Цитаты из книг автора «Софи Авдюхина»

– Руны, – бросил Сева, заметив ее напряженные попытки разобрать написанное. – Я скажу тебе, что и в какой последовательности смешивать. Только ты должна быть очень внимательна и… сосредоточена. Ты должна очень хотеть составить это зелье и должна смешивать ингредиенты, прилагая все усилия, точнее… – С любовью, он хотел сказать, – уточнил Митя. – У него плоховато с этим термином. Когда он признается в любви девушкам, он обычно говорит: «Теперь я очень внимателен и сосредоточен и прилагаю все усилия…».

Город был сказочно прекрасен. На пустынных улицах, занесенных снегом, изредка встречались колдуны, спешащие домой, чтобы завершить последние приготовления к празднику Зимнего солнцестояния. Пару раз на глаза Полине попались и новогодние вывески, украшенные праздничными гирляндами, совсем как в обычных городах вроде Москвы или Новгорода. Митя незаметно для других подтолкнул Севу локтем и кивнул в сторону Водяной колдуньи, которая глядела по сторонам, разинув рот. Сева улыбнулся. Анисья безостановочно щебетала, и, видимо, что-то очень веселое, раз Маргарита с Василисой то и дело смеялись, но Полина их не слышала. Она замедляла шаг и рассматривала чуть ли не каждый дом в этом удивительном месте. Девочка видела много городов: огромную Москву, с ее яркими красками, небоскребами и маленькими уютными улочками, с сотнями пестрых магазинов; Бордо – завораживающий город, где жили ее дядя с тетей; несколько пригородов Парижа да вдобавок немало крупных русских городов, куда ездила на экскурсии с одноклассниками из своей старой школы. Но такого места, как Росеник, не видела никогда!

На следующий день наступил праздник Зимнего солнцестояния. Снег за окном кружил, сливаясь с бесцветным небом, и невозможно было понять, где заканчивались небеса и начиналась земля. Темные силуэты соседских домов словно повисли в молочном пространстве, ветки деревьев черными венами извивались вокруг них.

большой предмет прямоугольной формы, лежащий на постаменте, излучал едва различимое сияние. Из него поднимались блестящие струйки, будто бы истертые в порошок алмазы кружились в холодном сыром воздухе. Ярилина рукопись, если это, конечно, была она, на вид казалась совершенно неподъемной. Оцепенение не проходило. Анисья прислушалась. Помимо завораживающего света, она вдруг услышала звуки, похожие на шепот множества голосов. – Это она? Как ты думаешь? – спросила Василиса. – Да. Внезапно Анисья и Василиса, точно очнувшись от забытья, бросились к книге. Она лежала так близко, что не совсем верилось в то, что это действительно та самая рукопись. Неужели это правда она?! Книга, считавшаяся на протяжении стольких веков выдумкой!

Ей полагалось бы чувствовать острое одиночество, страх, тоску, но этот – очередной в ее жизни переезд – оказался самым легким, словно она попала туда, где ее давно уже ждали. И пока еще не успела соскучиться по родным и понять, так ли уж хорошо и спокойно в этом новом мире, ее больше переполняло любопытство и удивление. Может быть, слова домового о том, что они вернулись домой, не были лишены смысла?

Как же это здорово, когда есть тот, кто тебя хоть чуточку понимает.

Ирвинг снова взглянул на худенькую девочку, на этот раз чувствуя странную силу, исходящую от нее. Девочка была невысокой, хрупкой и какой-то болезненной, но магия, зарождавшаяся внутри нее, пугала даже его. Что-то ледяное и колкое, взрывное и… страшное… Да, не зря Водяных колдунов, по легендам, так прельщала другая сторона.

. В висках застучала кровь, реальность сделалась похожей на сновидение.

Она стояла, сложив руки на груди, окруженная темными расплывчатыми пятнами листьев и веток, сумрачными редкими бликами воды, и Сева в течение нескольких минут не мог пошевелиться.

Два мира в эту секунду смотрели почти в глаза друг другу, но только одному из них суждено было увидеть второй.