Цитаты из книг автора «Стейс Крамер»

де: только она помогает нам достигнуть последних глубин нашего существа, – и тот, для кого она была почти смертельна, с гордостью может сказать о себе: я знаю о жизни больше…

Только великая боль приводит дух к последней свобо

: «Джон, это всего лишь облака, совокупность мельчайших капель воды, и только». А он мне с улыбкой отвечал: «А бриллиант – это всего лишь камень, а северное сияние – всего лишь люминесценция верхних слоев атмосферы. Если постоянно относиться ко всему с мыслью „это всего лишь“, то наша жизнь будет абсолютно блеклой, лишенной всякого смысла».

любое женское платье обладает какими-то необъяснимыми магическими свойствами. Стоит надеть его, как сразу чувствуешь себя несколько иначе: красивее, увереннее.

Только сейчас поняла, какое прекрасное чувство испытываешь, когда оказываешься в другом городе, – говорит Андреа. – Чувство чего-то нового, неизведанного. Не знаешь, что с тобой будет, с какими людьми тебя судьба сведет. Даже сердце замирает, стоит лишь подумать об этом.

Люблю летать на самолетах только из-за еды, которую здесь подают. Не знаю почему, но на высоте шесть тысяч метров она кажется намного вкуснее, чем на земле

Не останавливайтесь никогда, не теряйте веру в себя, двигайтесь только вперед.

которое я стараюсь вцепиться так сильно, словно хищник в свою добычу. Это утешение состоит в том, что мне вроде как повезло, как бы то ни было. Ведь некоторые люди и вовсе оказываются парализованными от головы до кончиков пальцев ног, что гораздо страшнее, нежели параплегия. И мне вновь становится неловко оттого, что я так думаю. – Ты здесь будешь жить до конца? – спрашиваю я. – Не знаю, не решила еще. Но умирать я хочу уж точно не в доме родителей. Они меня доконают. Мама будет, как обычно, крутиться около меня, следить за каждым моим действием и тихо плакать у моей кровати, когда я засну. А отец, наоборот, будет раздражать меня своим безразличием. То есть ему, разумеется, не все равно, что со мной происходит, и в глубине души мне кажется, что ему очень больно. Но это человек с пожизненным лимитом на чувства и эмоции, и когда мама начинает ему рассказывать про очередные заключения врачей или же про какие-то новые методы лечения, разработанные молодыми учеными, отец лишь кивает головой и делает погромче телевизор, изредка перебивая маму комментированием спортивных новостей. Когда я буду умирать, мое тело будет полностью парализовано, и, возможно, я не смогу говорить, так что мне придется терпеть всю эту удручающую обстановку. Я даже не смогу возразить и заткнуть уши. Перед ужином я решила заглянуть в библиотеку, чтобы вернуть книги, которые мы с Филом прочитали. Выйдя из библиотеки я замечаю в коридоре Эстер. В белой шелковой рубашке и элегантных черных брюках, которые подчеркивали всю прелесть ее длинных худых ног. Заметив меня, Эстер махнула рукой и пошла ко мне, а я тем временем двигала колеса кресла ей навстречу. – Привет. Если я не ошибаюсь, Эдриан куратор твоей группы? Я наблюдала за ее губами. Пухлые, покрытые блеском. Чувствую аромат ее духов. Не резкий, сладкий, казалось, что это вовсе не парфюм, а истинный ее запах. – Да, верно, – говорю я, нелепо подражая ее голосу и манерам. – У меня есть небольшая просьба. Не могла бы ты передать ему кое-что. Она достает из своей миниатюрной белой сумочки небольшую бархатную коробочку, которая хранит в себе интригу драгоценности, что скрывается под ее крышкой.

– Немного симпатичнее вон того старикана, – говорит Том и указывает на пожилого мужчину, который сидит в углу с закрытыми глазами, изредка похрапывая. – Я не тебя спрашивала, мотопаралитик (прикол над инвалидом, который раньше был мотогонщиком). – А кто это? – интересуюсь я. – Саймон, наш новый санитар. Ему двадцать четыре. Это все, что я о нем знаю. – Андреа, не хочу тебя расстраивать, но парням не очень-то нравятся девушки-бревна (прикол над девушкой, которая страдает ФОП). – Джина, прошу тебя, ударь его. – Давай лучше переместимся в другой конец комнаты. Я и Андреа отдаляемся от парней. – Могу я тебя спросить кое о чем? – Валяй. – Как ты думаешь, возможно ли такое, что нас с нашим диагнозом кто-то полюбит? – Из мира здоровых? – Да. – А почему нет? Я лично знаю несколько пар, в которых один инвалид, а другой здоровый. Какая разница, в инвалидном кресле мы или нет. Мы же все равно такие же, как и все. – И что, ты надеешься, что Саймон клюнет на тебя? – А ты думаешь, что не клюнет? – Я… я просто спросила. Андреа улыбается, затем разворачивает свое кресло и подъезжает к санитару. – Тебя же Саймон зовут?

бы с тобой ни случилось – всегда засыпай с мыслью, что лучшее ждет тебя впереди