Цитаты из книг автора «Шахида Араби»

Дело в том, что нарциссы, обаятельные эмоциональные хищники, способны, словно зеркало, копировать наши сокровенные сексуальные и эмоциональные желания, что приводит к сильной сексуальной связи, которая затем, конечно же, дает выброс окситоцина и стимулирует еще больше доверия и привязанности.

Из-за эмоционального голода, который возникает на этапе обесценивания, мы жадно наслаждаемся каждым случаем примирительного секса и мгновениями ласки. Секс с нарциссом или психопатом служит эмоциональной перезагрузкой, а также тактикой груминга, которая вызывает тоску по раннему этапу идеализации и побуждает вкладываться в партнера в надежде на положительный результат, несмотря на все свидетельства обратного.

Эти качели вызывают у жертвы зависимость от драмы и хаоса абьюзивных отношений. Как ни парадоксально, люди в токсичных отношениях чувствуют намного более сильную привязанность и травматическую связь с агрессорами, чем при любовной связи со здоровыми партнерами, которые дают им чувство защищенности.

На этапе обесценивания жертва подсаживается на травматические взлеты и падения отношений, привыкая к адреналиновым приливам непредсказуемости, страха и надежды на очередные крохи нежности.

Если мы эмоционально или психологически поглощены человеком, это повышает сексуальное влечение и химию между нами, поэтому на этапе идеализации нарцисс становится богом секса: жертва чувствует высокий уровень эмоциональной защищенности, доверия, привязанности

Известный всем гормон объятий, или гормон любви, вырабатывается во время прикосновений, полового акта и оргазма; он способствует привязанности и доверию

Из-за биохимической привязанности жертвам тяжело прервать контакт с абьюзером, и на пути к исцелению биохимия мозга погружает нас в зависимость от нарциссического или социопатического партнера.

Нередко абьюз происходит медленно, незаметно и коварно, постепенно набирая обороты и превращаясь из мелких неприятностей в самый настоящий эмоциональный ад.

Абьюз порождает сложные связи между жертвой и хищником, и разорвать их непросто; он также создает сильный когнитивный диссонанс, поскольку жертва пытается примирить суровую действительность абьюза с образом человека, которого еще недавно считала самым близким и любимым. Этот когнитивный диссонанс является защитным механизмом, когда мы отказываемся видеть истинное лицо абьюзера и отрицаем, минимизируем или оправдываем абьюз, чтобы выжить и адаптироваться к травме

Если сомневаться в себе, гадать почему, мы позволим социо­пату выиграть. Не сомневайтесь в том, что вы потрясающий человек. Не сомневайтесь в том, что он коварен и безнрав­ственен. Социопат никакая не загадка, он чистое зло. Это не отношения, а преступление.