Мысли в голове едва-едва ползали… те самые, которые уцелели после взрыва, устроенного Ворошиловым. Ощущение, что я сплю и вижу крайне достоверный сон, стало еще сильнее.
В животе поселился холодок, а в мозгу было такое ощущение, что под крышку черепной коробки кинули связку динамита и сбежали к чертям.
Из мира сновидений я выплывала, как утопленник из глубин океана. Медленно и тяжело… Темные воды не желали выпускать сознание из своих тягучих объятий.
Каждый раз я отзывался и чувствовал необоснованную радость от понимания, что хотя бы в бреду нужен ей.
В общем, сейчас в этой машине сидело два абсолютно удивленных человека. И никто из нас не смог бы дать внятного объяснения происходящему.