом и квартиру. Пожилая женщина расплатилась за доставку, поставила галочку в бумагах и даже пригласила на чай. Как бы ни мучило чувство жажды, отказался. По правилам конторы курьер не мог соглашаться на подобное, «время – деньги».

Дверь захлопнулась, я повесил на плечи порядком полегчавший, рюкзак. Только сейчас возникло желание посмотреть, что собственно я доставляю.

Раскрыв ранец, вгляделся в надписи на желтоватой бумаге: «Рыболовецкие снасти».

О, значит, следующий клиент будет заядлым рыбаком. Идти до него две остановки. Но это не так уж и плохо. Во-первых, в деревне на рыбалку с пацанами за десятки километров со всем необходимым на плечах ходили, ещё и моторы на себе случалось, таскали, во-вторых, тренировка полезная и, в-третьих, с долгом уже расплатился. Это приятнее, чем «кидать». Зачем парней расстраивать? Соседи почти.

Через сорок минут снова стоял в офисе. Вероника Сергеевна, хваля за хорошую работу, выдала проценты и отправила домой.

– Так это всё что ли? – и сам не понял, чего в голосе было больше, возмущения или удивления. – Я ещё полон сил и не прочь выполнить пару заказов. Я не устал. Честно.

– Хочешь взять полторы ставки? – прищурилась работодатель.

– Две! А лучше три! Времени у меня полно, сил тоже. Стимула хоть отбавляй.

– Инициатива наказуема. Получай полную порцию. Успеешь – будет тебе вторая ставка.

В рюкзак залезли четыре бандероли. Килограмм пятнадцать.

– Две заявки поблизости. Ещё две в центре города. Справишься?

– Конечно, Вероника Сергеевна. Без проблем.

Снова сэкономил на проездных и до первого пункта добрался пешком. Заодно район посмотрел. Долговязый паренёк получил бандероль с DVD-дисками, торопливо расплатился и скрылся за дверью. Ага, national geographic, так я и поверю!

Диски много не весили, до второго пункта добрался запыхавшийся, вспотел с ног до головы. Солнце жарило беспощадно. Лёгкие вдыхали раскалённый воздух асфальта. Почувствовал вкус настоящей тренировки.

Целая кипа книг покинула рюкзак, и библиофил поблагодарил за доставку. Тщательно проверив бумаги, накинул пятьдесят рублей за скорость исполнения заказа, разглядев запыхавшегося юнца.

В центр поехал на автобусе с чистой совестью. Пришлось стоять, уступив старичку, но зато ехал – это главное. Пусть даже застрял в пробке на железнодорожном переезде, но зато открылось второе дыхание. Проблуждав по городу и порядком достав прохожих, выполнил последние заказы и ближе к вечеру вернулся в офис.

– Молодец, рыжий, – похвалила Вероника Сергеевна. – Завтра, если не будешь пенять на больные мышцы, получишь обе ставки. Считай, испытательный срок ты прошёл досрочно.

Она, наверняка, думала, что утром я не приду, плюнув на эту работу, как никому в веки не нужную. Но к следующему вечеру поменяла своё мнение, выдав мне и половину третьей ставки.

Отец, поджидающий дома, не особо удивился моему стремлению заработать. Сам в детстве был таким, сдавая бутылки и вымывая немногочисленные машины на трассе.

Да и не было у него времени удивляться. Колчиков Старший взял в оборот сразу. Вскоре поставил во главе своей охраны.

С батей отныне мы виделись редко. Я приходил поздно, гуляя после работы ещё и с новыми знакомыми, а он часто оставался с шефом и на ночь, мотаясь чёрт, знает где. Бизнес у соседа шёл вверх, какого он рода был – отце не говорил. Но кататься приходилось много. Когда был дома, почти не улыбался.

Я работал как тягловая лошадь, мышцы приятно ныли, и всё время хотелось пить. Город раскрывался мне по кусочкам, как мозаика. Было столько всего интересного после мёртвого болота деревни. На трудности не обращал никакого внимания. Так на подъёме сил понял, что на десятый день работы могу купить сотовый…

Когда с деревни в город переехала мать, мы с отцом уже порядком погрязли в своих работах, почти забыв про обустройство квартиры. Время ещё будет, а сейчас шанса упускать нельзя – работать, работать и работать!

Ему хотелось поскорее истощить кабалу ипотеки, мне хотелось выглядеть более цивилизованным, современным.

Матери до работы в сентябре оставалось ещё несколько месяцев – занялась шитьём. Деньги лишними не бывают.

Мы все хотели укрепиться в новой жизни.

«Время ещё будет» … – я часто потом вспоминал эти слова.