Цитаты из книг автора «Сергей Лукьяненко»

Интересно, как вообще эти бабки, не отрывающиеся от бесконечных «мыльных опер» и утепляющие двери дерматином на синтепоне, ухитряются слышать звонок в соседские двери? А еще имеют обыкновение шастать по поликлиникам и жаловаться врачам на плохой слух!

Пора и остепениться. Четверть века прожил, а до сих пор болтаешься менеджером в торговой фирме, запчастями к компам торгуешь… Это что – работа? Да это все равно что сказать: «Моя работа в ОТК, презервативы надуваю!» Тебе нужна хорошая работа, верная жена, ребенок какой-нибудь завалящий…

терьера зовут Кешью, надо спрашивать у заводчицы. Может быть, она любит эти орехи. А может быть, просто не знает, что такое кешью. Я спросить постеснялся.

И тут я понял, что уже несколько минут мне не дает покоя едва слышный звук. Откуда-то из-за стены. Тихий рокот, будто работает огромный могучий механизм. Прислушавшись, я подошел к окну – закрытому ставнями, левому от окна в Москву. Приложил ухо к холодному металлическому листу. За ставнями урчало, шипело, рокотало. Станки? Я открутил болт, мимолетно отметив, что пальцы держат гайку словно плоскогубцы. Рывком распахнул ставни. Здесь тоже было солнце – только оно едва-едва вставало над морем, крошечным алым краешком обозначая восток. Почему никогда не спутаешь, встает солнце или садится, когда видишь его над морем? Слева и справа тянулась линия пляжа – я распахнул окно, глотнул соленый и одновременно сладкий, не надышаться, морской ветер, высунулся по пояс и огляделся. Башня стояла на песчаном мысу, словно маяк или форпост от неведомых морских чудищ. Но почему-то я чувствовал – здесь кракенов из Кимгима нет.

– В общем, – подвел я итог, – мне дали высокооплачиваемую работу, а вдобавок – здоровье, долголетие и неуязвимость. Надо радоваться. – Начинай, – кивнул Феликс. – Я совершенно серьезен, начинай радоваться жизни. Лет через пятьдесят ты начнешь скучать, а пока – веселись. Предавайся всем возможным радостям и порокам. Нет, вначале радостям, пороки лучше оставь на потом… А через два дня жду тебя на нашу маленькую вечеринку функционалов Кимгима. – Он посмотрел на Котю и уточнил: – Одного, разумеется.

Когда мы остались одни, я с наслаждением глотнул горячего вина. После двадцатиминутной поездки в санях лучшего нельзя было и придумать. А потом спросил: – Феликс, кто ты? – Функционал. Ресторатор-функционал. – Это вроде повара? – заинтересовался Котя. – Готовить я тоже умею, – кисло согласился Феликс. – Нет. Я отвечаю за ресторан целиком. Интерьер, сотрудники, кухня… – Интерьер, – задумчиво сказал Котя. – Ага. – Мне тоже не нравится, – спокойно согласился Феликс. – Но нравится посетителям. К моему глубокому сожалению… Итак, господа, постараюсь ответить на вопросы. Наша уважаемая Роза всегда склонна приукрашать истину… Итак, Кирилл, ты – функционал. – Это вроде бы математический термин, – сказал я. – И что с того? Нашу суть слово «функционал» передает лучше всего. Мы – приложения к той или иной функции. Есть функционалы-продавцы. Есть функционалы-врачи. Есть функционалы – хозяева гостиниц или ресторанов. – Прислуга, – вдруг произнес Котя. – Именно. – Феликс кивнул. – Если тебя это оскорбляет, можешь называться мастером. Многие так и делают. Но в моем понимании мастер – человек, самостоятельно добившийся успеха. У нас ситуация несколько иная. Способности нам даны. Кем – не спрашивай, я не знаю. А история у всех одна и та же. Человека начинают забывать. У него исчезают документы. Его место – в семье и на службе – занимает кто-то другой. И вот когда человек опускается до самого дна и ему некуда деваться, к нему приходит посыльный или он получает телеграмму… в общем – его куда-то зовут. Место, куда он приходит, становится его новым местом работы. Мы называем это место функцией. Функция Розы – ее гостиница. Моя функция – этот ресторан. Твоя, как я понимаю, пропускной пункт между мирами. Я кивнул. – Что ты получаешь. – Феликс отхлебнул глинтвейна. – Ты получаешь очень долгую жизнь. Я не скажу «бессмертие» – ты хоть и не стареешь, но можешь погибнуть или покончить с собой. Ты получаешь полное здоровье и огромную способность к регенерации. Только учти, чем дальше ты находишься от своей функции, тем ниже твои способности! На своей территории тебя практически невозможно убить. Полагаю, даже если отрезать голову, она способна прирасти обратно. Здесь… ну, вероятно, тебя можно убить выстрелом в сердце. Или несколькими выстрелами. Странное дело – я всю жизнь знал, что меня можно убить выстрелом в сердце, и это ничуть меня не обижало! А теперь стало очень досадно…

– Почему у вас нет автомобилей? – не выдержал я. – Потому что у нас нет нефти, – ответил Феликс. У меня вдруг возникло ощущение, что Феликс на любой вопрос найдет такой, до идиотизма правильный ответ. «Почему никто не гуляет? Холодно. Почему нет машин? Бензина нет». – В чем смысл жизни? – ехидно спросил я. – Издеваешься… – буркнул Феликс. – Для нас весь смысл жизни – добросовестно исполнять свои функции. – Мне это не нравится. – Привыкнешь…

– И много сказок вам наплела Роза Давидовна? – спросил Феликс, прикрывая за собой дверь. Котя нервно рассмеялся. Я с облегчением сказал: – Много. Что родилась в одна тысяча восемьсот шестьдесят седьмом году… – Вечно молодится, – буркнул Феликс. – Ну какая тут разница – пятьдесят или шестьдесят седьмой? Нет, все бы ей приврать… Еще управляющей отеля назвалась, верно? – Помощником управляющего. – Горничная она. Была горничной и осталась. И отель ее – мечта горничной. Чисто, тепло и ни одного постояльца. – Феликс поморщился. – Садитесь, ребята. Нечего нам тут делать. – Она назвала вас мастером… – Я не закончил фразу, но Феликс понял вопрос. – Еще одна блажь. Мастера, надо же такое придумать… Мы всего лишь функционалы. Да забирайтесь в сани, успеем еще наговориться!

– Мастер? – удивленно произнесла Роза. – О… добрый вечер! – Там, за гостиницей, пять трупов, – сказал человек, не тратя время на приветствие. – Это ужасно, Феликс! – Роза заломила руки на груди. – Какие-то сумасшедшие люди напали на гостиницу! Они искали молодого мастера… – Они искали меня, – отрезал Феликс.

– Кирилл Данилович, так они же за вами приходили! Да, да, да… несомненно! Знали, что вы ко мне придете, и решили вас схватить. Но просчитались! Скажите-ка, молодые люди, а почему вы ко мне пришли? – Нас попросили, – убитым голосом произнес Котя. – Одна да… одна ба… одна женщина. Подбросила записку, что надо найти белую розу, и нам ответят на все вопросы. Мы думали, цветок надо найти. Потом решили, что это про гостиницу… – Вас заманивали в ловушку! Но просчитались! – Роза всплеснула руками. Интрига происходящего явно прибавила старушке экспрессии. – Какое коварство! Я свяжусь с ближайшим мастером-охранником… Вы, вероятно, еще не знакомы со своими соседями? Я покачал головой. В отличие от Коти я не испытал разочарования. Но как-то плохо вязались между собой подброшенная записка и засада. – Нам надо вернуться, – сказал я. – Мы, пожалуй, пойдем. – Что вы! – Роза Давидовна укоризненно покачала головой. – В такую метель? Зачем? Переночуете у меня. Вы почувствуете, что такое гостеприимство мастера! А Клава замечательно готовит, вы поразитесь, какой она искусный кулинар… – Нам лучше вернуться в башню, – повторил я. – Ну… вы должны меня понять. Как мастер мастера. Это подействовало. Старуха закивала: – Да, конечно. Да, я понимаю… Так у вас тоже башня? – Почему тоже? – Вы бы знали, – вставая, произнесла Роза, – как предсказуема мужская фантазия. Половина мастеров предпочитают жить в башнях.