— Для них не существует стен. Они часто шалят в огороде, в основном по их образу и создалось представление о нас. Могу с уверенностью сказать ложное, представление. Эти бесы питаются энергией, в основном в огороде, то есть они, как червяки портят души, когда они растут. Мы этому не препятствуем, бывает интересно понаблюдать за их играми, — Минос вновь расплылся в улыбке перед Иваном.

— Процесс роста души, очень увлекательное мероприятие, Вы это Иван Николаевич поймёте, но позже. Недавно один бес, решил угробить целый автобус очень весёлых людей, видите ли, в этом автобусе был человек, который не верил ни в чёрта, ни в Бога. И вот по чистой случайности отказали тормоза на крутом спуске, ох видели бы Вы лица, особенного не верующего ха-ха. Не известно, как, но он вспомнил «Отче Наш». Не помогло правда, его голова была раздавлена автобусом, как арбуз. А дальше всё, дорога пришла к Вельзевулу, что было потом, Вы уже видели, — Иван слушал Миноса и пытался понять, что же будет с ним дальше, так как место где он очутился, не внушало ему доверия.

— Действительно интересно, — смотря на руку Миноса сказал Иван.

— Иван Николаевич, ну что Вы скромничаете, Вашими руками было совершено столько ДТП, что не одному бесу не угнаться за Вами. Вы же ради экономии ставили на машины самые дешевые шланги, сколько тормозов не сработало и сколько автобусов с весёлыми людьми разбилось вдребезги можно посмотреть в книге Ваших дел, — Минос посмотрел на шкаф стоящий у дальней стены комнаты.

— Да, я же не специально, — уклончиво и стыдливо сказал Иван.

— Специально, Иван Николаевич, Вы ещё это делали так, что никто не мог подумать на эти шланги. Сколько было посажено в тюрьмы из-за Ваших действий, о-го-го. Я Вам сейчас кое-что покажу, положите руки на стол ладонями вверх.

Иван молча положил руки на стол и пристально смотрел на Миноса.

— Сейчас я Вам Иван Николаевич покажу, как было весело в автобусе, — Минос ударил своими руками ладони Ивана.

Иван очутился в теле одного из пассажиров автобуса, который через некоторое время должен был разбиться. Мучительное ощущение трагического предчувствия ощущалось в данном теле. Глаза смотрели за бегущими деревьями за окном.

— Закрыл ли я дверь, — думал человек в котором был Иван.

— Причём тут дверь, ты сейчас погибнешь в этом автобусе! — закричал Иван, но человек воспринимал это за свой внутренний голос.

— Да с чего мне погибать, миллионы автобусов каждый день ездят и не разбиваются, ничего не будет, расслабься, — пассажир успокаивал сам себя.

— Попроси остановить автобус, осталось мало времени! — продолжал кричать Иван.

— Что подумают люди? Нет, ничего не произойдёт, я не хочу казаться умалишённым.

— А-а-а, — закричал водитель автобуса.

— Что происходит? — испугался пассажир.

— Смерть стучится.

— Я не хочу умирать!

Автобус врезался в столб и начал переворачиваться.

— За что! А-а-а.

— Теперь ты не стесняешься пассажиров, а кричишь и плачешь!

— За что!

Голова пассажира выскочила в разбившееся окно и в этот момент автобус её прищемил.

— А-а-а! — кричал уже Иван на стуле перед Миносом.

— Ха-ха, Иван Николаевич, Вы что шумите? — с улыбкой спросил Минос.

— Я был в автобусе и мою голову раздавил автобус! — испугано вскрикнул Иван.

— Тише, это не Ваша голова, а голова не верующего, что Вы так за неё переживаете. Такое происходит каждый день, но каждый свою смерть считает особенной. Ни чего особенного тут не произошло, умер весёлый человек. Слабая душонка, в котёл дорога, — спокойно без улыбки сказал Минос.

— Зачем Вы мне это показали? — убирая со стола руки, спросил Иван.

— Затем, что бы видели, о чём думают перед смертью, те, кто отправляется на кладбище к Вельзевулу. Закрыл ли он дверь ха-ха! — Минос вновь засмеялся.

— Действительно я пытался ему помочь, но он боялся выглядеть смешным.

— Смешным ха-ха! Действительно смешно получилось ха-ха! — не переставая, смеялся Минос.

Вдруг влетел бес с бумагой и остановился возле Миноса. Иван успел рассмотреть его. Это был маленький уродливый человек, на голове у него был один сломанный рог, второй рог был как будто спилен. Зубы были маленькими и тёмно-коричневого цвета. Одежды на нём не было, тело было рыже-красным и от него шло испарение. Минос взял бумагу и стал читать содержимое.

— Ясно, понятно, ну пусть будет так, — приговаривал Минос во время чтения бумаги.

— Что там?

— В связи с тревогой, просят Вас отправить на знакомство в цех чревоугодия. Очень интересное место.

— Там обжоры?

— Ха-ха! Там Иван Николаевич люди, которые жрут ради того, чтобы жрать! Работники из них так себе, большая текучка, слишком много жрут. Бегемот там начальник, любитель подкрепиться. Поэтому зачастую его работники оказываются у него в пузе ха-ха. Весёлые ребята, — засмеялся Минос.

Минос открыл другой ящик в столе, который был под бездонным.

— За всё необходимо платить, — говорил Минос, доставая из ящика маленький пузырёк со светящейся жидкостью.

— Держи, бесовская ты морда! — Минос передал пузырёк бесу.

Бес в ту же секунду открыл пузырёк и выпил содержимое. Как только бес выпил содержимое, испарение от тела усилилось, спиленный рог немного вырос.

— Что с ним происходит? — быстро спросил Иван.

— Энергия душ даёт силы. Видите, он уже давно не ел и стал совсем хилый. Теперь будет носиться, как заведённый, — Минос только договорил и бес с невероятной скоростью улетел в пасть, которая была на двери в кладбище.

— Ни чего себе скорость, — удивленно вслух сказал Иван.

— Работа у них такая ха-ха! — Минос вновь смеялся над своими фразами. — Пойдёмте Иван Николаевич.

Вдруг с потолка упала лестница. Лестница была очень массивная и красивая, огромные белые перила и красные ступени, по ощущениям Ивана это был гранит. Минос направился к лестнице. За ним следом встал Иван.

— Навестим нашего Бегемота. Вверх к новым высотам Иван Николаевич, — весело сказал Минос и начал шагать по лестнице.

Глава IV Цех Бегемота

Поднявшись до шестой ступени Минос остановился и сказал Ивану:

— Стой.

— В чём дело Минос?

Раздался голос:

— Запасы есть?

— Есть, — ответил Минос.

— Прошу подтвердить, — громкий басистый голос.

Перед Иваном появилась стела с каменным шаром.

— Иван Николаевич, кладите правую руку на каменный шар, — спокойно ответил Минос.

Иван прикоснулся к шару.

— Ай, как больно, — Иван хотел убрать руку, но она не отрывалась от камня. Иван чувствовал, как уходят его силы.

— Бегемот! Хватит! — закричал Минос.

Иван смог убрать руку. Иван стоял и слегка пошатывался.

— Жрать — это целая философия, в которой Вы ничего не понимаете, а если не понимаете ни чего в философии, то не понимаете ни в чём, — громко со всех сторон раздавался голос Бегемота.

Иван и Минос стали подниматься выше. Поднявшись ещё на семь ступеней перед ними была стальная дверь, от двери шло испарение и приятный запах жаренного мяса. Слева от двери был каменный шар, который по всей видимости был раскалён, так как светился ярким красным цветом.

— Иван Николаевич, кладите правую руку на шар.

— Опять? — нервно сказал Иван.

— Снова ха-ха, — засмеялся Минос.

— Снова, так снова, — думал про себя Иван и положил руку на раскаленный камень.

Бабах, возникла огромная вспышка, осветив Ивана целиком.

— А-а-а, — кричал Иван.

— Терпи, за всё нужно платить, — Минос говорил, смотря на руку Ивана. — Довольно Бегемот.

Иван упал на одно колено, но рука держалась за камень.

— Бегемот, хватит, — грозно сказал Минос.

Рука Ивана отпустила камень. Иван чувствовал себя очень плохо, но он поднялся через силу. Как только Иван поднялся дверь открылась и из цеха хлынул жар. Жар был очень сильный, как от раскалённой печи.

— Пройдёмте Иван Николаевич, — Минос вошёл в цех.

— Иду, иду, — тихо бурчал Иван.

Войдя в цех перед Иваном появилась маленькая тёмная комната. Дверь, в которую они вошли захлопнулась.

— Ждём, — тихо сказал Минос.

— Жрать и жарить, вот моя философия, проста для понимания и полезна для желудка, — в темноте говорил Бегемот.

Иван видел, как огромная тень приближается всё ближе.

— Я Бегемот, истинный мудрец и философ, — Бегемот вплотную приблизился к Ивану.

Жар стал очень сильным. Иван понял, что жар исходит от Бегемота. Бегемот выглядел огромным, нижняя часть его тела была похожа на быка. Два огромных копыта и длинный хвост. Верхняя часть была человеческой, но очень отвратительной. Огромный, жирный, волосатый живот и толстая засаленная, лысая рожа. Рот был огромный с большими толстыми губами.

— Здравствуйте, — тихо поздоровался Иван.

— Минос, кого ты привёл? Что это за дегенерат? — Бегемот повернулся к Миносу.

— Это Иван Николаевич, отобран для обучения, его учитель сейчас на важной работе, попросил познакомить с Вашим цехом.

— Как всегда, — зевнул Бегемот и челюсть его стала такой огромной, что заслонила всё лицо.

Иван увидел огромные зубы в два ряда.

— Вы меня съедите? — робко спросил Иван.

— Я не голодный, сбор урожая начался, — спокойно ответил Бегемот. — Пойдёмте в цех, раз пришли, покажу Вам, как работают профессиональные мудрецы.

Бегемот двинулся в темноту и уходя крикнул:

— Что стоим! Я сказал идём!

Иван и Минос двинулись в сторону Бегемота.

— Аккуратнее, под ногами кости, — издали сказал Бегемот.

Иван посмотрел под ноги и увидел, что он стоит на человеческих костях и черепах. Весь пол был ими усыпан.

— Однако, ужасно, — тихо сказал Иван.

— Ужасно будет, когда я тебе скальп сниму, — издали донёсся голос Бегемота.

Идя в сторону куда прошёл Бегемот, Иван увидел красный свет, как будто от костра.

— Заходите, кости дорогие, — повелительно пригласил Бегемот.

Войдя в основное здание цеха Иван увидел огромный коридор, у которого не было видно конца. Каждые десять метров с обоих сторон горели костры, на кострах стояли жаровни и котлы. У каждого костра стоял, какой-то человек, который то раздувал костёр, то перемешивал содержимое. Пахло жаренным мясом. Весь коридор был выдолблен в скале, его стены были в рельефных изображениях. Сверху на потолке было огромное изображение с длинными острыми ушами, пустыми глазами в которых горел огонь, пасть была открыта и как будто хотела есть.

— Лицезрите самый красивый цех на нашем предприятие, — Бегемот громко сказал своим густым голосом и уселся на огромный престол, который был сделан из костей. На подлокотниках было два черепа, а на спинке в самой середине на высоком шпиле был огромный череп, какого-то зверя, который висел над всем креслом.

— Хвала Бегемоту! — закричал Бегемот во весь голос.

Раздался гул и шум голосов:

— Хвала, хвала Бегемоту!

Звук распространялся по всему коридору, переходя в эхо и вновь отдаляясь создавая не слыханный ранее звуковой эффект.

— Мясо! — крикнул снова Бегемот и топнул своим огромным копытом.

Тут же подбежал человек с котлом, который стоял у одного из костров. Бегемот взял этот котёл, открыл свою громадную пасть и вылил в неё всё содержимое.

— Что он ест? — спросил Иван, смотря на Бегемота.

— Души, людей, которые при жизни сделали культ из еды. Его задача развивать производства пищи, сказать по правде не сложная задача, люди во все времена стараются сжирать больше, чем им необходимо. Бегемот же сделал религию в поглощении пищи, он заставил практически всё человечество обжираться, миллионы ресторанов по всему миру — это его рук дело. Страсть в поедании пищи и есть философия Бегемота, — Минос рассказывал Ивану смотря на огромную пасть на потолке.

— Иван Николаевич, сейчас начнётся.

— Что? — быстро спросил Иван.

Иван успел только спросить, как из пасти, на которую смотрел Минос начали вылетать существа с различными музыкальными инструментами. Все существа выстраивались перед Бегемотом, создавая своего рода оркестр. Они были ярко красного цвета и от них шло испарение. Запах жаренного мяса усиливался. Последнее существо вылетело с огромным барабаном, который горел по кругу ярким пламенем. Как только последний встал на своё место он тут же ударил в барабан, что все костры в коридоре разгорелись ещё сильнее.

Бегемот встал со своего престола и закричал во весь свой голос:

— Жечь! Жечь! Жечь! — весь оркестр заиграл свою огненную симфонию под руководством Бегемота.

— Как Вам такое Иван Николаевич? — Минос с улыбкой спросил Ивана, стряхивая с его рукава пыль.

— Перерасход энергии. Впустую сжигают ресурсы, — спокойно ответил Иван, слушая музыку и наблюдая за существами, которые играли на инструментах.

— Имеют право, богатый у них урожай, жирные душонки так и умирают от еды, а самое главное, что пожрать любят не только малахольные, но и сильные крепкие души, которые дают огромное количество энергии в цеху Бегемота.

В цеху стало очень жарко, музыканты старались во всю свою чертовскую силу. Бегемот явно получал удовольствие от происходящего и совсем не обращал внимания на гостей.

— Бегемот, Иван Николаевич, один из самых старых руководителей, и он никогда не просил энергии в других цехах, даже в самые страшные времена для предприятия, он всегда пировал и давал концерты. А это очень многое значит, — продолжал свой рассказ Минос, смотря так же за оркестром.

— Минос, Бегемот — это демон, который разжигает страсть к поеданию пищи? — поинтересовался Иван.

— Да.

— А как он это делает у нас на Земле?

— Ты не давно попал в шкуру человека, в автобусе, точно таким же образом и армия Бегемота орудует на Земле. Люди называют — это внутренним голосом, но на самом деле разговаривают страсти и добродетели.

— Добродетели? — переспросил Иван.

— Не думай, что добродетели появляются сами по себе, второе производство, царство света, как его ещё называют, так же работает над обузданием душ, — Минос повернулся к Ивану. — Каждая душа обрабатывается и выбирает свой путь. Как будто мы выращиваем овощи ха-ха, — засмеялся Минос.

— Всё равно, очень уж много энергии расходует Бегемот, — сердито ответил Иван.

— Это необходимая часть процесса, — улыбаясь ответил Минос.

Концерт Бегемота набирал всё больше оборотов. Из дальних участков коридора слетались рабочие, бесы и прочая нечисть. Иван Николаевич вспомнил, что он видел похожий концерт в молодости, когда в город приезжала одна популярная группа «Металлистов».

— Крики, взвизги, алкоголь и разврат, дань страстям, то есть нашему с Вами предприятию, — Минос перебил мысли Ивана.

Дьявольский оркестр начал восходить к своему апогею, чувствовалось приближение экстаза всеми его участниками. Бегемот, что-то выкрикивал стоя у своего трона и публика разжигалась ещё больше. Вдруг Бегемот открыл свою пасть и она начала увеличиваться в размерах. Она стала больше Бегемота во много раз, резко сомкнулась и съела часть оркестра. Все разбежались по своим рабочим местам, оставшаяся часть оркестра улетела обратно в пасть на потолке. Бегемот уселся на своём престоле.

— Философия Бегемота, позволяет работать на высоких оборотах, — Бегемот широко улыбнулся, — какой чудесный концерт.

— Эй, платить то будете, — крикнул Бегемот, повернувшись к Миносу и Ивану.

— По глазам вижу, что будете, — Бегемот встал с престола хлопнул в ладоши и с потолка на Ивана и Миноса упала сеть.

— Ай, как больно, — закричал Иван.

— Бегемот, мы заплатили, убирай! — крикнул Минос и сеть исчезла.

Бегемот переместился к Ивану.

— Ну что Иваныч, как тебе мой цех?

— Очень жарко тут у тебя Бегемот.

— Жар — это наше движение, чем больше жара, тем лучше работа! Но моя философия гласит: чем больше жара, тем больше жира.

— Интересная у Вас философия.

— Самая продуктивная на нашем предприятии, я всегда в лидерах производства! У меня всех больше наград от самого хозяина! — Минос провёл перед собой рукой и стена раздвинулась. — Смотрите, сколько у меня наград!

Иван смотрел и не мог понять, что показывает Бегемот.

— Я ничего не вижу, — не понимая сказал Иван.

Бегемот достал из кармана здоровенный кусок мяса и сунул в руки Ивану.

— Ешь, — спокойно сказал Бегемот.

— Что это?

— Слишком много вопросов, сказал ешь!

Иван чувствовал, что силы его заканчиваются и помнил слова Миноса, нельзя отказываться от того, что дают бесплатно. Иван начал есть.

— Это жирный ресторатор, из Флато де Пана, — Бегемот смотрел на Миноса, который продолжал улыбаться.

Иван, понял, что он поедает чью-то душу. Но брезгливости не возникло, так как в себе он чувствовал колоссальный прилив сил и возбуждение.

— Смотри Минос, как ест.

— Да, первое блюдо в его первый рабочий день ха-ха, — Минос засмеялся.

Иван перестал замечать, что происходит вокруг, настолько его сознание было переполнено энергией.

— Жир и жар, что ещё для счастья надо, — Бегемот достал второй кусок мяса и предложил Миносу.

— Хвала Бегемоту! — крикнул Минос.

— Хвала Бегемоту! — следом крикнул Иван, находясь в новом для себя состоянии.

— Хвала мне и моим обжорам, — Бегемот блаженно улыбнулся, достал третий кусок мяса и принялся есть вместе с Иваном и Миносом.

— Ну что Иваныч, видите мои награды теперь? — спросил с набитым ртом Бегемот.

Иван посмотрел вновь на стену и сказал:

— Ни чего себе, сколько у Вас наград сам «Мишлен» позавидовал бы — прожевывая мясо сказал Иван.

— Почему позавидовал бы, его отсюда не видно. Андре Мишлен работает на сто сорок четвертом основном котле цеха, — Бегемот приблизился в плотную к Ивану.

— Запомни Иваныч, люди, которые умеют внедрять идеи и если эти идеи разжигают страсти, разбираются, как горячие пирожки. Андре Мишлен, сделал из еды культ, конечно пришлось ему помочь, нашептал ему пару советов ха-ха, — засмеялся Бегемот.

— Запомнил, — с улыбкой ответил Иван.

— Раз Вы пришли, есть у меня Иваныч одно дельце для тебя, так сказать проверить твои способности по развитию страстей у людей.

— Что за дельце? — тут же быстро переспросил Иван.

— Иван Николаевич, Вы пробовали играть за героя компьютерной игры? — уточнил Минос у Ивана, смотря на Бегемота.

— Было дело, — опустив глаза в пол сказал Иван.

— Ну так вот, что-то подобное и предстоит Вам пройти, направить «героя» на нужный нам путь, — Минос с серьёзным видом сказал Ивану.

Бегемот достал из воздуха, какую-то книгу.

— Так посмотрим, кто у нас тут есть подходящий, — Бегемот говорил, пролистывая книгу.

— Вот, Андрей Михайлович, хочет похудеть и заняться спортом, нам такие поступки не нужны. Ваша задача Иваныч, убедить его продолжать жрать, по его состоянию если он продолжит жрать, то скоро прибудет в наш котёл ха-ха, — Бегемот подбросил книгу и она исчезла.

— Иди сюда Иваныч, — бегемот показал рукой куда встать Ивану.

— Опять будете забирать мою энергию? — уточнил Иван с улыбкой.

— Иди, встань!

Иван встал в указанное место. Бегемот положил руку на голову Ивана и сказал:

— Андрей Михайлович, раб желудка, вернуть в наши ряды, — произнёс Бегемот.

Иван переместился в голову Андрея Михайловича и стал его внутренним голосом.

— Так, нужно перебороть себя и перестать есть в три горла, — думал Андрей.