3

– Кстати, нас как раз три девушки на трёх парней. Можно групповушку устроить, – пошутил координатор, отходя от бассейна куда-то за шезлонги.

Я рефлекторно оглядел присутствующих и посчитал… Да, три на три, как раз.

Врач и ветеринар сперва переглянулись, словно сверяясь, а потом одновременно рассмеялись, так и смотря друг на друга. Второй инженер проследила за координатором взглядом, она смотрела на него с лёгким восхищением. Пусть и с шутливым, но энтузиазмом поддержала шутку:

– Ты всегда так используешь математику? – спросила она, широко и искренне улыбаясь.

Координатор не заметил.

– Три на три, конечно, можно, – лениво сказал первый помощник. – Вот только потом одна из девушек от капитана проблем поимеет.

И перевёл взгляд на меня, посмотрел заговорщически. Смутиться я не успел. Он заметил что-то позади меня, лицо его моментально стало озабоченным, и он сказал громко, обращаясь к координатору:

– Не-не-не, мужик, даже не думай! Не надо оттуда…

Но координатор уже добежал от самой стены до края бассейна и прыгнул в воду бомбочкой. Специально вошёл так, чтобы брызги окатили всех нас.

Весело было только самому координатору и второму инженеру. Но она вообще на все его действия реагировала положительно, даже самые сомнительные. Врач и ветеринар посмотрели на него со скепсисом и стали неспешно отряхиваться.

Первый помощник тоже отряхивался, но с явным, даже демонстративным недовольством, и ещё и ворчал что-то совсем тихо. А координатор довольный подплыл к краю, положил локти на бортик и сказал назидательно:

– Давайте-давайте… нефиг сухими тут сидеть. Зря, что ли, дал разрешение надмодуль распечатать? Навигатор, подай бокал мой? Не-не, вооон… ага, этот.

– Нет, за надмодуль и правда спасибо, – серьёзно сказала ветеринар. – Особенно, что в люксы пустил анабиотиков.

– Спасибо, – согласился первый помощник, с подозрением смотря в свой бокал. Видимо, туда попали брызги, и он теперь сомневался, пить или нет. – Но вот обливаться не надо.

– Да ладно, не душни, – чуть морщась, ответил координатор и взял у меня бокал. – О, спасибо… Отдыхать надо, полёт будет трудным.

– Особенно у тебя, – сказала врач.

– Вот этого не надо, – с мягкой строгостью парировал координатор. – Я предлагал меня в анабиоз кинуть, сами не захотели. – Он посмотрел на меня и спросил: – А тебе как, навигатор, понравился люкс?

– Да… классный номер… Спасибо. – Я помолчал, сомневаясь, но всё же добавил: – Только я… какие-то коммуникации в надмодуле странные. Очень нестандартные и нерациональные. И расположение… Сомнительный проект.

Координатор чуть удивлённо посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на первого помощника:

– Он серьёзно? Точно Академию имени Первых заканчивал паренёк?

– Да чё ты на малого наезжаешь? Во-первых, он отделение грузовых судов и судов двойного назначения заканчивал… – первый помощник вопросительно посмотрел на меня, дождался беззвучного ответа и продолжил: – Вот. Во-вторых, ему надо знать только безопорную массу и внешние габариты судна, а что там внутри – на курс не влияет. В-третьих, экономику перевозок навигаторам не читают уже года четыре как. Даже в Академии.

– Серьёзно? – координатор аж удивился.

– Да, – подтвердил я и стал ждать, что ещё добавит первый помощник. Тот молчал, и я сам закончил: – А в-четвёртых, я с Островов.

Все притихли на несколько секунд от неожиданности. Но потом дружно и искренне рассмеялись. Громче всех – координатор, он сам был оттуда. Женщины стали говорить в том смысле, что «да ладно тебе, нормально там у вас, у меня вон у подруги муж островитянин».

Координатор, отсмеявшись, спросил:

– Ты в столице рос?

– Ага.

– Понятно. Я на Дальнем… – Он мечтательно улыбнулся, отхлебнул задумчиво из бокала и сказал: – Как-нибудь посидим вдвоём, поностальгируем…

Потом посмотрел на бокал в своей руке, поставил его на бортик бассейна и сказал, уже намного мягче, чем обычно:

– А надмодуль… Его так проектируют, потому что он почти всё время на планете стоит как гостиница премиальная. В качестве круизного лайнера его используют очень редко… Но бывает.

Я отхлебнул из своего стакана:

– Экономику нам и правда не читали, но мне кажется, что в таком случае перелёт надо было делать круизным?

– Надо. Но тут особый случай… был. – Координатор задумчиво постучал пальцем по бокалу. – И сроки мы проебали жёстко. Но нас только за открытие кислородного мира, да ещё такого близкого к эталону, во все самые потаённые и грязные места расцелуют. Компания теперь с колонии процент будет иметь. Смекаешь, какие бабки мы заработали уже? А ещё эти, – он сделал неопределённое движение рукой. – Приматы… Это я даже не знаю, что будет. Сенсация! Такая близкая биология…

– Очень близкая, – мрачно прокомментировал первый помощник. – Кислота в пизде.

Он наконец определился и всё же продолжил пить.

– Кислота? – Я вопросительно посмотрел на ветеринара.

Она улыбнулась:

– Вообще, у нас тоже в вагине есть кислота. Только не такая сильная, и в целом состав другой. От бактерий естественная защита.

– Чё-то мне не было ни разу кисленько, – пошутил координатор и стал выбираться из воды.

Женщины усмехнулись, второй инженер даже хихикнула.

– И насколько крепче у них кислота… там? – мне было интересно.

– Нууу… – ветеринар с сомнением начала, – по шкале…

– Плюс-минус как у нас в желудках, – перебила уверенно врач.

– Ну, кстати, – согласилась ветеринар.

Она с удовольствием поводила плечами, устраиваясь на шезлонге поудобнее, и я подумал, что у неё отличная фигура для её возраста. Даже жаль, что прячет такую под спецовкой.

– И что она, овощ какой-нибудь может переварить… – координатор помешкал и закончил: – …вагиной своей?

– Это же не так работает. Там не то количество… Но если попытаться осуществить… – теперь уже врач подбирала слова, – …акт ксенофилии, то потом ко мне забежать придётся.

– Вот бы боцмана на их самку как-то натравить, – сказал со своего шезлонга первый помощник.

Мы улыбнулись, я – больше из вежливости.

– Хотя нет… Там скорее фиттер постарается, интеллектуальщицу же отправили в анабиоз – через пару недель начнёт и на аборигенку засматриваться, – сказал координатор.

Теперь уже все рассмеялись, а я почти сразу спросил:

– Не странный выбор? Мастера ПИ-систем отправлять в анабиоз. – Не люблю сплетни о том, кто с кем спит.

Координатор пожал плечами:

– Это решение капитана. Я так, чисто утвердил… Ей-то виднее. Она говорит, что у неё у самой первая специализация была мастер ПИ-систем, даже пару рейсов ходила в качестве интеллектуальщицы. Правда, давно. Короче, полёт потянет. Хотя, конечно, может, и не стоило… Но с другой стороны, а кого? – Он отпил из бокала, уже почти пустого, и сказал равнодушно: – Да всё нормально будет. Мне другое интересно: а вот в вагинах у них кислота как у нас в желудке. А в желудках у них что?

– Там кислота вообще ядрёная. Нас такое… насквозь бы прожгло.

– Нашли же мы… существ. – Про кислоту я не знал, и от информации мне стало не по себе. – То регенерация отдельных органов, то… Пиздец какой-то, – сказал я и чуть смутился своему мату.

– А тот старик, которого мы в самом начале исследовали? – первый помощник чуть поёрзал на лежаке, оживился. – Там рана на ране, и половина – от примитивного оружия. Если сопоставить с нашей первобытной историей – то на истребление воюют. Одно племя на хер другое вырезает. А всё равно… живут, до старости доживают. Мощные твари.

Ветеринар чуть поморщилась:

– Это по нашим меркам мощные. А для их мира они весьма слабенькие.

– А меня это и пугает, – вдруг сказал координатор очень серьёзно. Вода ещё стекала с него, он пока что не ложился на шезлонг, но и вытираться не спешил. Просто сидел прямо на полу, поставив перед собой бутылку и заново наполненный бокал. – Они и правда слабые. Их и снежник, и ветвистенький легко убьют. Да хули снежник… Их их же симбионты легко покалечат. Но… и ветвистых, и снежников они жрут и на шкуры пускают. А симбионты так вообще… шестерят как сучки. – Он хищно оглядел нас. – Понимаете, да? Насколько твари агрессивные.

– Армия за них хорошо заплатит, правда? – поддел первый помощник.

– Я об этом даже не думал… пока.

– Конечно… конечно, – с сарказмом согласился первый помощник.

– Слушай, да ничего особенного, – ветеринар проигнорировала ремарку офицера и говорила с координатором. – Это как раз очень подходит к логике и нашего существования. Мы тоже в своей экосистеме довольно слабые и хрупкие. Но вот, – она обвела рукой зал. – Сидим у бассейна, пьём и летаем в космос. Изымаем аборигенов…

– И дрессируем для своих целей, – первый помощник не сдавался.

– Вообще возможно, – признала ветеринар. – Они и по строению, и по… кхм… психологии на нас очень похожи. Они мне даже понятны.

– Может, общий предок? – впервые подала голос второй инженер. Смутилась, когда на неё посмотрели. – Я в какой-то старой книге читала, ещё доколониальной… Там была цивилизация, рассылала корабли создавать поселения. Где что-то шло не так – уходили в варварство, а потом начинали развитие заново, уже как местные эндемики. Может, и тут…

– Нет, – уверенно отрезала врач. – Биохимия совсем другая. Ничего общего. Дом похож, но камни другие.

Хорошо, что я не успел спросить, про какой дом она.

– И тем не менее, – сказал первый помощник. – По сути… ветеринар сама признала, что это местный аналог…

Он не закончил. Договаривать до конца не стоило: ассистент, ожидая любого приказа или поручения, внимательно слушал и мог анализировать. А после того, что мы видели ближе к экватору… Приходилось быть осторожными с бортовым компьютером.

– Ладно, – одёрнул сам себя первый помощник. – Что-то я засиделся с вами. А надо на мостик. – Он посмотрел на меня. – И тебе тоже. – Он вдруг заговорил шутливо-злым тоном: – Обосрался в тот раз с курсом – этот корректировать будешь до талого. Давай, одевайся – и пойдём.

4

– Спокойно, навигатор. Спокойно. Это был сон, просто страшный сон, – говорил ассистент мягким, приятно-низким женским голосом, успокаивая меня, словно мать ребёнка.

Я и правда был в каюте… в номере круизного надмодуля. И не было ни музыки аборигенов, вызывающей тёмные снегопады, ни замёрзших ребят из академии, ни снежников, ничего… Был только я, удобная кровать и уютный номер, погружённый в темноту.

– Ассистент… свет, – попросил я.

Темнота тут же стала слабеть: он включал освещение постепенно, чтобы не резануло глаза. Я подумал попросить сразу выкрутить на полную, но не стал. Обстановка начала проявляться, и этого было достаточно, чтобы понемногу осознать всю абсурдность сна, из которого я только что вырвался.

– Вы можете перечислить предметы, находящиеся в вашей временной каюте, или описать тактильные ощущения. Это поможет осознать нереальность кошмара, – всё так же умиротворяюще проговорил ассистент.

– Не хочу… Время? Проекцией.

Ассистент послушно вывел зелёные цифры на стену. Получалось, что я почти и не спал. Я откинулся на спину и прикрыл глаза. Прислушался к ощущениям в теле и голове. Сердце бешено колотилось, заснуть не скоро получится. А сон, эти пугающие образы, ещё вертелись в памяти, но не реальные, а как… идеи, что ли, словно поразившее воображение кино или книга. И от этих образов спать хотелось ещё меньше. Я боялся, что даже если и усну, они вернутся.

– Ассистент… ты можешь составить рапорт о моём кошмаре, чтобы я утром смог поспать подольше?

– Конечно. Отменить будильник?

– Да.

– Отчёт отправлен, капитан увидит его, когда проснётся.

– Открой дверь, – попросил я и встал.

Быстро накинул тренировочную форму, влез в кроссовки. Подумал даже, что можно пробежаться по коридорам, как раз сжечь выброшенные гормоны стресса… Хотя, нет… Лучше просто прогуляюсь.