пройти гораздо больше времени. А тут… Настолько стремительно, что дух захватывает… От страха. Страха того, что все так же быстро закончится.
И, наверное, это и пугало меня больше всего.
За годы, проведенные в приюте, я научилась не цепляться за людей и ставить в приоритет лишь свои интересы. Любая привязанность – боль в дальнейшем. Поэтому я чутко ощущала ту грань, которую нельзя переходить, и как только к ней приближалась, то увеличивала дистанцию между собой и человеком. А сейчас… сейчас мне казалось, что вчера ночью, именно в тот момент, когда Тони впился в мои губы поцелуем, меня вышвырнуло за эту грань и оставило там, не позволяя вернуться обратно.
Я провалилась в чувства к этому мужчине, как в болото. Один шаг за пределы тропы – и меня засосало в трясину, не разрешая даже вдохнуть на прощание.
Продолжить рефлексию мне не позволила Хлоя. Девочке было решительно плевать на переживания няни, она хотела гулять, играть и тискать Пусю. Ну и, конечно же, внимания. И побольше! Мы почитали сказку, протерли ползунками пол на всем первом этаже и выразили желание пойти погулять. Переодевая Хлою, я вдруг вспомнила, что видела в интернет-магазине детские ползунки с ворсом а-ля швабра, и впервые задумалась о том, что все же гениальную штуку придумали! Ну а что, деточка все равно ползает, а так хоть польза для дела будет.
На обеде Тони не появился, но Диего сообщил, что он с утра уехал на дальнее поле и, скорее всего, вернется только к закату, так что «мисс Элли не стоит переживать». Но я все равно волновалась… Ровно до того момента, как ковбой появился на пороге с уставшим, но довольным выражением лица.
– Всем добрый вечер! – Он подхватил с пола радостно подползшую к нему Хлою, чмокнул в лобик, а после притянул меня к себе другой рукой и коснулся губ невесомым поцелуем. – Я скучал по своим девочкам.
– И девочки тоже по тебе скучали, – выдохнула я в ответ, касаясь лбом его небритой щеки, прижимаясь к теплому боку, прикрыв глаза, всем существом впитывала в себя аромат согретой солнцем травы и того неповторимого мужского запаха, от которого у меня кружилась голова и слабели колени.
– И это хорошо. – Он едва ощутимо коснулся губами мочки уха, и по позвоночнику прокатилась дрожь предвкушения.
Происходящее в последующий час напоминало сказку, ну, или эпизод из старых фильмов. Тех самых, где одной из главных ценностей показывалась семья и неизменно изображались картины совместных ужинов в кругу самых родных и близких. И для меня было так непривычно являться частью этого, что периодически по коже прокатывалась дрожь, но все страхи растворялись, как лед под палящим солнцем, от одного прикосновения Энтони. А он постоянно меня касался. Словно невзначай, но с неизменной лаской, и душа пела от ощущаемой нежности.
Но сказка закончилась с приездом злой мачехи… роль которой исполнила все та же неугомонная Джессика!
Мы с Тони сидели на веранде, провожая взглядами закат, в тот момент, когда на горизонте заклубилась пыль, и спустя