Цитаты из книг автора «Стейс Крамер»

Закрываю дверь комнаты. Сажусь на кровать. Сердце тревожно стучит. Что хочет сообщить мне Алекс? С одной стороны, мне очень любопытно, но с другой, довольно страшно. Я медленно раскрываю конверт, начинаю вчитываться в слова, написанные размашистым почерком

Да… – Алекс Мид просил передать вам это, – человек в форме достает из кармана небольшой конверт. – Алекс?.. – Если кто-нибудь узнает, что я передал тебе это письмо… – Я никому не расскажу, – я хватаю конверт и быстро захожу в дом.

– Глория Макфин? – тихо говорит мне охранник. На секунду я растерялась.

будете абсолютно правы. Знаете, несколько раз мне казалось, что моя жизнь не так уж и ужасна, но я сама себя загнала в тупик. Последней каплей стала смерть одного очень близкого мне человека. Я не могу жить с таким грузом на сердце. Это очень тяжело. Я каждый раз вижу ее. Она смотрит на меня, прожигает своим взглядом и уходит, ничего не сказав… Если бы я в тот день не позвала ее за собой, то она бы осталась жива. Я убийца. Я не заслуживаю жизни на земле. Таких как я нужно расстреливать. Но я уже выбрала себе приговор. Я специально вас вчера собрала всех вместе, чтобы провести последние минуты с вами. Если вы смотрите сейчас это видео, то меня уже нет в живых. Простите меня, пожалуйста, за все, что я натворила. Я очень хочу, чтобы вы были счастливы. И я прошу никого не винить в том, что со мной произойдет. Я люблю вас. Прощайте.

Эту девочку зовут Глория. И мои 50 дней уже прошли. Вы подумаете, что я сумасшедшая, что мне нужно лечиться. И вы

Всем привет. Вы наверняка задаетесь вопросом: «Где я?», – или же думаете, что я всего навсего вас разыгрываю. Нет, это не розыгрыш. Для начала я вам расскажу одну историю. Жила-была одна девочка. Она думала, что живет в прекрасном мире, который полон любви, заботы и понимания. В детстве всем кажется, что мир идеален, но вырастая, мы, к сожалению, понимаем, что это не так. Девочка узнала, что такое ложь, предательство, боль. Ей так хотелось обратиться к кому-нибудь за помощью, но все отвернулись от нее. Ее жизнь была похожа на яму, и девочка была на самом дне. Темном и вязком. Другие люди проходили мимо этой «ямы», и никто не обращал внимания на крики девочки. Никто не хотел ей помочь. И в один момент она решила покончить со всем этим. А вернее, покончить с собой. Но сначала она оставила себе 50 дней жизни. 50 дней, чтобы разобраться в себе, понять, что она ошибается…

Не в этом дело, просто я еще никак не могу забыть одну девушку со странным цветом волос, – я улыбаюсь, – а ты, как я понял, развлекалась не на шутку? Сбежала из дома, связалась с бандитами.

Вселенной. И потом я поняла, что меня в них привлекает. Свобода. Та легкость, с которой они живут, так заразительна! Здесь все люди куда-то бегут, торопятся, а в нашем мире все совсем по-другому. – Но ведь они же убийцы! – Чед, есть люди, которые не убивали, но они гораздо хуже, чем убийцы. Если ты с такими еще не сталкивался, то тебе повезло.

Я уже устала считать, сколько часов мы идем. Я держусь на автопилоте. Каждую секунду я чувствую, что вот-вот упаду и больше не встану. Но я беру себя в руки. Подбадриваю себя тем, что мы уже прилично отдалились от наших преследователей. Небо уже начинает светлеть. Мы, наконец-то, видим, куда мы идем. Мои мысли накладываются одна на другую. Сейчас я думаю о еде. В животе все просто ломит. Голова кружится от бессилия.

– Как провели ночь? Хотя нет, не рассказывайте, мы и сами все слышали