Глава 11.Ирисы.

Тимур сразу после утренней тренировки, поехал в офис, ему не давал покоя разговор с дядей Яшей. Сев за компьютер, он набрал три фамилии Шустерман. Каримов. Малышев.

Информация складывалась в мозаику, от которой веяло тухлятиной. Эти люди не просто зарабатывали миллионы – они играли судьбами других, не придавая этому значения.

Три года назад, когда Тимур оказался за решеткой, компания «Трансгрупп», неожиданно сменила владельца. Шустерман, владевший всего пятью процентами, каким-то чудесным образом, получил контрольный пакет.

'Совпадение? Не думаю', – Тимур потер переносицу.

Малышев, судя по всему, не особо горевал о потере акций. Его империя удобрений, процветала, делая его одним из богатейших людей страны.

А вот Каримов… Начав с ресторанов, он строил свою империю по крупицам, сначала таскал мебель из Италии, затем открыл собственное производство, сеть магазинов по всей стране, вложился в несколько удачных проектов и стал владельцем коммерческой недвижимости в центре столицы, которая приносила ему отличный доход.

Тимур откинулся на спинку кресла. Перед ним вырисовывалась картина, от которой становилось не по себе. Три года назад произошло что-то, связавшее этих людей, его самого и тот злополучный бой.

'Кракены', – подумал он. – Утягивают на дно всё, что попадается на их пути'.

И где-то в этом водовороте оказался он сам. А теперь, возможно, и Маша.

Телефон завибрировал – сообщение от неё: Жду тебя в час в офисе, подписываем контракт с новым спонсором, не опаздывай!

Он улыбнулся, отвечая: Слушаюсь, босс!

'Надень рубашку!' – тут же пришел ответ.

Тимур рассмеялся, но тут же снова посерьезнел, глядя на экран. Эта троица, сыграла какую-то роль в его судьбе и он должен был это выяснить, прежде чем они снова втянут его, в свои подпольные игры без правил.

В переговорной комнате, царила деловая атмосфера. Маша, в строгом черном приталенном костюме, выглядела, как настоящая бизнес-леди.

– Итак, господа, – она разложила документы. – Контракты согласованы юристами обеих сторон.

Ирина Аристова, эффектная брюнетка, с модным удлиненным каре, от 'Арктики', не сводила глаз с Тимура. Её взгляд скользил по его фигуре с откровенным интересом.

– Пункт четвертый, – Маша холодным взглядом посмотрела на неё – Обязательное участие в промо-акциях, надеюсь ни у кого из вас нет возражений.

– Ещё бы! – хмыкнул Цукерман. – Миллионные контракты за то, чтобы покрасоваться в трусах? Прекрасный бизнес!

– Может, попробуете? – Егор медленно повернулся к нему. – В воскресенье как раз бой. Выйдете вместо меня? В трусах против испанца, а чё, слабо и миллион ваш?

– Не утрируй Егор, каждому своё! – прошипел Цукерман

– Тогда заткнись, – отрезал Егор. – Или я помогу.

Давид едва сдерживал смех. Тимур сохранял невозмутимость, хотя в глазах плясали чертики.

– Господа, – Маша постучала ручкой по столу. – Вернемся к контрактам.

– Конечно, – промурлыкала Ирина, снова впиваясь взглядом в Тимура. – Мы очень заинтересованы в долгосрочном… сотрудничестве.

Маша почувствовала, как внутри закипает раздражение:

– Пункт пятый – график съемок для рекламы …

– Для каждого из вас, предусмотрены индивидуальные фотосессии – Ирина закинула ногу на ногу. – Я лично готова курировать процесс…

– Все съемки согласовываются через меня, – отрезала Маша. – Без исключений.

Тимур спрятал улыбку. Он впервые видел свою женщину в режиме "бизнес-стерва" и это… возбуждало.

– Все ознакомились с контрактом, тогда подписываем? – Маша раздала ручки.

– С удовольствием, – Ирина наклонилась к Тимуру ближе, чем требовалось. – Надеюсь на плодотворное сотрудничество Тимур Даирович, мне бы хотелось знать, когда у вас будет первый бой? – коснулась его плеча.

– Байсаров только набирает форму и данный вопрос, вы будете обсуждать со мной, Ирина – заявила Маша – у вас тренировка через пол часа, не смею задерживать – многозначительно посмотрела на сидящих спортсменов.

– Спасибо что напомнили, Мария Александровна – съязвил Егор – было приятно познакомится, Ирина – улыбаясь, встал с кресла – пошли батрачить пацаны, теперь нам за это платят! – уничтожающим взглядом посмотрел на Цукермана.

В зале раздавались глухие удары, Тимур кружил вокруг Валида, выискивая брешь в защите, он держался уверенно, но опыт Байсарова, давал преимущество в атаке.

– Давай, не спи! Время ещё детское – подгонял тренер. – Валид, работай, жёстче бей, ещё, чай не хрустальный!

Резкий проход в ноги – Тимур перехватил атаку, провел бросок через бедро. Валид упал, но тут же перекатился, избегая добивания.

– Неплохо, – кивнул Тимур. – Но слишком предсказуемо.

– Ага, как же! – хмыкнул Валид – я тебя завалю!

Они поднялись, снова начали кружить в напряжении, получая удовольствие от спарринга.

– Давид! – крикнул тренер. – Твоя очередь! Меняйтесь!

Валид отошел, уступая место более тяжелому бойцу. Давид двигался иначе – мощно, уверенно, делая ставку на силу ударов.

– Не подставляйся, – Тимур блокировал мощный хук. – Думай головой!

–Как тебе это, дружище – он ударил коленом, но Тимур ушёл в сторону.

– Не впечатлило – усмехнулся Тимур – нанося ответные удары.

Два часа спаррингов пролетели незаметно. Тимур чувствовал, как возвращается былая форма – реакции становились быстрее, удары точнее.

После тренировки они собрались у монитора – разбирали бои будущих соперников.

– Смотри, – Тимур указал на экран. – Он всегда делает шаг влево перед правым хуком. Видишь?

– Вижу, – кивнул Егор. – Можно ударить слева.

– Именно, – Тимур хлопнул его по плечу. – И это твой шанс на быструю победу!

В раздевалке царило веселье – Валид изображал, как Тимур уложил его на маты, Давид комментировал, а Егор добавлял звуковые эффекты.

– Эй, хватит ржать! – Тимур шутливо замахнулся полотенцем. – Завтра всех загоняю!

– Страшно! – Валид сделал испуганное лицо. – Спасайся, кто может!

Они смеялись, подначивали друг друга, обсуждая предстоящие бои. Тимур чувствовал, как соскучился по этой атмосфере – командной, братской, заряжающей энергией.

Тимур опять стоял в цветочном магазине, ощущая себя слоном в посудной лавке. Вокруг были… цветы, в которых он совершенно не разбирался.

– Вам помочь? – спросила девушка.

Да, – он почесал затылок. – Мне нужно что-то… примирительное.

– Простите? – удивлено уставилась на него

– Ну, такое, – он сделал неопределенный жест, – чтобы, девушка перестала дуться.

– А-а-а, – продавщица понимающе улыбнулась. – Провинились?

– Не я! – возмутился Тимур. – Какая-то… в общем, не важно. Цветы нужны.

– Может, розы? –показала красный букет

– Банально, – он покачал головой. – У нас уже был букет с клубникой. Нужно что-то новое.

– Орхидеи? –показала на витрину

– Это которые как бабочки? – он нахмурился. – Нет, слишком… просто.

Продавщица терпеливо показывала ему разные варианты

– А это что? – он указал на яркие цветы.

– Герберы.

– А вот эти, синие?

– Ирисы.

– Нет! – он отшатнулся. – Никаких Ирис! То есть, ирисов.

Наконец он остановился на букете из пионов, и еще каких-то цветов, которые продавщица назвала 'эустома', а он мысленно окрестил 'эти-как-их-там'.

Маша встретила его с каменным лицом:

– Явился? Герой! – фыркнула

– С повинной, – он протянул букет. – Хотя не понимаю, в чем я виноват, но ты так дула свои манящие губки, что я решил не рисковать.

– Правда? – она скрестила руки на груди. – А то, что эта… эта… да она практически раздевала тебя глазами! – возмутилась

– Ты преувеличиваешь, – он попытался обнять её, но Маша увернулась.

– Я все видела! Как она 'случайно' касалась твоей руки, как хлопала ресницами, а ты ей улыбался! – выкрикнула – при мне!!!

– Снежинка, – он поймал её за плечи. – Посмотри на меня. Я не вижу никого, кроме тебя. Эта женщина может хоть голой танцевать – мне все равно, поверь, ревнивица моя.

– Правда? – она немного оттаяла.

– Клянусь, – он поцеловал её в щечку. – Ты единственная, кто мне нужен и у нас же отношения! – подмигнул ей.

–Ладно, – она вздохнула. – Но если она еще раз…

– Тогда я ей скажу, что я занят! – он широко улыбнулся, наслаждаясь её ревностью. – Идёт?

– Угу, – она наконец улыбнулась. – Ужинать будешь?

Ужин был потрясающим – запеченный лосось с овощами, киноа с авокадо, греческий салат и протеиновый десерт с ягодами.

– Это божественно, – простонал Тимур, уплетая второй кусок рыбы. – Где ты научилась так готовить?

– У мамы, – она улыбнулась. – Она всегда говорила: 'Путь к сердцу мужчины лежит через желудок'.

– А я думал, через другой орган, – он подмигнул.

– Тимур! – она покраснела. – Веди себя прилично!

– Зачем? – он притянул её к себе. – Мы же дома…

Его поцелуй был долгим, глубоким, обещающим. Маша таяла в его руках, забывая обо всех обидах.

– Знаешь, – прошептал он, подхватывая её на руки, – десерт может подождать…

– Уверен? – она лукаво улыбнулась. – Он очень вкусный

– Не вкуснее тебя, – он понес её на кровать – ты так меня сегодня завела, что я думал об этом всю дорогу.

Медленно раздевая, он приходил в восторг от чувственности своей женщины. Их тела сплелись в единое целое, движения становились все более страстными, дыхание – прерывистым. Он целовал каждый дюйм её тела, наслаждаясь тихими стонами.

– Тимур… – выдохнула она – не могу больше ждать, я сгораю от желания.

– Какая ты не терпеливая, снежинка – усмехнулся он целуя её бедро – ты моё удовольствие – подтянув её за бедра к себе, он вошёл резко, тараня твёрдым членом, жаждущее лоно. Вбиваясь на всю длину, с бешеной скоростью, неудержимо, раскачивая амплитуду, шлепая бедрами по её попе, с пошлыми звуками, он любовался ей, улетая в облака. Встав на колени, он перевернул её на бок, закинув ногу на плечо, заполняя нежную плоть, текущую соками, лаская точку возбуждения, довёл её до предела и Маша разлетелась, на тысячу осколков, крича в голос, неистово, сжимая простыни. Поменяв угол проникновения, долбя без остановки, увеличив скорость, рыча, уплывая в небеса он бурно кончил, вжав её в матрас, своим сильным, могучим телом, тяжело дыша.

Позже, лежа в его объятиях, она прошептала:

– Ты прощен.

– А я был виноват? – он приподнял бровь.

– Нет, – она улыбнулась. – Но мне нравится тебя прощать.

–Тогда, может, мне стоит почаще хулиганить? – он подмигнул.

– Даже не думай! – она шлепнула его по бедру. – В следующий раз я не буду такой милосердной!

– Обещаешь? – он перевернул её на спину. – Потому что я уже придумал, как еще провинюсь…

И снова их тела слились в танце страсти, который был просто улётным.