Цитаты из книг автора «Стелла Грей»

А то кто знает, может, реально старею? Сегодня кончил не начав, а завтра сердце встанет.

распыляться на увлечения, если хочешь добиться совершенства в чем-то одном.

, столько тысячелетий эволюции, а ты все такая же примитивная обезьяна, Соколовский. Тупая обезьяна.

– Никогда нельзя недооценивать противника. – Одри неловко ткнулась носом мне в ключицу и нежно потерлась щекой о плечо. – Просто пообещай, что будешь осторожен. – Конечно буду, – усмехнулся я. – Ради твоего спокойствия могу даже захватить пистолет. У меня есть лицензия. Невеста отстранилась и неверяще взглянула мне в глаза, а после удивила меня еще раз: – Возьми. На всякий случай. Я почему-то расхохотался и чмокнул ее, такую забавную, в лоб. – Одри Тосни, я официально заявляю, что вы пересмотрели боевиков и «дешевых драм». В жизни такие истории, как у Донована, редко заканчиваются перестрелками. Все будет куда прозаичнее: арест, следствие, суд, тюрьма.

Я – тепличное растение, которое вырастили в условиях, близких к идеальным, но абсолютно не подготавливающих к реальности.

От бушующего внутри гнева я все же схватил подвернувшуюся под руку статуэтку и запустил в стену. Думал, она красиво рассыплется осколками, только хер там. Безделушка из современной полирезины красиво отскочила от поверхности, оставив вмятину на обоях, и упала на пол, проехавшись по паркету.

Ведь нельзя бесконечно сидеть в своей яме и бухать с демонами, кроя матом весь остальной мир и баб в частности.

думать, ни, тем более, страдать. Да и какие могут быть страдания, если мужчина, с которым был такой потрясающий секс, сейчас лежит рядом, обнимает и перебирает волосы, иногда целуя в висок. * * * Утром я проснулась первая. Посмотрела на Томаса, после на его руку у меня на груди и тихо вздохнула. Ничего ж себе закрыла гештальт… Мужское тело рядлом пошевелилось, подгребло меня еще ближе и протяжно выдохнуло: – Доброе утро. – Доброе утро, – ответила я, внутренне паникуя и не зная, как теперь смотреть в глаза… да всем! Начиная с себя в зеркале и заканчивая галантным немцем Клаусом. По моему животу скользнули пальцы Томаса, и вдруг я ощутила, что образ нордического блондина, и так не отличавшийся яркостью, тает. Женщины, и имя нам “глупость”. Увы, я четко осознаю, что притяжение к Тому не перебить ничем. – Хочешь кофе? – тихо спросил он. Господи, когда Матисона успели подменить? Или, может, по голове из-за угла чем-то огрели? Где привычный гад и мерзавец? Утро продолжало удивлять. Мало того, что он и правда сделал мне кофе, так вел себя совершенно

Надо в душ, – шепнул мне на ухо Томас через пару минут, когда я, обхватив его двумя руками, уже практически уснула. – Алисия-я-я… – Не надо, – пробормотала, не отрываясь от широкого плеча мужчины и не испытывая желания куда-либо идти. – Надо, – в голосе Матисона слышалась улыбка. Я решила притвориться спящей и проигнорировать, но не получилось. Он просто вновь взял меня на руки и понес в ванную. Приоткрыв глаза, мимолетно оценила картину раскиданной по комнате одежды. Рубашка Томаса валялась на полу, как и штаны, а трусы почему-то висели на спинке кровати, неподалеку от моего бюстгальтера. Меня аккуратно поставили в ванную, после Том залез сам и, отрегулировав температуру потока, быстро вымыл, потом завернул в большое полотенце и отнес обратно в кровать. Я уже почти спала, у меня не было ни сил

Жизнерадостность и оптимизм били из нее ключом, регулярно прилетая по голове кому-нибудь из окружающих.