Бандит усмехнулся.

– В Вольные баронства, в земли сира Дагоберта.

Виктор едва сдержался от возгласа – наконец-то хоть какая-то конкретика! Но внешне он ничем не выдал эмоции, а лишь кивнул. Затем встал из-за стола.

– Спасибо за информацию, – сказал он и направился к выходу.

Когда он протянул руку, чтобы открыть дверь, Кабан окликнул его.

– Что-то ещё? – спросил Виктор.

– Калария придёт?

Завьялов кивнул.

– Даже не сомневайся.

– Ты замолвишь за меня словечко, в случае чего?

– Я смотрю, ты не очень любишь Нефуса?

– Он и его люди отняли у меня почти все, – скривился Кабан.

– Но и мы не будем потакать твоим преступным наклонностям.

– Я и не прошу. Просто, если потребуется, замолви словечко. Услуга за услугу.

– Обещаю, – кивнул Виктор и вышел.

Глава 10

– Извините, но выглядите вы так себе, сир Харр, – заметил Радислав, кивая на мой шрам и отсутствующий глаз – да и одежда у вас…

Он покачал головой.

Я усмехнулся.

– Может я вовсе не сир, – заметил я – поэтому и выгляжу как обычный бродяга.

– Нет, – уверенно мотнул головой баронет де Сейн – я видел, как вы дрались. Движения правильные, хоть и слегка неловкие. Но эта неловкость может быть от плохого обзора. Или от истощения, вы в последнее время явно не доедали, верно?

– Что есть, то есть, – вздохнул я.

– Таким движениям можно научиться только у опытного наставника, и отточить практикой. Уверен, вы и с мечом неплохо управляетесь, и на коне ездите уверенно.

Я задумался. Не знаю, как насчет меча, но насчет коня я был точно уверен – умею. Странно, что я раньше об этом не думал. Я посмотрел на Радислава и пожал плечами. Тот усмехнулся.

– Будет возможность, проверим, – сказал он, и тут же воскликнул – ну где эти чертовы егеря?

Легки на помине. С холма по широкой дуге спустились ушедшие загонять дичь всадники.

– Явились, не запылились, – сварливо встретил их баронет – пока вы там ходили, меня чуть зульгар не порвал! Бедные Ловен и Магрель, им повезло меньше.

Он указал на мертвого зверя и двух лежащих в крови мужчин. Егеря в обалдении уставились на тушу хищника, на своих погибших коллег, затем на меня.

– Хорошо ещё, что господин Харр оказался рядом, иначе лежать бы тут сейчас мне, рядом с этим дурацким оленем и нашими друзьями.

Я встал и посмотрел на егерей.

– Что за мерзкая образина, – проворчал один из всадников, указывая копьём на меня – ваша милость, кто это такой?

– Фролин, лучше заткнись, – посоветовал ему Радислав – и прояви уважение к сиру Харру.

Тот, кого назвали Фролином, смутился и нахмурился.

– Прошу прощения, сир Харр… – это обращение далось ему с явным трудом – но ваш вид… вы должны понимать…

Он развел руками.

Я усмехнулся и кивнул.

– Все нормально, – ответил я – понимаю вашу реакцию, сир Фролин. Я бы и сам так отреагировал.

– Простите, сир Радислав, – вмешался другой всадник – откуда взялся зульгар? Их в округе уже лет пять как не видели!

– Майер, ты можешь сам у него поинтересоваться, – проворчал баронет – вон он лежит, не стесняйся, спрашивай.

Майер вздрогнул и отвёл глаза, а остальные всадники засмеялись.

– А вы чего ржете? – прикрикнул на них Радислав – зульгара вы все вместе проспали!

Те потупили взор, это видимо был серьезный косяк с их стороны.

– Ладно, – распорядился баронет – надо забрать тела, ну и туши оленя и зульгара, не пропадать же… Разделайте оленя, Ловен не успел, и ждите. Мы с господином Харром поедем в замок и пришлем вам телеги. Фролин, отдай своего коня сиру Харру.

Тот что-то недовольство заворчал, но с коня слез, и передал мне поводья. Он окинул меня таким взглядом, что я понял – спиной к этому господину теперь лучше не поворачиваться.

Я пожал плечами – что же, одной неприятностью больше, что это меняет?

Сам того не осознавая, я ловко запрыгнул на коня. И правда, сидеть мне было комфортно и явно привычно. Сир Радислав, который пристально смотрел на меня, облегченно улыбнулся и сказал:

– Я же говорил!

Я смущенно улыбнулся в ответ.

– Простите, я ничего не помню о своём прошлом.

– Всему виной это, – баронет кивнул на мой шрам – но то, что вы дворянин, лично у меня нет никаких сомнений. Техника боя, конь, ваша манера говорить. Нет, вы точно дворянин, Просто вам где-то сильно досталось.

Хе, хоть кто-то в чем-то уверен, уже хорошо.

– Знаете, у нас тут магия не действует, но если пойти на восток, к эльфам Эрготрона, то там у отца есть знакомый маг-целитель. Возможно, он поможет вам вернуть память!

– Было бы неплохо, – с надеждой ответил я.

– Правда, сейчас с эльфами у людей не самые лучшие отношения, – нахмурился Радислав.

– Война? – спросил я. И сам удивился, за все время, что я провёл на шахте, и собственно помнил себя, я ни разу не слышал про эльфов, и ничего не знал об их существовании. А тут вон как, даже не удивился. Более того, я даже точно знал, как они выглядят. Чудеса…

– Не то, чтобы война, – ответил баронет – так, периодические набеги. Но частые, и довольно жестокие.

– А гоблины не балуют? – сам не зная почему, спросил я.

Все мужчины уставились на меня.

– Гоблины? – удивился Радислав – нет конечно, через Пограничные горы им не пробраться. А вы имели дело с гоблинами?

Я задумался и пожал плечами.

– Видимо да, – ответил я – хотя ничего о том не помню.

– Интересно, откуда же вы, Сир Харр, что имеете опыт общения с уродцами? В Вольных баронствах их не видели никогда. Теоретически их можно встретить разве что на юге Каларии, но там, говорят, большая река и цепь острогов, гоблинам тоже не перебраться… хотя и полностью исключать нельзя. Получается, вы родом с юга Каларии?

Я лишь со смущенной улыбкой развел руками.

– Возможно, – ответил я – раз больше нигде я не мог встретиться с гоблинами.

Сир Радислав неуверенно сказал:

– Ну вообще, тесное знакомство с гоблинами можно свести на Северном континенте, там гоблины и люди часто вели войны…

– Правда? – без особого энтузиазма спросил я.

– Именно, – подтвердил баронет – плюс, северяне активно участвовали в войне Каларии против Ангории. Может вы из северян?

И он пристально посмотрел на меня. Я лишь пожал плечами.

– Нда… это вполне могло быть. Вы получили свою ужасную рану во время войны, потеряли память, такое бывает.

– Но это не объясняет, почему я тут, – возразил я – за сотни километров от Каларии. Как я тут оказался, ума не приложу.

– Нда… – задумчиво повторил молодой де Сейн – загадка.

Я снова кивнул, и какое-то время мы ехали молча, мерно покачиваясь в седлах. Я даже слегка закемарил.

– А вот и Ниитс! – вдруг сказал Радислав, указывая рукой вперёд.

Я проснулся и посмотрел по направлению его руки. Мы приближались к давешнему посёлку.

– Сейчас распоряжусь, чтобы отправили людей и телеги в Оленью падь, и поедем дальше, в замок Сейн.

Он глянул на меня. Видимо, выглядел я не очень.

– А впрочем, нет, – сказал он – сначала мы подкрепим силы и выпьем лучшего вина! В конце концов, вы спасли меня, так что я угощаю.

При словах о еде, рот мой самопроизвольно наполнился слюной. Я судорожно сглотнул, чтобы слюни не брызнули изо рта, как у плюющейся кобры.

У кого? Хм…

Вот интересно, в который раз на ум мне приходят какие-то слова, образы, названия, аналогии. А простое, типа, как меня зовут и откуда я – не помню, хоть убей.

Мы подъехали к трактиру. Я удивился, ведь посёлок был совсем небольшой, зачем такое великолепие. На мой вопрос баронет де Сейн просветил меня, что через Ниитс, так назывался этот посёлок, шли две дороги. Одна вела в Весгард, другая в Эрготрон, причем в саму столицу эльфов, город Иллемдел. И раньше, до войны Ангории и Каларии, дороги эти были весьма оживленными. Ходили караваны, путники, ездила почта. Все это есть и сейчас, но в значительной степени подзавяло. А большой трактир, с неплохой кухней и комнатами на верхнем этаже, остался.

Плюс, окрестные горы были любимыми охотничьими угодьями местного барона и его сына, и они частенько останавливались тут. Что, собственно, и спасало трактир от разорения.

Едва войдя в трактир, баронет распорядился отправить людей к своим охотникам, и велел подать нам на стол.

Примерно час мы ели молча, только отвешивали здравницы в адрес друг друга, опрокидывая в себя очередную чарку.

Видимо, вина я не пил очень давно, потому что после третьей я почувствовал, что окосел на последний глаз, по телу разлилось приятное тепло, а в голове зашумело. Хотелось прилечь…

Молодой де Сейн наоборот, был бодр и свеж, будто и не пил.

Увидев, что я почти окуклился, он усмехнулся и велел приготовить мне комнату. Спустя минут десять прибежала молодая дородная девушка, чтобы проводить меня наверх. Я пробормотал слова благодарности баронету, девушке, и снова баронету, и на подгибающихся ногах прошёл по лестнице наверх.

Угасающим сознанием я успел заметить, что в комнате было чисто и уютно, хоть и довольно скромно.

Было окно с белыми занавесками, массивная деревянная кровать, накрытая ярким лоскутным покрывалом, стол и два стула, примитивная вешалка на стене и небольшой сундук для вещей.

Девушка, краснея и смущаясь, поинтересовалась, не желает ли господин, чтобы она согрела ему постель. Я отрицательно мотнул головой, и как был, в одежде, рухнул на кровать и провалился в тяжёлый сон.

Глава 11

– Сын, ты уверен? – барон Ладимир де Сейн говорил так, будто меня не было рядом. Но я был, и слегка нервничал, хотя и находил ситуацию любопытной.

Мы прибыли в замок Сейн на следующий день, хорошо отдохнув. Радислав, даже не дав мне прийти в себя с дороги, тут же потащил меня к отцу. Там он представил меня, и красочно рассказал обо всех наших приключениях. Барон, надо отдать ему должное, выслушал все молча и спокойно. На лице его не дрогнул ни один мускул.

Когда баронет закончил свой рассказ, старший де Сейн встал, и обошёл меня, стоящего у его небольшого трона, вокруг.

Вольный барон Ладимир де Сейн был весьма представительным мужчиной. Под пятьдесят лет, но сильный, крепкий и кряжистый, как ствол столетнего дуба. Ростом на пол головы выше меня. Радислав был на него похож лицом, но статью не вышел, видимо пошел в мать. Он был лёгким, изящным и подвижным, хотя и силушкой боги его тоже обидели.

– Хм… – задумчиво промычал барон, обходя меня уже вторым кругом и тщательно разглядывая.

Я, конечно, хорошо отмылся в трактире, и переоделся, но морда лица как была калеченной, так и осталась, а это наводило на разные мысли.

– Как, вы говорите, вас зовут? – поинтересовался барон.

– Истинного имени я не помню, – с лёгким поклоном ответил я – но в последние два года я отзывался на имя Харр.

– И где вы провели последние два года? – уточнил Ладимир де Сейн.

– На тюремной шахте в баронстве Дагоберт, – честно ответил я.

Барон даже бровью не повёл.

– И почему ты решил, что он дворянин? – задал барон вопрос сыну – нет, я, конечно, ценю, что… ммм… господин, – это слово далось ему с трудом – Харр спас тебя, и он будет вознагражден, но…

Он развел руками.

– Испытай его, – предложил Радислав.

– Вот как? – удивился отец и повернулся ко мне – что предпочитаете, конное копьё или пеший меч?

Я прислушался к своим ощущениям.

– Меч, – без колебаний ответил я, сделав выбор. Почему-то мне казалось, что так у меня будет больше шансов.

Барон усмехнулся так, что я засомневался в своём выборе.

– Извольте пройти в гимнастический зал, – сказал Ладимир и жестом указал к выходу.

Радислав подошёл ко мне и увлёк с собой.

– Пойдем, я покажу, – сказал он, и мы быстрым шагом вышли в длинный коридор.

– Ты сможешь, я уверен, – сказал мне баронет – отец сильный мечник, но он уже не так молод, так что шансы у тебя есть.

Я лишь пожал плечами, чего от себя ожидать, я не представлял.

– Он всегда ведёт атакующий бой, в высоком темпе, с большим количеством финтов. Следи за его ногами.

– Фехтование это унары, господа ноги⁴, – буркнул я, сам не зная, откуда пришедшую в голову фразу.

Баронет в недоумении глянул на меня, но махнул рукой на очередную странность нового товарища.

Мы вошли в гимнастический зал, и я слегка обалдел. Если честно, тут и конный поединок можно было провести, не то, что пеший, настолько зал был велик.

Вдоль стен стояли многочисленные стойки и стеллажи с оружием, причем как учебным, так и боевым. Мечи, кривые сабли, что-то похожее на рапиры. Множество кинжалов. Так же было представлено и дробящее оружие – дубинки, палицы и булавы, моргенштерны и прочие шестоперы. Копья и боевые топоры, а также оружие, которому я названий даже не знал.

На отдельных стойках были доспехи, турнирные, боевые и учебные. Мягкая поддоспешная одежда, подшлемники и колеты. В общем все, чтобы благородные господа могли хорошо провести время.

Пока я оценивал все это великолепие, в зал вошёл барон.

– Ну что, Харр, – он усиленно игнорировал правила хорошего тона, называя меня как простолюдина – выбирайте оружие!

И он обвел зал рукой.

Я хмыкнул и прошёл к стойке с тренировочными мечами. Рука сама потянулась к одному из мечей. Я осмотрел его.

Простая рукоять, сверху довольно большое перекрестье, навершие в виде капли, не даст мечу выскользнуть из руки.

Клинок длинный, сантиметров девяносто, узкий. Память подсказала, что меч похож на сайсворд, только без защитной дужки над рукоятью и колец на перекрестье.

Взбесил клинок в руке – не тяжелый, около килограмма, отлично сбалансирован. Лезвия наведены, но не заточены, все же тренировочное оружие. Взмахнул, кивнул удовлетворённо – меч отлично лежит в руке.

Я повернулся к барону.

– Я выберу этот.

Ладимир улыбнулся, как кот, наевшийся сметаны.

– Отлично, – сказал он – советую взять к нему дагу⁵, и надеть доспех.

Я покачал головой.

– Хватит и колета⁶, а от кинжала не откажусь, – ответил я и выбрал себе подходящий.

Барон кивнул и тоже прошёл к стойке. Быстро взял схожий с моим меч, дагу брать не стал. От колета тоже отказался. Он посмотрел на меня и сделал приглашающий жест в центр зала.

Мы встали метрах в пяти друг от друга, Радислав взял на себя функцию судьи.

– Готовы? – спросил он, посмотрев на нас.

Оба кивнули.

Баронет снял с полки большие песочные часы и перевернул их.

– Бой! – крикнул он, махнул рукой и отскочил назад, чтобы не мешать.

Барон усмехнулся и молниеносно кинулся в атаку. Я ожидал чего-то подобного от него, но не знал, чего ждать от себя. Поэтому я не стал думать, а просто отдал инициативу своему телу, пусть само разбирается, а я понаблюдаю.

Тело, надо признать, справилось неплохо. Ноги пошли по кругу, смещаясь с вектора атаки барона, не давая ему загнать меня в угол или к стене, а меч, круговыми движениями парировал или отводил все его удары.

На мгновение мне показалось, что барон был обескуражен. Потом я понял, что мне не показалось, это действительно было так!

Он нахмурился и усилил атаки, взвинтив темп и силу ударов. И мне стало действительно не легко. Я с трудом парировал атаки, особенно те, что шли слева, со стороны отсутствующего глаза. Барон увидел эту слабость, и стал грузить мою левую сторону ещё большим количеством атак, часто после финтов.

Отбиваться становилось всё сложнее и сложнее. И вот я пропустил первый болезненный удар. Барон оскалился.

Потом пропустил ещё. И ещё.

Левое плечо заныло, и я вытащил дагу, которую до этого момента не использовал. Стало чуть легче, хотя об атаках я по-прежнему не помышлял, тут бы отбиться.

Барон, казалось, был трехжильный. Он непрерывно отгружал мне такое количество ударов, что я боялся, что не выдержит клинок. Хорошо если его, а если мой? Но мечи пока держались.

По моему телу градом тек пот, но…

Неожиданно для себя я понял, что отбиваться мне стало легче. Нет, барон не снизил натиск. Просто я его просчитал. Сначала с трудом, но затем все легче и легче я стал предугадывать все действия противника. И если до этого я действовал реактивно, под атаку барона, то теперь я действовал на опережение, фактически срывая атаки до их начала.

И вот я осмелел настолько, что решился на контратаку. Во время очередного наката Ладимира, я ушёл в сторону, поднырнул под атакующую руку и нанёс укол снизу вверх, а потом повернув кисть, по дуге нанёс удар в голову.

Барон пропустил укол, но от удара смог уклониться. Он даже успел достать меня в руку на отходе, но…

На лице его мелькнуло недоумение!

Я, тем временем, провёл ещё две атаки, правда, безуспешные.

Спустя ещё пару минут мне удалось выровнять бой, и вести свою контригру. Это уже был успех, потому что от обороны выиграть крайне маловероятно.

Лицо барона из беспечного стало сосредоточенным, было видно, что если раньше он не воспринимал меня всерьез, то теперь он бился в полную силу.

И, тем не менее, он стал пропускать удары. Все чаще и чаще. Пропускал и я, но игры в одни ворота уже не было. И вот, улучив момент, когда барон чуть выдохся, я кинулся в решительную атаку. Я бил и колол, переводил атаки в разные сектора, финтил, снова бил, пригибался, уворачивался, делал выпады. Удары сыпались на барона со всех сторон, казалось, что у меня выросло ещё две руки с мечами.

Ладимир отбивался и изредка атаковал, он явно сдавал позиции.

Я успел взглянуть на песочные часы – поединок подходил к концу. И тут мои глаза встретились с глазами баронета. И что-то я такое в них прочитал…

Я все понял.

Проводя очередную атаку, я чуть не довёл удар, и немного раскрылся. Этим мгновенно воспользовался барон, и отгрузил мне в появившуюся брешь целую серию ударов. Большую часть я отбил, но несколько довольно болезненных прилетели мне в корпус, а один из ударов едва не выбил из меня дух.

– Время! – выкрикнул Радислав, и бой остановился.

Мы замерли, потом отступили на шаг назад и отдали друг другу салют. А затем, не сговариваясь, рухнули в изнеможении на пол!

Мы лежали, тяжело дыша, а Радислав позвонил в колокольчик.

Вбежал слуга, и баронет распорядился, чтобы нам принесли чего-нибудь выпить, и подготовили ванну барону и мне. Когда напитки принесли, мы с бароном, кряхтя и скрипя суставами, встали и взяли с принесенного подноса по бокалу.

– Господи, как же это было не просто, – просто сказал я, отхлебывая прохладное разбавленное водой вино.

– Отец, что скажешь? – спросил Радислав.

– Скажу, что таких тумаков я не получал лет двадцать, – хохотнул, кривясь от боли барон – с тех пор, когда покойный папа нынешней королевы Елении пытался прибрать нас к рукам. Был в его войске один рыцарь, такой же шустрый…

Когда прозвучало имя королевы Елении, что-то внутри меня больно сжалось. Почему?

… – как бишь его звали? Эдуард, Эдгар…

– Энгерт? – подсказал я.

– Точно! – согласился барон – постойте, сир Харр, вы знаете его? Вы вспомнили?

Сир? Очень интересно… я прошёл проверку?

Отметив этот факт, я пожал плечами.

– Просто всплыло в памяти, – ответил я – видимо я и правда родом из Каларии, и где-то слышал это имя. Но я ничего больше не помню.

– Ясно, жаль, – покачал головой барон, делая длинный глоток из своего бокала. Жидкость перелилась через край, и потекла по бороде и груди барона. Он обтер рукавом рот и грудь и усмехнулся.

– Так что отделал ты меня знатно, молодец, – и он хлопнул меня по плечу, так, что я едва на пол не упал.

– Ваш удар был последним, так что вы выиграли, – возразил я.

Барон нахмурился.

– Дураком меня не считай, ладно? Я же видел, что ты не довёл удар, который я не успевал отбить. И защиту не поставил, считай, намеренно пропустил контратаку.