Если своей внимательностью мы определили, что ситуация с ребенком не требует нашего немедленного вмешательства, мы можем переключиться на другие виды деятельности, чтобы направить энергию гнева в полезное русло.
Если мы согласны с тем, что все мы перерождаемся, то вполне может оказаться, что наш ребенок – не кто иной, как Будда, воплотившийся в нашей семье, чтобы вести нас к Просветлению. Эту работу он выполняет, пользуясь искусны
Б) Мать или опора.
Согласно буддийскому учению, каждое существо на свете в одной из прошлых жизней приходилось нам матерью. Дети, безусловно, не исключение. Они тоже заботились о нас и растили нас с любовью. Они защищали нас и делали все возможное, чтобы мы были счастливы. В этой жизни мы отвечаем им на проявленную когда-то доброту.
А) Учитель или наставник.
Без помощи ребенка, без его странного поведения, вызывающего нашу сердитую реакцию, как мы научились бы терпению? А ведь мы не станем просветленными, если не реализуем совершенство терпения. Ребенок дает нам возможность применять Учение Будды на практике. Поэтому он столь же добр, как и сам Будда. Вместо гнева нам следует мысленно поблагодарить шалуна за такую возможность понять и практиковать Дхарму.
Эффективный способ устранить раздражение заключается в том, чтобы представить себе, будто ребенок – вовсе не тот, за кого себя выдает. На самом деле в нем скрыта совсем другая роль – какая, нам
Счастлив ли наш ребенок?» Если он деструктивно себя ведет, задирает других или плачет – он явно несчастлив. Мы все знаем, как это переживается. Представим себя на его месте – что нам хотелось бы сделать? Чаще всего мы автоматически хотим, чтобы нас понимали и поддерживали. Если теперь мы практикуем сочувствие, нужно начинать с желания понимать и поддерживать других. Тогда сердце наполняется любящей добротой, легко даются терпение и беспристрастность – как бы дети себя ни
Регулярно медитируя, мы учимся наблюдать за умом и всеми его проявлениями, не включаясь в них. Мы все лучше познаем, что есть гнев на самом деле и кем является тот, кто переживает этот гнев. Что это за сознательное пространство, присутствующее между гневными мыслями и за ними? Мы все больше видим, что все мысли и чувства, любого свойства и содержания, суть лишь выражения безграничного потенциала ума.