Цитаты из книг автора «Сергей Есенин»

Слушай, слушай, есть дом у тебя на Суре, Там в окно твое тополь стучится багряными листьями, Словно хочет сказать он хозяину в хмурой октябрьской поре, Что изранила его осень холодными меткими выстрелами. Как же сможешь ты тополю помочь? Чем залечишь ты его деревянные раны? Вот такая же жизни осенняя гулкая ночь Общипала, как тополь зубами дождей, Емельяна. Знаю, знаю, весной, когда лает вода, Тополь снова покроется мягкой зеленой кожей. Но уж старые листья на нем не взойдут никогда — Их растащит зверье и потопчут прохожие.

Стойте! Стойте! Если б знал я, что вы не трусливы, То могли б мы спастись без труда. Никому б не открыли наш заговор безъязыкие ивы, Сохранила б молчанье одинокая в небе звезда. Не пугайтесь! Не пугайтесь жестокого плана. Это не тяжелее, чем хруст ломаемых в теле костей, Я хочу предложить вам: Связать на заре Емельяна И отдать его в руки грозящих нам смертью властей.

Хоть карманником, хоть золоторотцем, Лишь бы видеть, как мыши от радости прыгают в поле, Лишь бы слышать, как лягушки от восторга поют в колодце. Яблоневым цветом брызжется душа моя белая, В синее пламя ветер глаза раздул. Ради Бога, научите меня, Научите меня, и я что угодно сделаю, Сделаю что угодно, чтоб звенеть в человечьем саду!

Нет, нет, нет! Я совсем не хочу умереть! Эти птицы напрасно над нами вьются. Я хочу снова отроком, отряхая с осинника медь, Подставлять ладони, как белые скользкие блюдца. Как же смерть? Разве мысль эта в сердце поместится, Когда в Пензенской губернии у меня есть свой дом? Жалко солнышко мне, жалко месяц, Жалко тополь над низким окном. Только для живых ведь благословенны Рощи, потоки, степи и зеленя. Слушай, плевать мне на всю вселенную, Если завтра здесь не будет меня! Я хочу жить, жить, жить, Жить до страха и боли!

По луне его учит мать Мудрости своей звериной, Чтобы смог он, дурашливый, знать И призванье свое и имя. . Я значенье мое разгадал…

Вижу сон. Дорога черная. Белый конь. Стопа упорная.

Ты за меня лизни ей нежно руку За всё, в чем был и не был виноват.

В том краю, где желтая крапива И сухой плетень, Приютились к вербам сиротливо Избы деревень.     Там в полях, за синей гущей лога, В зелени озер, Пролегла песчаная дорога До сибирских гор.     Затерялась Русь в Мордве и Чуди, Нипочем ей страх. И идут по той дороге люди, Люди в кандалах.     Все они убийцы или воры, Как судил им рок. Полюбил я грустные их взоры С впадинами щек.     Много зла от радости в убийцах, Их сердца просты. Но кривятся в почернелых лицах Голубые рты.     Я одну мечту, скрывая, нежу, Что я сердцем чист. Но и я кого-нибудь зарежу Под осенний свист.     И меня по ветряному свею, По тому ль песку, Поведут с веревкою на шее Полюбить тоску.     И когда с улыбкой мимоходом Распрямлю я грудь, Языком залижет непогода Прожитой мой путь.   1915 * * *

Троицыно утро, утренний канон, В роще по березкам белый перезвон.     Тянется деревня с праздничного сна, В благовесте ветра хмельная весна.     На резных окошках ленты и кусты. Я пойду к обедне плакать на цветы.     Пойте в чаще, птахи, я вам подпою, Похороним вместе молодость мою.     Троицыно утро, утренний канон. В роще по березкам белый перезвон.

Счастлив тем, что целовал я женщин, Мял цветы, валялся на траве