Волантес повёл Морозова в конюшню, показать своих скакунов, из которых большинство годилось только на убой. Об этом капитан и сказал. Волантес слегка увял. Теперь Александр мог выбирать лошадей, а заодно, и всласть поторговаться, тем более, что стартовые цены торговца были не такими высокими, как если бы рейдер сразу показал свою нужду в верховом транспорте. Про верховых животных Александр помнил из курса обучения, что надо осматривать зубы, суставы, спину, хвост, псевдорога… впрочем, нет – два последних относятся к эборийскому боевому перту… Он с видом знатока следил за действиями Волантеса.

– А вот эта гнедая! Какая стать, какая сильная грудь! Да она двадцать лиг пробежит и даже не вспотеет! Пять туанов за неё, клянусь Энки, это слишком мало!

– Да ты что! У неё же бабки совсем облысели. Нет, ей полтора туана красная цена. И, по-моему, у неё провисла спина.

Тут Александр подумал, что торговец всё равно всучит ему какую-нибудь клячу, которая выйдет за ворота и подохнет. Он позвал Персиваля Конго – тот раньше был рейнджером и знал толк в животных. Восхваления Волантеса своим лошадям совсем утихли, но цены он опускать не хотел, по крайней мере сразу. Процесс торга шёл как и полагается – Александр чуть-чуть добавлял к своей версии стоимости, а Волантес снижал первоначальную цену.

И надо же было именно в этот момент проснуться Зарику. Он вылез из своего спального кармана, вскарабкался на плечо хозяина и со скрежетом зевнул.

Торговец побледнел и попятился, уже жестоко раскаиваясь, что был так откровенен с этим зеленоглазым рыцарем. Ведь он при незнакомце обругал всемогущего Сэта, а великий неназываемый, проклятый за братоубийство и другие злодеяния, как известно, является богом пустыни и покровителем чужестранцев. А эти люди пришли, как раз, со стороны пустыни и сами признались, что являются чужеземцами в благословенной долине меж двух рек. Да ещё и это свидетельство принадлежности к культу Великого проклятого Змея – маленький змеёныш с крыльями.

"Змеёныш с крыльями", будто почувствовав мысли Волантеса, напыжился и выпустил тонкую струйку огня. У несчастного торговца душа ушла в пятки, и он сразу согласился на цены, предложенные рейдерами. Как ни пытались они успокоить хозяина фермы, он только соглашался с ними во всём и со страхом смотрел туда, где спрятался Зарик. Поняв, что успокоить торговца они не смогут, Александр и Персиваль дали ему денег даже больше, чем следовало и ушли седлать лошадей. Рейдеры довольно быстро для людей, привыкших к космосу, антигравитаторам и бластерам, оседлали животных и выехали за ворота. Уезжая, Королёв долго махал рукой белокурой девушке, смотревшей им вслед.

*****

Кавалькада пёстро одетых всадников подъехала к Ассаду. Дорога была запружена пешеходами, верховыми и телегами на двух и четырёх колёсах. Скрипели крестьянские повозки, ревели верблюды и ишаки, мычали мулы, блеяли стада овец, и всё это галдящее сборище двигалось в Ассад на большой базар. Поначалу Александр вежливо просил дать им дорогу, но скоро понял, что этим ничего не добьётся и принялся орать на мешающих движению отряда. А иногда приходилось пускать в ход и рукояти мечей.

Наконец они проехали мимо тяжёлых, обшитых бронзовыми пластинами ворот города и внутри, как это ни парадоксально, стало гораздо тише. Возможно, дело было в царских и храмовых патрулях, которые шастали по десять человек с офицером во главе. Один такой патруль со знаками храма Энлиля на синих туниках остановил их. Командир, нарочито глядя мимо Морозова, грубо спросил :

– Кто такие?

Александр, уже отвечавший на подобные вопросы стражникам у ворот, сказал:

– Мы – рыцари-ваганты. В вашем славном городе проездом.

Морозов спешился и, достав золотой туан, протянул его начальнику патруля.

Таулеру и Эркину пришлось потрудиться, изготавливая золотые, серебряные и бронзовые монеты по местным стандартам. Причём, главная проблема заключалась не в том, чтобы достичь сходства, а в обеспечении достаточного количества всяких примесей – металл не должен был оказаться чистым. Вот их поделки теперь Александр так щедро и раздавал.

Монета мгновенно исчезла, а офицер проворчал:

– Наёмники, что ли? Квартал для наёмников находится возле базара, спросите там у любого нищего. И после вечерней зари не советую появляться в приличных кварталах – вас сразу арестуют.

Храмовники продолжили патрулирование, а рейдеры отправились к базару. Чем ближе они подходили к нему, тем большая создавалась сутолока на узких улочках. Королёв поймал мальчишку, который пытался срезать у него кошелёк с пояса и дал ему здоровенного пинка, не утруждая себя звать стражу.

Александр помнил, какое впечатление произвёл Зарик на Волантеса, поэтому спрятал ящерёнка далеко за пазуху и строгим тоном сделал ему внушение. Зверёк, будто поняв мысли хозяина, спокойно сидел под туникой, не порываясь вылезти наружу и лишь изредка высовывая любопытную мордочку.

Какой-то нищий за бронзовую монету провёл рейдеров к забегаловке со звучным названием "У скрещённых мечей". Вывеска была красивой, но она явно не гармонировала ни с грудой помоев неподалёку от входа, ни с хозяином кабака, физиономия которого не внушала никакого доверия.

Лошадей оставили у коновязи – Сергей дал слуге пару мелких монет, чтобы накормили животных, а сами "рыцари-ваганты" прошли в залу. Там раздавался стук глиняных кружек, пьяные выкрики, ругательства, а иногда и звон клинков. Заведение очень напоминало некоторые танжерские забегаловки, разве что иномирцев здесь не было, да вместо роботов-уборщиков были два чёрных раба. Рейдеры оккупировали угол, выгнав оттуда несколько мертвецки-пьяных не то разбойников, не то наёмников и потребовали у хозяина лучшего вина. Пара шлюх тут же подсела к космонавтам, но даже Королёв, обычно неразборчивый в таких делах, отверг их услуги – уж очень непрезентабельны они были на вид. Оскорблённые шлюхи ушли искать других клиентов, предварительно высказав всё, что они думают про "кастратов с длинными ножиками".

Логайр Тюссо, бывший сержант-десантник второго класса, а ныне полноправный член команды "Белой звезды" и абордажник под началом Королёва, сидел у стола с краю и спокойно ждал, когда принесут вино и мясо. В это время за соседним столом вспыхнула драка. Четверо наёмников повздорили между собой, и в ход моментально пошли взаимные оскорбления, а после и клинки. Закутанный в белое воин, судя по всему откуда-то из пустыни, получил удар мечом в грудь и упал под стол, хрипя и обливаясь кровью. Его товарищ оказался один против двух свирепого вида бородатых гистанцев, со свистом рассекавших воздух кривыми саблями.

Танжер приучил рейдеров ко всяким дракам, в том числе и кабацким, поэтому никто из них не вмешивался в чужую свару, безразлично наблюдая за схваткой. Остальные посетители тоже, кто равнодушно, кто с интересом, смотрели на представление. Только хозяин заведения что-то кричал у стойки, но его никто не слушал, а сам он не рисковал вмешиваться – попробуй, разними дерущихся, и сам получишь меч в бок.

Гистанцы теснили арапа в сторону рейдеров, и тот, избегая вражеской сабли, отпрыгнул, подставив, правда, неумышленно под удар Логайра Тюссо. Тюссо едва успел увернуться, когда сабля разрезала воздух в том месте, где только что была его голова. Рейдер рассвирепел и нанёс хук справа гистанцу. Здоровенный бородатый мужчина выронил оружие и упал, как подкошенный.

В это время второй арап уже лежал с разбитой головой на заплёванном полу. Гистанец, уложивший его, пошёл посмотреть, что случилось с товарищем. Тюссо хотел объяснить случившееся, но гистанец, не слушая, взревел и бросился на рейдера. Логайр выхватил из ножен вибромеч и встал в стойку. Сабля бородача заплясала в поисках новой крови и новой жертвы.

"Жертва", однако, спокойно, точно работая с манекеном, начала фехтовать. Лезвие сабли, столкнувшись с включённым виброострием разлетелась надвое, и не успел гистанец удивиться этому, как меч Тюссо уже пронзил его сердце. Логайр пожал плечами, вытер лезвие от крови и уселся на своё место. Хозяин, причитая и заламывая руки, взвыл, что стража закроет его заведение, ведь три убийства за вечер – это слишком много. Александр дал ему пару монет, чтобы заткнулся, убрал мертвецов и принёс самое лучшее вино.

Хозяин, заметно успокоившись при виде золота, помчался выполнять заказ, а два угрюмых чёрных раба принялись вытаскивать трупы из залы. Вскоре только несколько пятен крови, проступившие сквозь песок, которым засыпали пол, напоминали о смертельной схватке.

Через три часа все рейдеры были сыты, пьяны и благодушны. Королёв пожертвовал два золотых, чтобы "пили все", и теперь малоимущие завсегдатаи трактира скопились в углу, где веселились рейдеры. Джек Абрикос нажрался до поросячьего визга и спал на лавке по-детски положив ладони под голову. Александр тоже выпил немало этого древнего винца, от которого заплеталась голова и кружились ноги… нет, наоборот!

Он вдруг вспомнил, что сейчас время сеанса связи, а Абрикоса и угрозой сиссианского конвертера не разбудить. Александр огляделся: Джерри Бингл спорил с горбоносым человеком в высоком тюрбане, но вроде бы пока всё обстояло мирно и дальше слов дело не заходило. Брат Херес, шатаясь, как маятник, пытался выдать какую-то проповедь о вреде пьянства группе оборванцев, то и дело пытавшихся поднять тост за речь монаха. Только Персиваль Конго выглядел более-менее трезвым. Капитан поручил ему следить за командой, а сам взял у Абрикоса пси-передатчик и отправился в отхожее место, чтобы кроме дела ещё и провести сеанс связи с "Белой звездой".

Местные запахи не отличались изысканностью, а уж в этом, так называемом, клозете – и подавно. Морщась от вони, Александр напялил наушники, почувствовал, как пси-контакты коснулись ушных раковин, и включил прибор. Сразу же послышался голос Лоиса:

– Джек, почему так долго не выходишь на связь?

Мысли Александра стали туманными и расплывчатыми, соответственно, и объяснение вышло довольно сумбурным, но там, в рубке "Белой звезды", быстро поняли в чём дело – поисковая команда дорвалась до выпивки. Однако когда Александр сказал, что Новикова загрыз в степи оборотень, Тор, Эркин и Хан переглянулись – ну и нажрался капитан!

Мысли Хана через пси-передатчик дошли до Александра, и он, разозлившись, заявил, что это отнюдь не пьяные бредни и здесь по слухам полно оборотней и вампиров. Тор, стоя в рубке связи, закатил глаза и сказал:

– Ладно хоть остальные живы. В следующий раз они заявят, что видели зелёных чертей! Весело у них… а мы тут сиди в каютах…

В общем, "Звезда" была уведомлена, что все, кроме Новикова, живы и пьяны. Сеанс связи завершился. Александр выключил передатчик и, стремясь побыстрее покинуть вонючее место, уже собрался выйти из закутка, когда услышал приближающиеся голоса.

– Ну, ты, толстая рожа, кто это такие?

– Не знаю, господин. Говорят, рыцари… "вараны" что ли? Не помню точного названия. В общем – военные люди.

"Уж не про нас ли он бормочет?" – мелькнула в голове у Александра мысль.

Он настолько заинтересовался разговором, что решил пока не покидать пропахшего миазмами, убежища.

– Только пришлых военных нам не хватало, – проворчал злой голос. – Может, их вызвали жрецы Инанны или Энки? Ты уверен, что они не попытаются сорвать наше завтрашнее дело?

– Нет, они проездом в нашем городе. Наверное, хотят наняться к кому-нибудь на службу. Вроде ни про Инанну, ни про Энки они не упоминали…

– Узнай! – голос жёстко выругался. – Возможно, что эти люди и непричастны ни к чему и тут оказались случайно. Но они – воины! И чужые, хотя говорят по-нашему не хуже коренного ассадовца. Да ты посмотри на их рожи – такие обитают лишь далеко на севере, а оттуда никогда не бывало добрых вестей. Значит так: если этот отряд окажется завтра в полдень на старом дворике, то я тебе оторву голову! Нет, я отдам тебя магистру Мэлту, а уж он найдёт тебе применение. Ты им ни о чём не проболтался?

– Клянусь, хозяин, я никому не говорил! Совсем ни о чём! – оправдывающийся голос явно знал, какое применение может ему найти неведомый Мэлт. – Я попробую задержать их здесь, как можно дольше.

– Лучше бы тебе сделать это, – с угрозой произнёс "хозяин", – Мэлт не прощает промахов, а тем более – предательства.

Второй жалобно пискнул в ответ и принялся уверять собеседника в своей преданности. Когда говорившие удалились, Морозов поднялся и размял затёкшие ноги.

"Ай-да хозяин, ай-да скотина! – подумал Александр. – Недаром его рожа мне сразу не понравилась. Значит, оставить нас хочет? Посмотрим…"

Только капитан уселся за общий стол, как из кухонного помещения вывалился хозяин "Скрещённых мечей" с разносом, на котором стояло шесть больших кружек с вином. Он, искательно улыбаясь, принялся расставлять их по столу перед наиболее трезвыми рейдерами.

– Пейте, благородные господа, пейте! Я сейчас ещё принесу!

За пазухой заворочался Зарик, но Александр прижал его локтем к боку и поманил пальцем толстяка.

– Что это?

– Это вам, уважаемые, за счёт заведения. Надеюсь, что вы оцените наше гостеприимство и в следующий раз обязательно остановитесь у меня.

– Хорошо говоришь! Складно! – Александр поднялся, схватил кабатчика за ворот и протянул ему кружку. – Выпей с нами!

– Но я не могу пить с такими благородными господами за одним столом! – начал отнекиваться он, но Александр, одной рукой всё ещё протягивая кружку, а другую положив на эфес меча, угрожающе повторил:

– Пей!

Это не ускользнуло от внимания трактирщика, и он, сделав несколько судорожных глотков, попытался отставить кружку.

– До дна! – неумолимый капитан рейдеров мрачно глядел на взъерошенного хозяина.

Персиваль посмотрел на Александра, мол, чего ты к нему привязался, но его удивление быстро переросло в озабоченность, когда толстяк, так и не допив до конца кружку, упал на грязный пол и громоподобно захрапел. Александр поднялся и вылил содержимое остальных пяти кружек.

– Похоже, негодяй подсыпал нам снотворного, хотя мог бы и отравить. Всё, хватит пирушек! Теперь все расходятся спать! – голос у капитана был такой, что даже Джек Абрикос открыл глаза, правда, встать всё равно не смог, и его пришлось нести наверх.

Те же два чёрных раба молча подхватили своего хозяина и унесли куда-то за ширму. С уходом рейдеров в общей зале сразу стало скучнее, и самые трезвые посетители начали расходиться по домам. А лежащих в глубоком опьянении чёрные рабы небрежно повыкидывали за дверь. Через полчаса в заведении уже было тихо.

*****

Несмотря на буйно проведённый вечер, Александр проснулся с первыми лучами солнца, пробившимися в щели ставень. Бингл и Мак-Грегор, стоявшие на часах в коридоре, приветствовали капитана и сказали, что всё спокойно, а к ним никто не пытался подняться. Рейдеры, замученные похмельем, хотели пропустить по стаканчику, но Александр запретил сделать в этом заведении даже глоток. Все вышли во двор, оседлали лошадей и, скрипя сёдлами и суставами, выехали из трактира.

Город уже ожил: в более богатых кварталах мусорщики ещё затемно начинали свою работу, а в местах, подобных тому, из которого только что выехали рейдеры, труп убитого и обобранного бедняги мог пролежать не один час, пока городская стража не пришлёт могильщиков.

До полудня оставалась уйма времени, и отряд перекусил у какой-то жаровни, где торговали рубленым жареным мясом и кислым вином. Винцо было дрянное, но немного уняло молот, стучавший в головах рейдеров, особенно у Абрикоса. Александр осторожно, чтобы никто посторонний не заметил, покормил Зарика. Ящер съел свой кусочек и удалился обратно за пазуху. Он вёл себя так тихо, что Александр начал беспокоиться – не заболел ли минидракончик?

Выбрав безлюдное место между стеной дома и глинобитным забором, капитан посвятил отряд в разговор, подслушанный им вчера вечером, и добавил, что если уж кто-то так пытается им помешать оказаться около старого дворика, значит, там произойдёт что-то интересное. И, возможно, это "что-то" даже связано с поисками рейдеров на Земле…

– Не знаю, стоит ли нам совать нос не в своё дело, но всё-таки, мы в полдень будем на этом старом дворе. А там посмотрим… Надо узнать, кто решил вывести нас из игры… и что это за игра.

Честно говоря, капитану эта мысль пришла в голову несколько спонтанно, но она ему понравилась. Остальным тоже, особенно тем, кто по причине сильного опьянения не помнил о вине со снотворным. До одиннадцати часов утра рейдеры развлекались, как могли на этом огромном – в треть города, базаре.