Глава 10

Затем раздевшись, юркнула в постель и быстро уснула. Думать ей о чём-либо, точно не хотелось, а о Стасе, тем более. Утром тётя Римма ушла на работу, Марго проснувшись, приняла душ, позавтракала и вышла из дома. Она прямиком поехала в аэропорт, у неё на руках был билет до Самары, который она купила, пока Ирина была занята багажом, в день приезда из Варшавы. Об этой поездке Марго думала давно, но когда ей предложили работать в Париже, она твёрдо решила съездить и к себе домой и к тёте Вере. Самолёт приземлился в Самаре через полтора часа, ну может чуть больше. Выйдя из здания аэропорта, Марго договорилась с водителем, что он отвезёт её сначала в свою деревню, а на обратном пути, в соседнюю деревню, в Павловку. Щедрая цена устроила шофёра и он согласился. Когда Марго подъехала к своему дому, он был грубо заколочен широкими досками. Марго зашла к соседке, там ничего не изменилось, тот же стол, за которым сердобольная соседка кормила её, тот же старенький диван, на котором маленькой, затравленной девочкой, засыпала Марго. Соседка, тётя Люба, с удивлением смотрела на красивую девушку, одетую очень модно и богато. Было видно, девушка не бедная.

– Вы к кому? – спросила тётя Люба.

Марго повернулась к ней.

– Тётя Люба, Вы меня не узнаёте? Это я, Рита, Ваша бывшая соседка, – сказала Марго со слезами на глазах.

– Батюшки свят! Да как же тебя узнать? Вон какая красавица стала! За богатого замуж что ли вышла? – спросила опешившая женщина, с трудом узнавая в испуганной, вечно голодной девчушке такую роскошно одетую красавицу.

– Ну типа того…тётя Люба, а Вы не знаете, где моя мама? – осторожно спросила Марго, хотя ответ она кажется знала.

– Как где? В тюрьме, где ж ей быть то? Ведь хахаля своего зарезала, бедолага сразу и помер, – ответила женщина.

Марго засиживаться не стала, она сунула в руку тёти Любы деньги и вышла из её дома. Тётя Люба выбежала за ней.

– Риточка! За что же деньги мне даёшь, да так много? – спросила она.

Марго вернулась к ней крепко обняла её.

– Вы мне жизнь спасали и не раз, – ответила девушка и быстро села в ожидавшую её машину.

На душе у Марго было тяжёлое чувство вины. Она была в смятении, правильно ли она поступила с матерью? Как никак, она была её матерью, хотя и не вела себя, как мать. Но Марго и оправдывала себя, ведь с ней поступили жестоко, сломав в ней веру в людей и сможет ли она, когда-нибудь полюбить? С такими мыслями, Марго доехала до деревни Павловка и нашла дом тёти Веры. Она открыла калитку и прошла через знакомый двор, поднялась по крылечку и постучала в дверь. Через пару минут дверь открыла сама тётя Вера.

– Здравствуйте тётя Вера, – сказала Марго.

Женщина внимательно, прищурив свои глаза, посмотрела на неё.

– Я Вас знаю? – спросила она.

– Да, знаете. Правда, если помните меня. Это я, Рита, помните, Вы привели меня в свой дом однажды? – спросила Марго.

– Проходи в дом, там поговорим, – сказала женщина, пропуская Марго вперёд.

Там они сели на террасе и тут тётя Вера разглядела Марго.

– О, Господи! Это ты? Как ты изменилась! Такая стала…уверенная в себе, красивая, хотя ты и была красивая, только напуганная и затравленная, – сказала тётя Вера.

На столе стояли пончики, ещё горячие и тётя Вера пододвинула тарелку ближе к Марго и налила горячий чай, кипевший на плите.

– Угощайся, только что пожарила, – сказала она.

– Спасибо, с удовольствием, – взяв один пончик и откусывая, сказала Марго.

– Какая же ты стала! Тебя и не узнать. Значит повезло тебе в жизни? И куда же ты поехала, забрав пять тысяч у меня? Неужели мои деньги помогли тебе такою стать? – удивлялась тётя Вера.

– Поверьте, Ваши деньги очень мне помогли и я приехала к Вам, чтобы вернуть Ваш долг. Помните, я записку оставила, чтобы Вы не подумали, что я их украла у Вас, – виновато сказала Марго.

– Да я и не подумала, что ты их украла, тем более ты оставила записку. Если бы ты попросила, я бы тебе и так дала. Я же видела, в каком ты состоянии была, – ответила тётя Вера.

– Я Вам очень благодарна и вот…я приехала вернуть Вам деньги, – сказала Марго, протягивая женщине свёрток с деньгами.

Тётя Вера развернула свёрток и ахнула.

– Но здесь же раза в десять больше? Зачем? Я не могу их взять, ведь тебе самой они могут понадобиться. Я возьму только свои пять тысяч и всё, – сказала тётя Вера, отделяя от пачки деньги.