Увлекшись повествованием, Франсуа забывает себя. Речь его становится бессвязной. В ней всё меньше фактов и всё больше названий. Он уже не рассказывает, он поёт с присвистом. А иногда бьётся в припадке.
Раньше Ларсен избегал детей. Он и с людьми-то бывал неловок. А дети – гипертрофированные люди. Они не бывают равнодушны, только рады или недовольны. Игнорировать их бессовестно. Орать на них плохо. Правду им не скажешь, но и врать им невозможно.