научились любить саму жизнь, ценить ее и просто радоваться тому, что имеем: объятиям родных людей, дружескому пожатию руки, долгим разговорам по душам, закатам и рассветам, поцелую со вкусом сливочного мороженого…
Он был собран, спокоен и на редкость невозмутим. Аналитик, профессор, гений. И не скажешь, что в свободное от всего этого время Адам Браун двинутый фетишист.
я закрывала глаза, выгибалась и мотала головой по подголовнику кресла, не в силах терпеть эту сладкую муку. Было… было невыносимо. Потрясающе, волшебно, совершенно невероятно и… невыносимо.
Меня поочередно то опаляло жаром желания, то кидало в холодную воду осознания постыдности своего поведения… своего удовольствия. Я проваливалась в лаву странных, невероятных ощущений, от которых у меня плыло перед глазами, а поясница невольно прогибалась, толкая бедра навстречу жадному языку.
Я переводила растерянный взгляд с одного на другого и понимала, что в данный момент мое мнение тут совершенно ничего не решает. Идут разборки на высшем уровне. В старину на дуэлях за честь дамы бились, а сейчас вот… в словесных пикировках изощряются.