Цитаты из книг автора «Сергей Минаев»

фейки на себя нацепляем, то такие же лохи, Польша, там, Украина или Грузия на них ведутся и в общем и целом нам завидуют. Америкосы, те тоже говорят нам в лицо: «О, какие у вас ценности охуительные, прямо как у нас. Вам еще несколько нужно прикупить, и тогда вы станете совсем как мы. И все вас еще больше зауважают». А сами, суки, за спиной над нами смеются. Оно и понятно, они же нам их продали сами. И хотят продать еще. А вот когда мы на серьезном уровне начинаем выступать, в ООН пиздячим об стол фальшивыми «Картье», то там нам сразу основные игроки говорят: «Ребят, вы чё, из колхоза? Зачем левыми часами лупите по дорогому столу? Можете же поцарапать, потом не расплатитесь». Мы от этого охуеваем и сразу начинаем припрягать американцев, у которых этот фальшак купили. А те нам в этот момент и говорят, типа, ребята, relax, take it easy, boys. Ну, согласны, ну, развели. Только минуточку, пока это знаем мы и еще пара статусных держав. Если вы залупаться не будете, мы при всех будем вам хлопать, умиляться вашим новым побрякушкам и делать вид, что они настоящие. И другие, такие же лохи, как вы, будут вам очень завидовать, и вы у них будете в некотором авторитете. Только не забывайте, кто тут старшие

олигархов, и топ-менеджером ЮКОСа. И все в одном флаконе. Круто, да? – Круто. И чё? Ну, развел его Эдик, и какое это отношение к политике имеет? Упоминание часовых брэндов ставит Мишку в тупик. Играть на этом поле ему явно не хочется. Он отворачивается к окну, чуя подвох. – Ты слушай дальше, Миша, слушай. Полковник этот ходил-ходил в этих часах, не чуя подвоха, а потом вдруг решил в «Меркьюри» пойти и проверить их на подлинность. А я думаю, что на самом деле он хотел проверить себя. Стал ли он и тем и другим в одном флаконе или только так кажется ему? Там ему быстро объяснили, что часы фейковые. – И какое это отношение к нашему теперешнему положению имеет? – А самое прямое. Все те так называемые либеральные ценности, которые мы у Запада купили за несусветные бабки, за нефть и тому подобное, оказались полным фальшаком. Побрякушками для вождей индейских племен. Демократия, либерализм, рынок, конституция, свободные выборы и прочее. Когда мы эти

У меня знакомый есть, Эдик. – Мишка поудобнее устроился в своем кресле. – Так вот, этот Эдик лепил бабки на том, что продавал всяким лохам поддельные часы известных марок. Но копии очень качественные, даже механизм хороший. И вот однажды познакомился этот Эдик с каким-то полковником ментовским. Ну, этот полковник недавно еще в майорах ходил, а тут решил, что вместе с погонами надо еще и имидж менять. Эдик ему имидж и поменял. – Мишка потянулся за зажигалкой. – Продал ему пару котлов «Патек Филип» и «Франк Мюллер», что уж мелочиться-то? С обычной в таких случаях легендой: таможенный конфискат, эксклюзив, эта партия шла специально для топ-менеджеров ЮКОСа. Ну, такие классические брэнд-легенды в духе времени. Полкан, естественно, повелся. Прикинь, как ему по кайфу было вместе с часами самому измениться? Он, наверное, когда «Патек» надевал, представлял, что это он сам замочил весь этот ЮКОС и теперь стал и полковником – защитником страны от

А мой папа говорит, что в мои годы он заработал свой первый миллион, а я ухитрился пока еще даже героина не попробовать, и что с того?

Слова «Россия» и «народ» он произносит с особым придыханием. Кажется, что жонглирование ими доставляет ему удовольствие, сходное с оргазмом. Про себя я отмечаю, что один мой знакомый из тусовки с таким же придыханием говорит «малтинешнл» и «глобализация». Хотя ясно, что и Опарыш, и этот мой знакомец употребляют данные слова, подчеркивая свою принадлежность к определенной, лидирующей части своего социума. Или используют их как способ собственной идентификации в глазах окружающих, но уж никак не из-за того, что их действительно занимают проблемы народа или грядущие с глобализацией бонусы для всей планеты.

Затем миновал и этот период. И я стал частенько приезжать на их сборища, чтобы послушать об их копеечных проблемах, посмотреть на новых персонажей, новых напыщенных идеологов. В общем, я погружался в иную атмосферу. В жизнь подворотен и спальных районов с их нищетой, пьянством, наркоманией, разговорами о несправедливости мира, спившимися интеллигентами, скинхедами и прочим. Для меня это стало своего рода антигламур-вечеринками. Та же пустота, только в иной обертке. Пустота в экономичной упаковке для дискаунтера в Жулебине мало отличается от пустоты в яркой подарочной коробке для бутика «Подиум». Уж вы мне поверьте.

Воистину, вся Сеть – это маска для невостребованных людей. Кому не нужна маска – не нужна Сеть.

Мы не бляди и не бизнесмены, не чиновники и не борцы, а для того чтобы быть официантами и барменами, в наших айподах играет слишком правильная музыка. Сказать по правде, у нас и цели никакой нет, равно как и желания напрягаться. Мы, как обычно, довольны жизнью, снисходительны, и нам удивительно нехорошо здесь. Ведь мы – такие молодые и успешные, ну просто Beautiful Ones…

Душа моя, я смотрю на нас и думаю, что мы похожи на двух девушек девятнадцати лет, приезжих из Иркутска, которые стоят перед витриной бутика и целый час обсуждают, какие именно туфли из тех, что они не могут себе позволить, подошли бы к той сумке, которую они, впрочем…

В-третьих, Дашу не нужно завоевывать. За ней не нужно ухаживать, ее нет необходимости покорять. Она вся как на ладони – понятная и доступная. Мне кажется, я даже знаю, на каком боку она любит спать. Здесь нет страсти, а следовательно, никаких перспектив развития отношений.