Навигационная панель квартиры засветилась мягким золотым светом. Данил только что переступил порог, сбросил уличную обувь в дезинфектор, как система вывела на центральную панель календарь.
Сегодня: четырнадцатое апреля.
Напоминание: годовщина. Пятьдесят лет.
Данил замер.
— Отключить звук, — сказал он голосу дома, хотя тот еще не произнес ни слова.
Тишина. Только вентиляция мягко гудела где-то в стенах.
Данил поставил контейнер на стол и прошел в глубь квартиры, туда, где за неприметной панелью скрывался тайник. Он открывал его раз в год.
Панель отъехала в сторону. За ней — старый, физический ларец из темного дерева. Вещь, которую невозможно воспроизвести в цифре, потому что у нее есть вес, запах, температура. Данил провел пальцами по крышке. Дерево было теплым.
Внутри лежали вещи. Выцветшая фотопленка — настоящая, на полимерной основе, которую делали сто лет назад. Маленький локон волос, перевязанный шелковой нитью. И кольцо. Простое титановое кольцо без гравировки, без вставок, без голографической маркировки.
Данил взял кольцо в руки и закрыл глаза.
Девяносто пять лет назад
Город тогда был другим. Не вылизаным до блеска алгоритмами. Он был… сырым. Данилу казалось, что город строят на ходу, что несущие конструкции возводятся быстрее, чем успевают остывать проектные решения, что хаос вот-вот победит порядок.
Он ненавидел этот хаос.
— Данил Аркадьевич, — голос куратора звучал в наушнике сухо и официально, — совет по градостроению одобрил ваш проект сектора «Вертикаль-7». Поздравляю. Это ваш первый самостоятельный сектор.
— Спасибо, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Внутри все ликовало. Пять лет упорной работы, сотни отвергнутых эскизов, десятки переделанных конструкций — и вот оно. Его первый сектор. Его башни будут определять силуэт города следующие сто лет, а может, и двести.
— Есть одно условие, — продолжил куратор. — По новым стандартам экологической интеграции, каждый сектор должен включать не менее двенадцати процентов «живых» зон. Озеленение. Биологические фильтры. Вам назначат куратора от департамента биоинженерии. Она прибудет на объект через час.
— Она? — переспросил Данил, но куратор уже отключился.
Строительная площадка сектора «Вертикаль-7» представляла собой идеальный порядок. Лазерные уровни вычерчивали в воздухе голубые линии будущих несущих стен, дроны-сборщики выкладывали каркасы с точностью до микрона, а в голове Данила каждая деталь была продумана, выверена и утверждена.
Он стоял на временной смотровой платформе и вглядывался в чертежи, проецируемые на прозрачный экран перед лицом.
— Вы Данил? — голос раздался сзади, и Данил вздрогнул. Он не слышал шагов.
Данил обернулся.
Девушка была… неправильной. В городе, где каждый подбирал одежду с помощью нейросетей, она носила грубый комбинезон, запачканный землей. В городе, где прически генерировались алгоритмами красоты, ее волосы были стянуты в небрежный узел, и несколько прядей выбивались, падая на лицо. В городе, где все улыбались дежурной, откалиброванной улыбкой, она смотрела на него серьезно, даже хмуро, и в ее глазах цвета теплой глины не было ни капли притворства.
О проекте
О подписке
Другие проекты