© Sri Aurobindo Ashram Trust 1998

Published by Sri Aurobindo Ashram Publication Department Printed

at Sri Aurobindo Ashram Press, Pondicherry

© Шри Ауробиндо, 2025

© Леонид Ованесбеков, перевод с англ., 2025

© Издательский дом «BookBox», 2025

Замечания редактора английского издания

Пьеса «Васавадьютта» была написана в Пондичерри в 1915 году. Самый ранний из сохранившихся черновиков датирован в конце следующим образом: «Скопировано 2 ноября 1915 года. Написано между 18 и 30 октября 1915 года. Завершено 30 октября. Пондичерри. Переработано в апреле 1916 года». В чистовой копии, использованной в качестве текста с 4-й сцены третьего акта до конца, подробно описана эта редакция: «Пересмотрено и переписано между 8 и 17 апреля 1916 года».

Впоследствии Шри Ауробиндо три или четыре раза переписывал пьесу, каждый раз останавливаясь на более раннем месте. Редакторы использовали последнюю версию данного отрывка, насколько это возможно, а затем вернулись к предыдущей версии.

Машинописный экземпляр «Васавадьютты» был подготовлен для Шри Ауробиндо где-то в конце 1930-х или начале 1940-х годов, и он внёс в него несколько разрозненных правок.

Когда было предложено опубликовать пьесу, он отказался, заявив, что она «слишком романтична».

Пьеса появилась в печати только в 1957 году, в ежегоднике «Шри Ауробиндо Мандир» и отдельной книгой.

Как утверждает Шри Ауробиндо в примечании автора, сюжет «Васавадьютты» он взял из «Катхасарицагары», санскритского цикла повестей XI века, написанного Сомадевой Бхаттой.

Шри Ауробиндо, ок. 1903 г.

Страница из рукописи «Васавадьютты»

Предисловие от автора перевода

На сайте integral-yoga.narod.ru есть англо-русская версия данного перевода.

Действующие лица

Вутса Удаян – царь Каусэмби.

Йогундараян – его министр, до недавнего времени регент Каусэмби.

Румунват – капитан его армии.

Алурка и Васунта – молодые люди возраста

Вутсы, его друзья и соратники.

Паренака – привратник царя.

Чунда Махасегн – царь Аванти.

Гопалака и Викурна – его сыновья.

Ребха – правитель города Удджайини, столицы Аванти.

Капитан – офицер Аванти.

Унгарика – царица Аванти.

Васавадьютта – принцесса, дочь Чунды Махасегна и Унгарики.

Умба – её служанка.

Манджулика – рабское имя Бундхумати, пленённой принцессы Сураштры, служащей Васавадьютте.

Женщина из Кирата.

Предисловие

Действие романа происходит спустя столетие после войны Махабхараты.

Столица была перенесена в Каусэмби. Империя временно распалась, и царства Индии находятся под общей властью трёх держав: Магадхи на востоке, которой правит Прадьотха, Аванти на западе, которой правит Чунда Махасегн, подчинивший также южных царей, и Каусэмби в центре, где Йогундараян стремится оружием и политикой удержать дом Парикшита против доминирующей власти Аванти.

С тех пор как молодой Вутса был облечён царской властью и появился у Чунды Махасегна, он, ранее непобедимый, недавно потерпел жестокие, но не решающие поражения.

На данный момент между двумя империями царит вооружённый мир.

Сюжет этой пьесы был взят из «Катхасарицагары» Сомадевы («Океан рек множества сказаний») и всегда был излюбленной темой индийской романтики и драмы.

Но некоторые обстоятельства, многие события и несколько имён были изменены или опущены, а вместо них введены другие. Вутса, название народа в сказании, в пьесе используется как личное имя царя Удаяна.

Акт I

Сцена 1

Комната во дворце в Удджайини.

Чунда Махасегн (сидит); Гопалака.

Махасегн

 
Я чувствую, что Вутса Удаян
Уводит от меня мою удачу.
И наши силы отступают
Из-за красивого мальчишки,
Мои расстраивая планы!
 

Гопалака

 
Я видел, как он действует в бою,
И прожил я достаточно,
Чтоб просто удивляться.
О, он гуляет по тропе войны
С такой же лёгкостью,
Как ночью при луне
Мелькают ноги молодой
Смеющейся девицы,
Скрывая мастерство
За безрассудной грацией
И ритмом быстрых танцев.
 

Махасегн

 
Ох, если этот,
Предвещающий недоброе, его рассвет
Достигнет наших врат,
Моя счастливая звезда
Закончит свой полёт.
И всё же ночью снились мне
Великие, значительные сны.
Там Удджайини вместе с Каусэмби
Были для меня
Высокими, резными,
Разноцветными вратами,
Ганг, Годавари^[1] и Нармада ^[2],
Подобно львам, покрыты были
Яркою священною росой,
А лунные мои жасмины
Расцветали в парке удовольствий.
И вся земля вокруг
Под заливающим всё солнцем
Спала в тени моих бровей.
Но это были только сны.
 

Гопалака

 
Но разве ты не так велик,
Чтоб сделать их реальными?
 

Махасегн

 
О сын мой,
Множество возвышенных сердец,
Как правило, должны сначала
Долго пробивать свой путь,
И большинству из них здесь, на земле,
Приходится погибнуть,
Пока мы сможем совершить
Великие дела;
И кто тогда нам скажет,
Что он тот самый,
Избранный богами человек?
Одна эпоха видит сны,
Которыми потом живёт другая.
 

Гопалака

 
Взгляни же на холмы,
Где поднимается бог Рудра^[3].
Своё ужасное копьё
Он направляет на восток.
Не твой ли дух —
Вот это вознесённое копьё?
 

Махасегн

 
Оно отвлечено небрежною рукою Вишну!
 

Гопалака

 
Не бойся тех препятствий,
Что щедро рассыпают боги
Перед нами.
Зачем могучим людям
Удерживать движения души?
Так протяни же руку, чтоб схватить,
И ногу – чтобы растоптать
Движением Титана.
 

Махасегн

 
Я вижу, ты паришь на высоте орла,
Но очи у тебя
Закрыты для возможных потрясений.
 

Гопалака

 
Так будешь ты просить врага
Закончить гордую свою борьбу?
 

Махасегн

 
Нет, этого не будет никогда.
И мальчик должен пасть.
 

Гопалака

 
Он молод, лучезарен,
Красив и очень смел.
Но пусть падёт.
Мы не потерпим пораженья.
 

Махасегн

 
Но множество богов стояло, улыбаясь,
При его рождении.
Пришла Лакшми,
Она дышала на него
Счастливым ходом дней.
И Вишну изливал
Лучистую небесную поддержку
И обещал ему далёкие пределы
В его земном пути.
Магическая Сарасвати
Ему вложила в руки
Свои прекрасные, как лотосы, умения.
 

Гопалака

 
Суровые и аскетические боги
Дают поддержку лучшим,
А не каким-то мелким божествам,
К которым только лишь снисходят.
Величие в нём не способно
Вырасти до человека.
И героическое время у него —
Лишь редкие, забытые полёты.
Есть птицы с ярким оперением,
Которым здесь не нужно
Подниматься высоко
И прилагать усилия,
Они летают низко над землёй.
Вино и танцы с песнями,
Что окрыляют дни
Его спокойной жизни,
Толпятся около беспечной,
Живущей в праздности души.
Она не может обрести
Достойного и благородного досуга,
Чтоб стать по-настоящему великой.
 

Махасегн

 
О да, как раз там и живёт надежда наша.
О сын мой, выследи же дух врага,
Как армии его, так и его богатства!
Пусть глаз твой
Обнаружит слабость у него,
Пусть нанесёт твоя рука
Ему удар.
 

Гопалака

 
А есть ли способ у тебя ударить?
 

Махасегн

 
Есть способ,
Но не столь он благороден,
Как ясные и громкие пути войны.
 

Гопалака

 
Берём его.
Пойдём же прямо к нашей цели.
 

Махасегн

 
Нужна твоя рука.
 

Гопалака

 
Она твоя – воспользуйся же ею.
 

Махасегн

 
Придумай же
Какое-нибудь действенное средство
И приведи его сюда.
Пусть станет пленником
В прекрасных кущах Удджайини.
И неужели не найдёт он там
Тюремщицу для сердца своего,
Чтоб ей отдать свои ключи
И чтобы та тюремщица
Носила их на краешке своих одежд?
И будет жить тогда он под замком
В темнице радости её
Как наш вассал.
 

Гопалака

 
Мы принесём его в орлиное гнездо
Птенцу орла,
И ты отдашь его Васавадьютте
В качестве добычи!
О царь, твой путь хорош.
И как Гаруда,
Что на спящем молодом Питоне,
Несётся в небесах
Я подниму его, беспомощного пленника,
В небесные просторы наших высей.
Хоть это странно, ново и утонченно,
Но всё же – хорошо.
Считай – мы нанесли удар,
И враг твой схвачен и закован в цепи.
 

Махасегн

 
Я знаю быстроту твою,
Твой собранный прыжок.
Когда он будет здесь,
В нём чувства станут
Влюблёнными рабами от касания
Другой прекрасной вещи.
И вот уже он не герой,
А нежная душа,
Вся поглощённая игрой,
Роскошный и весёлый юноша,
С такими нежными глазами,
Которого все сладостные звуки
И красочные зрелища
Приводят к беззаботному экстазу.
Вино, цветы и музыка,
Заря улыбки юной девушки
Способны оплести его цепями
Из весенней нежности,
Что крепче непреклонного железа.
Две розовые губки
Закупорят силу в нём,
Два глаза станут звёздами тирана
И подчинят все действия его.
 

Гопалака

 
Одной лишь помощи я попрошу,
И только лишь одной:
Моё изгнание, о царь,
Прочь из твоих владений.
 

Махасегн

 
Дитя моё, мой Гопалака,
Тебя я изгоняю.
Не возвращайся, если не исполнишь
Мою жестокую, но царственную волю.
 

Сцена 2

Зал во дворце в Каусэмби.

Йогундараян, Румунват.

Йогундараян

 
Я вижу, как в нём дремлет сила,
Укрытая цветами.
Но всё же в нём величие
Замаскировано его годами.
 

Румунват

 
Я не советую питать
Таких больших надежд.
 

Йогундараян

 
Я знаю слишком хорошо
Скользящее проклятие,
Которое все эти
Плодородные и молодые почвы
Лелеют в их зелёной тьме.
Моя забота – наблюдать
И не пустить в них
Змея преисподней,
Который извивается,
Опасный, сладко-ядовитый,
Желающий любви,
Среди густой травы,
И с драгоценным камнем
На змеином капюшоне.
Его необходимо,
Пользуясь его короной,
Схватить, очаровать и превратить
В великого, заботливого бога.
Ищу невесту я
Для Вутсы Удаяна.
 

Румунват

 
Конечно, это мудро.
Но кого?
 

Йогундараян

 
Есть только лишь одна,
Которая настолько абсолютна
В собственном очаровании,
Что может удержать в нём чувства
От блужданья.
Она – дитя, прославленная
Как дарами, так и красотой,
Цветок, магической судьбой рождённый
На яростном стальном стволе.
 

Румунват

 
Васавадьютта,
Прекрасная принцесса из Аванти!
Однако же, ты зря надеешься соединить
Два эти противоположные
Друг другу божества.
Ты лучше слушай повнимательней
Подсказки от Природы,
Не извращай её простые цели.
 

Йогундараян

 
Должна Природа расцветать
В искусстве и науке,
Иначе – для чего мы, люди?
А человек, который
Отстранился от Природы,
Способен пробудиться к сложностям,
Что есть у Бога,
Взять неотёсанную простоту Природы
И собственным искусством
Сделать прежде невозможное —
Обыденными чудесами.
 

Румунват

 
Но дело сложное,
Да и какая польза
Нам будет от него?
 

Йогундараян

 
Оно даёт нам долгое
И солнечное время,
Чтоб расти.
И мы воздвигнем в ней
Надёжный нежный щит
От этого стального победителя на западе.
Когда отеческое сердце,
Приняв от нас надёжную защиту,
Сумеет обуздать
В опасном этом человеке
Имперский ум.
Когда же он уйдёт,
Мы унаследуем его величье,
Несмотря на смелых сыновей-титанов.
 

Румунват

 
Я думаю, ему придётся
Сильно ущемить свою гордыню,
Чтоб с этим согласиться.
 

Йогундараян

 
Ещё одно большое поражение —
И станет та принцесса нашей.
 

Румунват

 
Тогда пора трубить нам
В боевые раковины
И призывать на битву.
 

Йогундараян