Тот, похоже, расслышал что-то в голосе землянина, сразу убрал руку с лучевика на поясе и только зло пробурчал:

– Ты за все это ответишь, сволочь.

– Не ругайся, – спокойно ответил Вовка. – Сам нарвался.

Он опять протянул руку девушке. Та уже успела сесть, но смотрела в другую сторону. Кротов тоже глянул туда.

– Блин! Ну что они такие неугомонные?

В дальнем конце коридора открылись двери, и к Вовке бежали трое охранников в бронекостюмах. Секунду спустя с другой стороны появился еще один охранник, тот, что встречал Кротова и Грони в дежурке.

– Бросай игольник! – наперебой кричали они. Однако никто не попытался броситься первым. Они остановились в нескольких метрах и направили оружие на Кротова. Стрелять здесь, в жилом доме, очень опасно – армейская игла легко прошивала такую стену, так что вряд ли здесь обошлось бы без случайных жертв. Однако Вовка уже понял, что охранники не профессионалы, и ожидать от них можно всего. Поэтому он не стал испытывать судьбу и бросил игольник под ноги.

Это послужило сигналом, и все амбалы кинулись на него. Кротов в глубине души ожидал подобного развития событий и в случае чего мог бы повернуть дело по-другому. Как-никак у него оставался еще под рукой вибронож. Однако в его планы совсем не входила дальнейшая эскалация конфликта. Поэтому он просто закрыл щиток, пригнул голову и ждал, что охрана будет делать дальше.

Как он и ожидал, они просто начали избивать его, не обращая внимания, что броня нейтрализует все их усилия. Пока, наконец, один из них не сообразил и не попытался принудительно поднять щиток на бронешлеме Кротова. Дело могло принять серьезный оборот, и Вовка решил, что пора прекращать эту игру. Он перехватил руку амбала, пытавшегося открыть шлем, не отпуская, нырнул под нее, используя всю массу тела, заломил за спину и прикрылся обездвиженным охранником, словно щитом. Потом подхватил выпавший игольник скрученного бойца и швырнул его подальше в коридор. То, что охрана в здании без броников, поставило нападавших в невыгодные условия. Те ругались, орали, но большого вреда нанести землянину они не могли.

Выбрав момент, Вовка толкнул стонавшего и ругавшегося охранника на остальных и сразу переключился на другого. Этого он поймал на подлый прием из деревенских драк – хорошенько приложил коленом в пах. Охранник сложился пополам и выбыл из игры. Вовка уже понял, что, если у охраны не появится подкрепление, он скоро нейтрализует всю группу, но, как обычно бывает, только успокойся…

В суматохе драки он не заметил, как в коридоре появился еще один человек. Это был тот самый седой, который перед этим увел Грони. Когда же он его увидел, оказалось уже поздно, в руках седого дымилась труба выстрела самозатягивающейся сетки. А сам Кротов застыл, стараясь не делать резких движений, на каждую попытку освободиться сеть реагировала и сжималась сильней. Если человек без брони и активно сопротивляется, то вполне возможен летальный исход.

Охранники вновь набросились на неподвижного Вовку, сбили его с ног и начали пинать, вымещая накопившуюся злобу. Однако резкая команда остановила их:

– Прекратить! Подберите свое оружие и по местам!

Седой явно разозлился.

– Идиоты! С одним справиться не смогли. Я с вами позже разберусь.

Бруней отвернулся от стола с голограммой закончившейся схватки и спросил замершего Грони:

– Где ты его взял?

К своему удивлению, в голосе психованого бандита не было ни капли злости, наоборот, вопрос прозвучал весело и удивленно.

– Сам пришел и попросил работу.

Хитрый торговец ответил в своем стиле – вроде и правду сказал, но в то же время и умолчал о важных вещах. О том, что Кротов явно беглый преступник. Хотя сам он об этом не говорил, но у Грони глаз наметан, он таких видел не один раз.

– Он что – из военных?

– Ну да, вроде бы, – замялся Грони. – Я сильно не расспрашивал, мне ведь важно только то, чтобы он мог разобраться с моими гостями.

– Это точно! – опять заулыбался Бруней. – От твоих покупателей всего можно ожидать.

Грони отпустило – похоже, у хозяина сегодня хорошее настроение, и он не собирался его портить. Однако дело оказалось в другом.

– Я забираю его у тебя. Мне уже давно надо подтянуть свою охрану, а то прямо стыдно. Один нормальный боец уделал целую толпу мордоворотов.

Этого торговец никак не ожидал и попытался выкрутиться. Теперь, когда гроза миновала, он совсем не хотел отдавать такого бойца. Хотя всего лишь секунду назад он был готов ко всему, лишь бы гнев бандита не зацепил его самого. Даже на смерть Вовки.

– Господин Бруней, я ведь вложил в него большие деньги. Да и сами понимаете, доход от моей торговли может быть только, если я буду оставаться в живых, а для этого мне нужен этот человек.

– Найдешь другого.

Грони замолчал, по тону ответа он понял, что вопрос решен окончательно и дальнейшее сопротивление может привести к нежелательным последствиям уже для его здоровья.

После того как Кротова освободили от сети, его провели прямо к хозяину, правда, предварительно изъяли вибронож, и ему пришлось снять броник. В огромном кабинете, заставленном вычурной дорогой мебелью, за большим, под стать кабинету, столом восседал сам Бруней. Один из хозяев жизни в этом городе. Его организация паутиной охватывала центр и западные окраины города. В том числе и Сангвиль. Грони являлся его «торговым» представителем.

Вовке повезло, что он наткнулся на торговца. Ведь в его план по возвращению в мир входило в первую очередь – пробиться к людям, имеющим реальную силу и власть в этом мире. Через Грони он попал как раз по адресу, местный дон Карлеоне также вынашивал планы подобные Вовкиным. Он тоже твердо решил подняться выше, чем неофициальный хозяин трети заштатного города. А для выполнения амбициозных планов ему нужна армия, так что Кротов появился как раз вовремя. Поэтому вместо того чтобы обрушить гнев на человечка, попытавшегося напасть на его охрану в его же доме, он наоборот обрадовался, увидев, как землянин разделывается с его командой. Бруней сразу понял, что это профессионал, что, кстати, подтвердил и Полковник, и поэтому он радостно улыбался, когда в сопровождении седого в кабинет вошел Кротов.

Разговор был недолгим. Привыкший к тому, что все его приказы и просьбы, что, в общем, было одно и то же, исполняются беспрекословно, он не ожидал, что Вовка может не согласиться на предложенную работу. И оказался прав, Кротов согласился с ходу. Единственным своим условием Вовка выставил отдельное проживание, он понимал, что затаившие обиду охранники могут, несмотря на запреты, попытаться отомстить за свой позор. И ему совсем не хотелось вместо сна бодрствовать, ожидая пакости.

Когда Бруней получил согласие Кротова на работу, он тут же потерял к нему интерес и знаком показал седому, что тот может забирать нового бойца.

– Где служил?

– Был курсантом Академии Спецназа на Тарантосе.

Этот ответ заставил удивленно вздернуть брови не только Полковника. Бруней, до этого уже включивший голограмму с выступлением какой-то обнаженной певицы, сразу забыл про зрелище и удивленно уставился на землянина. «Похоже, об Академии в этом мире знают все», – подумал Кротов.

– Ну вот! – радостно потер руки хозяин, и повернул голову к седому. – Теперь у тебя есть спецназ. Мы точно поджарим задницу этим выскочкам с Холма.

Потом, так же улыбаясь, махнул рукой – уходите, и опять уставился на кривлявшуюся певицу.

***

Работа у нового хозяина оказалась легче, чем в Сангвиле. Здесь не бывало назойливых посетителей, слезно просящих кристаллы в долг и тем более, никто не пытался ограбить дом. Сначала Кротов даже не понимал, зачем тут такая многочисленная охрана – не менее пятнадцати человек. Служба поставлена по-военному: пять человек и старший постоянно находились в помещении охраны. Еще пять отдыхали, остальные находились в резерве и в любой момент могли прийти на помощь дежурной пятерке. Кроме всего прочего, дом и окрестности напичканы охранной сигнализацией и следящей аппаратурой. Но и конечно стационарные автоматические игольники. Словно хозяин готовился к войне.

Организация службы оказалась неплохая, вполне в армейском духе, но все портило качество персонала. То, что Вовка подозревал в самом начале, подтвердилось – все охранники, кроме старшего – непрофессионалы. Все они оказались здоровыми мощными мужиками. Но, как понял Кротов, единственной их школой в военном деле являлись схватки на улицах Сангвиля. Убивать они научились, и, судя по их вечерним рассказам весьма жестоко, но Вовка не сомневался, что два человека из разведвзвода Академии Спецназа с Тарантоса уделали бы всю здешнюю команду.

Единственным исключением оказался старший охраны – тот самый седой, что остановил первую драку и поймал Вовку в сеть. Если остальные охранники с удовольствием хвастались своими похождениями и рассказывали о себе все, то седой, наоборот, никогда не проронил ни слова про то, откуда он и как появился на Камгуре. Никто даже не знал, как его по-настоящему зовут – все называли его Полковник. Что это, бывшее его звание, или просто прозвище, Кротов пока не знал, да и не горел большим желанием узнать. По его плану служба в охране высокопоставленного бандита, являлась лишь очередной ступенью к дальнейшему продвижению в собственной карьере. По возможности, недолгой.

 С сослуживцами отношения не сложились сразу – все охранники злились из-за первой схватки. Мало того, что Кротов навалял её непосредственным участникам, так еще и Полковник и сам Бруней постоянно дразнили их тем, что один избил пятерых. Поэтому в первый же вечер, когда землянин пришел ночевать в свою комнату, к нему ввалились те же пятеро. Они резонно решили, что в утренней свалке Кротову помогло то, что он оказался в бронекостюме, а сейчас у него никаких преимуществ не будет. В какой-то мере они правы, все то, чему Кротов научился на Земле и чему его учили в Академии, конечно, превосходило умение уличных драчунов, но только до определенного предела. Дальше начинало действовать правило, что количество, в конце концов, победит качество.

В схватке с пятью здоровенными мужиками в условиях закрытого пространства, где нет места для маневра, Вовка явно потерпел бы поражение. При этом он не уверен, что его просто покалечат, судя по местным нравам, его запросто могли оставить мертвым. Поэтому, предвидя такое развитие событий, Кротов подготовился.

Вошедшие, грубо ругаясь, сдернули с него одеяло и сразу замолчали. Лица их постепенно меняли здоровый розовый цвет на мертвенную бледность. Кротов тоже молчал, внимательно следя за поведением амбалов. В обеих руках он держал лучевики, и медленно переводил стволы с одного на другого, ожидая, кто дернется первым. При этом он нисколько не бравировал, в душе он твердо решил, что убьет первого же кинувшегося противника. Он понимал, что воспитанные на улицах, с молоком матери впитавшие насилие, эти люди принимают только такой язык.

Нападавшие разглядели эту решимость в его глазах. Никто из них не сказал ни слова. Охранники начали пятиться к двери и один за другим исчезли. Тот, что стянул одеяло, так и ушел с ним, лишь через несколько секунд вернулся и, пряча глаза, положил одеяло на край кровати.

Кротов шел из столовой, когда снова увидел тех, из-за кого он, по большому счету, оказался в этом доме. Девушек опять сопровождал тот самый парень, который заслуженно получил оплеуху в прошлый раз. Вовка остановился, пропуская процессию. Девушки опустили глаза, словно не замечая землянина. Чернявый, наоборот, во все глаза смотрел на Кротова и даже перешел на другую сторону коридора. В его глазах испуг на секунду сменила злоба, и Вовка понял, что этот тип явно опасен. Конечно, он не полезет в драку, характер не тот, но ожидать от него подлостей можно всегда. «Черт с ним, – решил Володька. – Не привыкать. С этим чмырем я как-нибудь справлюсь».

Он угрожающе взмахнул рукой, и охранник девушек дернулся к стене.

– Вот так. Не забывай.

В этот раз молодая мать, ту которую и начал избивать этот подонок, шла в середине. Проходя рядом с Кротовым, она подняла глаза и одними губами прошептала:

– Спасибо.

Кротов опять поразился красоте девушки. На Земле он видел таких только в рекламе и глянцевых журналах. «Бедная, откуда же ты сюда попала?» Он тоже слегка кивнул, еще секунду постоял, глядя вслед, и пошел по своим делам. За те несколько дней, что он провел на новой службе, он так и не узнал, кто эти девушки. Если честно, то он просто забыл про них, дела на новой службе и свои тайные дела отнимали все время. «Надо как-то незаметно расспросить, кто они такие, – решил Кротов. – Вдруг пригодится».

Это у него в крови, еще совсем молодым он понял, что людей, их слабости и, наоборот, сильные стороны, можно использовать в своих целях. Он и сам не понимал, как это у него получалось, наверное, помогал практичный склад ума. В отличие от старшего брата, он не интересовался книгами, не витал в облаках, а везде старался извлечь свою выгоду. И как раз с Серегой этот номер у него не проходил – тот видел брата насквозь и на все его ухищрения только посмеивался.

– Ты эти свои приемчики брось, я тебя как облупленного знаю. Иди дури голову другим.

Со всеми другими его поведение циника и разумного эгоиста срабатывало. Даже дома. И мать, и отец больше любили и баловали именно его, младшего. При этом Вовка не был подлым и жадным, какими обычно бывают люди с таким складом характера. Похоже, тут все-таки сыграла свою роль наследственность и нормальное воспитание в обычной деревенской семье. Он явно пошел бы далеко и там, на Земле, но иногда бывало, что он вдруг вел себя совсем не так, как хотел сам. Словно из Вовки проглядывал Серега, и он творил что-нибудь такое, что не имело никакой выгоды, а только вред. Вовка знал это за собой, ругал себя последними словами, но сделать ничего не мог. Последний из подобных случаев произошел как раз с этими несчастными девушками, когда он бросился заступаться, хотя и понимал, что ни к чему хорошему это не приведет.

Как бы то ни было, эти красивые серые глаза нельзя забыть так просто. И он еще раз пообещал себе, что обязательно узнает все об этих девушках, особенно об этой молодой маме. «Блин, только опять бы в историю не впутаться, а то снова придется искать путь, как выбраться из этой выгребной ямы». В том же, что он обязательно выберется, Кротов нисколько не сомневался. Он твердо верил, что если захотеть, то можно преодолеть любые препятствия. В этом братья Кротовы похожи.

Через три дня, когда Вовка уже вписался в рутину охраны дома, его вызвал командир. Кротов уже знал, как его зовут – Витар Гланд, но называл, как и все, Полковник. Похоже, седой сам когда-то так назвался, потому не возражал против подобного обращения. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, что он имел отношение к армии. Все: выправка, поведение, манера командовать и, конечно, отношение к внешнему виду – он абсолютно не терпел неряшливости, как в ношении формы, так и в быту – говорило об этом.

Сейчас, стоя перед столом и глядя на ежик седых волос – Полковник что-то быстро печатал на коммуникаторе, Кротов думал о том, что могло привести этого, наверняка высшего офицера, на службу некрупному мафиози. Для этого точно надо совершить очень большой косяк. Армейцы, а тем более МРОБовцы никогда не опускались до такого. Империя заботилась о своих служивых: жалование любого солдата гораздо выше, чем у самого высококвалифицированного рабочего. Об офицерах и говорить нечего. Кроме того, уволившихся в запас армейцев сразу подбирали охранные структуры. Ведь даже сам Вовка, уволенный из Академии с «волчьим билетом», почти без труда устроился в фирму, охранявшую рудники и перевозки.

Полковник поднял голову, и Кротов выбросил эти мысли из головы. Взгляд седого – внимательный и строгий, в одно мгновение оценивший внешний вид землянина, только подтвердил сложившееся впечатление. Это явно бывший силовик.

– Садись, Кротов. Пришло время поговорить.

Вовка сел.

– Слушаю, Полковник.

– Сначала одна интересная вещь. У меня есть кое-какие связи, остались еще друзья. Так вот я попросил их пробить тебя и скинуть мне всю информацию. Так вот, думаешь, что я узнал?

Он замолчал и опять внимательно посмотрел на землянина. Вовка, хоть и понимал, что тот не ждет ответа, но все равно буркнул:

– Не знаю, Полковник.

– Ничего! Представляешь? О тебе никто ничего не знает! Кто ты и откуда взялся. До Академии я добраться не смог, но ведь ты же где-то жил и до нее. Хоть мне и наплевать на все это, но, может, ты все-таки что-нибудь разъяснишь?

Кротов и сам не ожидал подобного. Что происходит? Он, брат самого Сергея Кротова, спасителя Империи, теперь никому в этой Империи неизвестен. Он пожал плечами и искренне ответил:

– Я сам в шоке, Полковник! Как это может быть? Я же не клон какой-нибудь.

– Ладно, это мое дело, разберусь. Я почему-то тебе верю. Если бы МРОБ или Гражданская Охрана захотели подсадить сюда человека, они бы подготовили легенду без изъянов. В ней бы и соринки не нашел, и вся бы она подтверждалась. Все-таки давай, еще раз расскажи мне о своей жизни. Только не растягивай, мне особенно интересно про Армию и Академию.

Вовка на секунды задумался – что можно выдать в этот раз? Про Академию он мог рассказывать всю правду, однако в этот раз Полковник, хотя и сказал, что ему наплевать, наверняка, ждет упоминаний и о жизни перед армией. То, что он, Кротов, без имплантата, скоро все равно вылезет наружу, поэтому лучше рассказать об этом самому. После короткой паузы Вовка начал излагать очередную версию своей жизни. Он справедливо решил, что Брунею будет наплевать, что он инопланетник, лишь бы он смог хорошо воевать, поэтому приоткрыл эту страницу.

Он не стал распространяться, откуда именно, чтобы не связывать себя с Землей. Еще с Академии он знал, что информация о его родной планете засекречена. Поэтому, после того как признался, что он инопланетник, сообщил только, что родиной является заброшенный аграрный мир, где уже тысячу лет не происходит ничего интересного. Это, и правда, не вызвало у Полковника интереса – таких миров в самой Империи тысячи, и, конечно, нет ничего странного в том, что есть такие миры и за пределами Империи.

Вот другое известие удивило седого до того, что он даже приподнялся и переспросил:

– Нет чипа?! Ты не врешь?

– Нет. Все так и есть.

Полковник опустился обратно в кресло и задумчиво произнес:

– Как же так? Ведь ты учился в Академии. Тем более спецназ. Да я и сам видел, как ты дрался…

– Полковник, зачем вам забивать голову. Главное, я умею и могу воевать лучше, чем остальные в этой команде. А вам ведь нужно только это?

– Вообще-то да. Мне нужны профессионалы.

Он замолчал и на несколько секунд ушел в себя. «Похоже, решает мою судьбу», – подумал Кротов. Он понимал Полковника, для этого мира человек без имплантата почти урод. А то, что этот «недоразвитый» принят в элитную военную Академию, в Спецназ, в который инопланетников, вообще, брали очень редко, совсем запутывало дело. Вовка и сам, будь он на месте Полковника, наверняка, задумался бы.

Седой очнулся.

– Ты прав. Все это пустое, без информации из Академии я, все равно, ничего не пойму. Ладно, когда-нибудь все выяснится, а сейчас мне просто нужны такие, как ты. Правда, лучше бы с чипом в башке. Но ты сам знаешь, что зарплатой армейцев сюда не переманишь, поэтому будем работать с тобой, делать из этих мешков с требухой дисциплинированное войско. Хозяин хочет завоевать этот город, и мы должны это устроить.

Вовка согласно кивнул – подобная задача как раз соответствовала его планам – он тоже хотел завоевать, но не только этот город. Его мечты куда масштабнее планов Брунея.

– Все! – Полковник подвел черту под предыдущим обсуждением. – Смотри сюда, начнем с этого…