Кристина
День соревнований по плаванию начался с мандража. Петрович то поддерживал своих спортсменок, то ругал на чем свет стоит и предупреждал, что в случае поражения разгонит всю нашу команду.
А я стеснялась выходить в одном купальнике перед такой толпой. Трибуны заполнились болельщиками.
Я стараюсь не обращать внимания ни на кого, собираюсь и готовлюсь. Главное настрой.
– Сахарок вперед! – слышится крик с трибун.
Я поворачиваюсь и вижу Ареса, как всегда в модных джинсах, майке с коротким рукавом, длинные дреды, в руках у него лист ватмана на котором написано “Сахарок”. Слышу смех как реакцию на выкрики Ареса и понимаю, что я больше не смущаюсь. Нет, я просто киплю от злости и готова убить Ареса. Вот сейчас закончу и задушу его собственными руками.
Я встаю на край бассейна, слышу свисток и прыгаю в воду. Вот сейчас проплыву, переоденусь и убью этого обалдуя. Работаю как робот в голове лишь злость.
Проплываю бассейн в одну сторону, кувырок, отталкиваюсь и плыву обратно.
– Сахарова второе место! – слышу довольный крик Петровича.
Я в шоке на второе место даже не рассчитывала. Я, конечно, все детство в Азовском море проплавала, но никогда не надеялась даже участвовать в соревнованиях.
Словно в тумане выпрыгиваю из бассейна, Петрович накидывает полотенце на плечи.
– Молодец. В следующий раз ты у меня первое место возьмешь, – подбадривает меня Петрович, похлопывая по плечу.
Я киваю. Меня зовут на небольшой пьедестал, где вручают медаль. И только сейчас до меня доходит. Я сделала это сама. Ни отец, а я приняла решение участвовать и я выиграла. Сама. На глазах накатываются слезы. Мне вручили серебряную медаль и грамоту. А я понимаю, что ценнее для меня награды нет. Студент третьего курса Стас Алешин, что занимается сайтом и ведет социальные сети, фотографирует меня, а я все прячу лицо. Не хочу попасть на фотографии.
– Поздравляю Сахарок, – говорит Стас Алешин, и я понимаю, что никогда мне не отмыться от этого прозвища.
– Спасибо, – улыбаюсь я, если не можешь повлиять на ситуацию, измени свое отношение Сахарок так Сахарок.
Арес подходит и хватает меня в медвежьи объятия на зависть всем девчонкам университета.
– Классно я тебя поддержал? – смеется Арес.
– Шикарно, теперь меня так все звать будут, – отвечаю я.
– Зато ты разозлилась и второе место взяла. Ты нервничала, когда к бассейну шла, всегда нервничаешь, когда на тебя смотрят. Я понял, что тебе нужен выброс злости и адреналина. Сделал все что мог.
И тут он абсолютно прав, я стеснялась, пока не увидела его плакат.
– Спасибо, – улыбаюсь я.
– Так Арсений отошел от моих спортсменок! – кричит Петрович.
Арес подмигивает Петровичу, чем раздражает тренера, но разворачивается и уходит из зала.
– Так все призовые места едут на весенние сборы, – говорит Петрович.
Девчонки из команды визжат от счастья, а я не понимаю, чего они так радуются.
– Там просто шикарный комплекс, сейчас пришлю ссылку – объясняет Петрович.
Присылает ссылку и я понимаю ,чего все так радуются две недели, освобождение от учебы, ежедневные тренировки в просто шикарном месте. Сосновый лес рядом, проживание, питание. Да это не сборы, а просто отдых самый настоящий.
Вечером я абсолютно счастливая лежала в кровати, жаль только не могу никому рассказать, ни матери, ни Вике. Ну и ладно, зато теперь я точно знаю, что смогу всего добиться. Уверенности во мне теперь не занимать.
Собираюсь уже засыпать и слышу звонок.
– Привет подруга, – слышу голос Вики.
– Привет.
Я изо всех сил держусь, чтобы не рассказать ей о своей маленькой победе.
– Совсем не звонишь мне, – говорит Вика.
– Прости, учеба навалилась, – отвечаю ей.
– Да хватит заливать, небось, нашла себе парня, какого. Давай рассказывай.
Я скривилась. Какие парни у меня вон медаль на ленточке и грамота, заработанная честным трудом.
Хотя есть один мужчина, рядом с которым у меня совсем недавно сдавило дыхание и это брат Ареса. Такой же высокий с короткой стрижкой. Не знаю, что в нем такого, но даже стояла рядом с трудом. В животе скрутился тугой узел, а его голос просто заставлял дрожать. Но самая жесть случилась ночью, когда мне снился сон с участием Драко, его руки гладили мое тело, а губы покрывали поцелуями. Проснулась я в шоке, сама от себя.
Рассказывать Вике об этом сне я не собиралась, но подруга не остановится, пока не узнает у меня какую-нибудь тайну.
– Я хочу на работу устроиться, – говорю я правду, но меняю тему.
– Куда?
– В книжный полставки, – отвечаю я.
– А отец в курсе? – спрашивает подруга.
Я вздохнула, если совсем честно, то я боюсь ему говорить.
– Еще нет, – отвечаю я.
– Думаешь, разрешит?
– Незнаю. В кафешку официанткой точно не разрешит, бухгалтером меня никуда не возьмут. Вот и подумала, может в книжный разрешит и ворчать не будет, – говорю я.
Сама даже боюсь звонить отцу по этому поводу.
– Все у тебя скучно как всегда, – итожит подруга, – Ты хоть на вечеринку ходила? Вокруг столько парней тебе просто нужно сходить потусоваться.
Я скривилась.
– Ага, вышла немного из-под контроля отца, давай найдем мне другого мужика, что меня быстро в клетку посадит. Ну, уж нет.
– Странная ты Сахарова. Университет куча парней, есть и обеспеченные, а ты все про работу и учебу.
– Просто другие интересы у меня. Ты же знаешь папин контроль. Мне его хватило. Как твои дела? Как там тетя Оля? – интересуюсь я.
– Она от меня в восторге. Работаю сейчас хостесом в ресторане. Ну с моей внешностью сам Бог велел. И это хорошая возможность подцепить богатенького дурачка. У нас знаешь, какие мужчины приходят в гости. Ух.
Я засмеялась кто, о чем, а плешивый, о бане. Вика всегда мечтала подцепить себе богатенького папика. Но это явно не мой жизненный путь.
Минут двадцать Викуля рассказывала о мужчинах, с которыми познакомилась и обменялась телефонами. Рассказала, что сходила на парочку свиданий. Но пока не нашла серьезный вариант. Один оказался скрягой, а Вику это не устраивало. Другой искал одноразовые встречи. Третий наврал и оказался не “богатеньким Буратиной” а обычным барменом.
– Когда отцу скажешь о работе? – спросила Вика.
– Наверно завтра поговорю, – отвечаю я.
– Позвони, расскажи, какая будет реакция на твои слова.
– Хорошо.
Кристина
На удивление мой отец спокойно отнесся к моему решению выйти на работу. Наоборот даже остался, мною доволен, но выдвинул условие, что заработанные деньги я пересылаю ему на хранение, и он уже будет сам распоряжаться, сколько выдаст мне денег на траты. Решение его, меня возмутило, НО он понятия не имеет, сколько платят, а я, зная его характер, специально занизила сумму оплаты моего труда. В общем и целом я врушка. Заработанные деньги я откладывала и тридцатого декабря поняла, что не зря.
Отец обещал купить билет на самолет, но передумал, а почти все мои деньги у него. Цены билетов на самолет взлетели до просто космических. И если я приеду домой, то отец поймет, что я не всю свою зарплату отправляю.
– Нечего деньги тратить. В общежитии поживешь, – сказал отец по телефону, – Тоже мне праздник нашли Новый год, просто день сменился и все. Ты видела цену билетов? Нет, не надо приезжать. Все.
В нашей семье не празднуют такие праздники, как Новый год, Рождество и восьмое марта, зато двадцать третье февраля отмечается с размахом, как и первое мая, день трудящихся.
А вот проблемой было, то, что из общежития всех проводили на каникулы и НИКОМУ не разрешали остаться. Пыталась договориться, но мне отказали. Я понимаю, что остаюсь в Москве одна, без жилья, к тетке не сунешься, она категорически настроена против меня, да и с отцом скандал будет. И есть только один вариант перекантоваться в дешевом хостеле ближайшие дни. Первый мой рабочий день только восьмого января, но я надеюсь, что кто-нибудь захочет поменяться сменами, а общага откроется для всех девятого. Но моих отложенных средств хватит на девять дней, где-нибудь на окраине города.
Не люблю я Новый год, дурацкий праздник. Может из-за отца. Все ходят, улыбаются, а я чувствую лишь, что жизнь останавливается на эти дни. Заняться нечем в эти дни.
Вот и сижу я на лавочке с вещами, тридцать первого декабря возле университета кутаясь в пуховике, меня колотит от холода, и замерзшими пальцами я ищу хостел.
– Эй, Сахарова, – послышался голос Ареса, – Ты тут что делаешь?
– Сижу, – отвечаю я.
– Это я понял, ты чего домой не улетела?
– А ты тут, что делаешь? – спрашиваю я Ареса, чтобы сменить разговор.
– Да батя сказал, что необходимо всем преподавателям подарки завести ,– закатив глаза ответил Арес, – Тут же половина его друзей.
– Взятка? – смеюсь я.
– Что ты, – Арес кривится, – не говори таких слов. Просто небольшие презенты. Так, а ты что тут делаешь?
– Сижу, – пробурчала я.
Арес садится рядом.
– Так ты домой летишь или на поезде? Эй, Сахарова обед, тридцать первое, скоро новый год.
– Да не еду я домой. В Москве останусь, – говорю я, – Знаешь хостел недорогой?
Арес смотрит на меня как на сумасшедшую.
– Сахарова, какой хостел? Кто ищет хостел тридцать первого. У тебя большие проблемы с головой! Ты в курсе? Давай найдем курсы развивающие инстинкт самосохранения.
Я полностью согласна с Аресом. Это нужно быть отбитой на всю голову.
Я, молча, смотрю на падающий снег. А Арес, громко вздыхая, хватает мой чемодан.
– Пошли, – грозно говорит Арес и уходит.
– Арес отдай чемодан.
– Угомонись Сахарова. Нет, ты, правда, больная. Правда, на всю голову. А где твой отец с его тотальным контролем, чего не прибежал забирать дочку.
– Решил не тратить деньги, – отвечаю я, встаю на месте и громко говорю, – Арес сейчас же отдай мне чемодан. Я найду, где переночевать. Подруге позвоню, она поможет или к родственникам поеду. У меня все нормально!
Арес не обращает внимания на мои слова и просто идет к машине, открывает дверь и швыряет на заднее сиденье мой чемодан.
– Рот закрыла. В машину села.
– Арес.
– Что Арес? Ты в хостел поедешь и там тебя трахнут, расчленят и выкинут тело в разные помойки. Ты за себя постоять не можешь.
– Это не твое дело, – отвечаю я.
– Было не мое, а теперь ты мне Новый год испортила. Тебя убьют, а я все праздники должен думать и бояться за тебя. Нет. Поедешь ко мне домой. Не ко мне лично, а к моим родителям. Семья у нас большая, мы к шуму привыкшие. Села в машину или я тебя затолкаю.
Я обхожу машину и сажусь на переднее пассажирское сиденье. Молча, пристегиваюсь.
– Спасибо. Мне, правда, некуда идти, – говорю я.
Что смысл притворяться, что у меня все нормально. Я и сама боюсь ехать в хостел. И не знаю, куда мне идти. Если совсем честно я надеялась уговорить охранника все-таки пустить меня на ночь в общагу.
– Пожуй листа, – ворчит Арес, поворачивая ключ в зажигании, машина заурчала и тронулась, – Блин Сахарова как можно такой забитой быть?
А я и сама не знаю как. Стараюсь быть взрослой, но словно по течению плыву, привыкла, что отец мною руководит.
– Далеко ехать? – спрашиваю я.
– Часа полтора. Только еще в торговый центр заедем, подарки надо выбрать родителям, – отвечает Арес, – Вот ты мне и поможешь.
– Без проблем, – улыбаясь, отвечаю я, – Рада быть полезной. Родители не будут против?
Арес гонит по улице виртуозно объезжая другие машины.
– Мать меня убила бы, если бы я тебя не забрал. И поверь, она тоже самое скажет, про расчленение и про инстинкт самосохранения. Так что готовься к головомойке.
В машине тепло, я начинаю согреваться, и мне становится смешно. Со стороны я конечно умом не блещу, да и не стороны тоже. Вариант с хостелом идиотский, но и ехать в чужую семью тоже не очень умный.
Часа два мы ходили по торговому центру и выбирали подарки для всех членов семьи Ареса. Набрали всякие мелкие сувениры: кружки, блокноты, ручки, свитера с одинаковым принтом деда мороза для всех.
Подъезжаем к дому, часам к семи и у меня начался мандраж.
– А точно нормально? – переспрашиваю я.
– Сахарова достала, блин. Говорю нормально, значит нормально.
Арес нажимает на кнопку брелка и ворота отъезжают в сторону, он паркует машину рядом с другими черными автомобилями. Мне сует пакет с подарками сам достает мой чемодан.
– Пошли беда, бедная, – говорит Арес и уверенным шагом идет к дому.
Я стесняюсь, семеню за ним по очищенной от снега дорожке к большому двухэтажному дому.
Арес дергает дверь и пропускает меня вперед.
– Народ я дома, – кричит Арес так, что на соседней улице слышно, что он домой вернулся.
К Аресу подходит женщина в темно-коричневом домашнем платье с полотенцем на плече. Темные волосы уложены на затылке, неяркий макияж. Очень молодо выглядит, не женщина, а красавица.
О проекте
О подписке
Другие проекты
