Цитаты из книг автора «Слава Сэ»

Она рассказала невероятное. Например, мужская пися так волшебно устроена не только чтобы узоры на снегу рисовать. Я был потрясён.

Даже я, известный на районе смельчак и хулиган, нипочём не стал бы писать ей в сапог.

В Крыму от любви можно страдать годами. Давиться персиками, плавать в шторм, загорать без крема и какие там ещё существуют способы грустить в субтропическом парадизе. Можно ещё смотреть на купальщиц с такой горькой усмешкой, что однажды они сами подойдут и поцелуют. Попробовал бы он влюбиться, например, в городе Сестрорецке. Это самый северный известный мне пляж. Там всякую минуту возможен снег, даже в июне. Поэтому все отдыхающие – нудисты фиолетового цвета. У меня в Сестрорецке друг, Антон Духовской. Он так и говорит: «Пойдём на пляж смотреть фиолетовое отчаяние». Мы идём, а там сплошные сиськи

Клянусь вот этим киселём из вишни, с женщинами никогда и ничего нельзя гарантировать.

В пути говорили о загадках природы. Например, булочки. Непонятно, как двадцать пять гр. теста, съеденных на закате, становятся утром килограммом жира. Астрофизики отворачиваются от этой гравитационной аномалии. Меж тем сдоба орудует у нас под носом и куда опасней чёрных дыр. Чтобы обнулить одно пирожное, нужно гулять три дня. Причём масса снижается за счёт износа ступней в основном.

Один мой знакомый пытался сэкономить на Международном женском дне, перевязав мудя атласным бантом. И ночевал потом в отдельной кровати до самой осени. Эти полгода показались ему очень долгими. На его примере видно: женщины в дни подарков считают иронию неуместной и лучше с ними не шутить

Думаю, я не первый хозяин в его жизни. Может быть, пятый. Он очень крепко спит. Ему главное потом выбраться из мусорного бака, когда снова недопоняли.

Когда-то в Риге была клиника по хомякам, частная. Туда сдаешь простуженного, с оторванной лапкой, простреленного насквозь хомячка. Назавтра забираешь – он уже здоров. И, как раньше, не отзывается на имя, значит, тот же. Лечение стоило дороже норковой шубы, но мы в ответе за тех, кто так забавно грызёт по ночам железные предметы. …Я покатал усопшего в ладонях, пульс не нашёл. За ногу понёс в мусорник. Тут он открыл глаза и что-то такое сделал ртом, может, они так зевают, непонятно. И ещё он посмотрел так, недоверчиво, что ли.

Три дня назад он как бы сдох. Были все приметы. Клетка брошена на солнце, в ней лежит хомяк, лицом вверх, лапы скрестил и улыбается. Такой безмятежный, что никаких надежд. Мне сказали, они нежные, как вампиры, мрут от тепла и солнца. Я трогал пальцем тёплый пузик и не знал, где найти такого же, пока Маша и кот не расстроились.

Потом в саду вместо жёлтой юбки выдали розовые шорты. Нормальные женщины за такое уходят в дождь в одной ночнушке, хлопнув дверью по голове всем этим мерзавцам. Но Ляля всех простила. И обиду ничем не выдала, лишь чуть оттопыренная губа стучала по коленям.