– Ну, не сказал, – попаданец заходил по комнате. – А лишь попытался сказать. Голосовые связки-то у него совсем не разработаны. Не знаешь, что это такое? И ладно. Надо идти к Лане, как бы она радостной истерикой всё не испортила. Пошли вдвоём.

Понятно, теперь ему стало не до принятия ванны. Игорь очень хорошо относился к Дину, и то, что тот заговорил, привело попаданца в восторг. Получалось, что, действительно, немота мальчика была не столько результатом родового увечья, сколько психологической травмой. И сейчас ни в коем случае нельзя, чтобы начавшийся процесс выздоровления был нарушен какими-нибудь неосторожными действиями.

Он уже шагнул к выходу, когда подруга его остановила.

– Подожди, Игорь. Не могу же я в ночном платье по дворцовому коридору идти?

– Да как по мне, нормальное платье, – пожал плечами землянин. – Но раз нравится красоваться, то конечно. Ага, как же мы без драгоценностей, – прокомментировал он действия подруги, оставшейся нагишом, но первым делом потянувшейся к ящичку с украшениями. – Эх, давно ли подолом нос вытирала, а теперь, гляньте, пройти три десятка шагов мимо одного поста караульных нам надо обязательно во всём блеске.

Резко поднявшееся настроение заставило попаданца подначивать подругу, и он едва за это не поплатился, но вовремя увернулся от брошенной в него подушки.

– Ещё? – спросила Тания.

– Не надо. Одевайся уже.

Свою венценосную подругу они застали в её гостиной, где та за что-то вызверилась на новую служанку, подобранную для неё управляющим тринского дворца.

– Дура, лентяйка, неряха, – Латана говорила негромко, спокойно, но так, что даже у Егорова озноб по коже пошёл. Рабыня же и вовсе стояла белая как мел. – Я тебя к свиньям сошлю. Там тебе самое место. Будешь за ними дерьмо выгребать.

С характеристикой, данной сейчас принцессой служанке, Игорь в общем-то был согласен, но откровенно туповатую девчонку ему почему-то было жалко.

– Лана, я вернулся, – отвлёк он герцогиню Гирфельскую от морального бичевания рабыни. – И не один, а с Таней. У нас к тебе разговор. Отправь девчонку к Эмиле, – посоветовал землянин. – Твоя будущая дворцовая распорядительница до сих пор без личной служанки. Подари. Госпоже Кулик будет приятно.

Латана, видимо, что-то почувствовала и в его тоне, и в выражении лица подруги. Служанку она тут же прогнала и выжидательно посмотрела на друга.

– Я что-то не так сказала своим офицерам?

– Ты что? Нет. Совещание прошло на высоте. Но ты сядь.

Всё испортила Тания.

– Дин начал разговаривать! – выпалила она.

Её друзья шутить в таком вопросе бы не стали, принцесса это прекрасно понимала. Именно поэтому слова иск-магини прозвучали для Латаны как гром.

– Стой, Лана! Куда? – Игорь схватил в объятия дёрнувшуюся бежать свою венценосную подругу и крепко прижал к себе. – Дай сыну самому осознать произошедшее с ним. Постарайся сильно при нём не реагировать. Излишнее волнение, твоё или Дина, может сильно затормозить его выздоровление.

Не сразу, но всё же смысл слов друга дошёл до Латаны. Тем не менее она проявила настойчивость.

– Я пойду к сыну. Мой мальчик… он… Игорь, отпусти, – принцесса упёрла руки в грудь попаданца. – Я поняла, про что ты говоришь.

– Точно? – Егоров отпустил сюзереншу и внимательно посмотрел ей в лицо.

– Точнее не бывает, – тихо засмеялась она.

– Пойдём вместе, дети ждут от меня рассказа о казни лэнеты Винтер в комнате Айсы. Дин там.

Глава 3

Полк ещё только седлал коней, когда в лагерь явилась герцогиня Гирфельская собственной персоной. Ранняя пташка не могла лично не проводить в поход своего временного генерала Игоря Кароса.

С ней, помимо эскорта из двух десятков тринских гвардейцев, прибыли все егоровские друзья и родные, включая виконта Дина Гирфельского, уже полностью осознавшего случившееся с ним чудо, но пока ещё очень стесняющегося что-то произносить.

Когда кавалькада въехала в лагерь, Игорь с Танией, оба уже верхом на конях, находились неподалёку от ворот, дожидаясь доклада командиров линий и сотен о готовности к маршу.

– Как родная меня мать провожала, тут и вся моя родня набежала, – проговорил попаданец стих Демьяна Бедного, вспомнившийся ему при виде гостей.

– Игорь, там твой заместитель на кого-то разъярился. – Тания показала подбородком в сторону расположения четвёртой сотни. – Кажется, что-то с укладкой вьюков не понравилось.

– Раз майор Тэг Вилл проблему увидел, значит, он её решит. У нас с тобой дела поважнее.

– Понятно, – хмыкнула напарница. – Я так и знала вчера, что мы зря прощаемся надолго.

– Я тоже.

Егоров крайне не любил все эти церемонии прощания. Он, и когда на срочную службу уходил, просил родню не устраивать привокзальные проводы. Впрочем, не подействовало тогда, не случилось и сейчас. Одно хорошо: друзья понимали, что объятиями и лобызаниями на глазах у подчинённых генеральский авторитет не повысить, поэтому провожали весьма чопорно – вместе со своим генералом Игорем смотрели, как из лагеря сотня за сотней выходит первый кавалерийский полк.

– Я очень жалею, что не еду с тобой, – не очень искренне сказал Лойм, когда опустевшее расположение покинул хвост полкового обоза. – Но в Исторе, надеюсь, к тебе присоединюсь.

У Мальвины был свой безнадёжно влюблённый Пьеро, а Латана вот обзавелась Лоймом. Игорь понимал, что приятеля ничего хорошего в его чувствах к высокородной аристократке не ждёт, но влезать с советами считал себя не вправе. Кессер – взрослый дядя, сам в состоянии в себе разобраться. В крайнем случае, если уж совсем беда будет, попаданец решил, что тогда и вмешается.

Пока же в постоянном присутствии старого приятеля рядом с принцессой имелся и плюс. Четыре дня назад в Трин в спешке вернулся брат правящего герцога Чинорского Бюстин, уезжавший в королевство Тар-Ней, но, по всей видимости, перехваченный в пути посланцем Эльсана.

В том, что ловеласу Бюстину, активно рвущемуся к телу герцогини Гирфельской и развернувшему активные интриги по продвижению своей кандидатуры на должность командующего армией Латаны, не светит ни то ни другое, землянин был полностью уверен. Однако лишнее препятствие виконту в лице Лойма не помешает.

– В Исторе мы вместе встретимся с нашим талантливым генералом. – Латана поцеловала в макушку сидевшего перед ней сына. – Но я планирую сделать это ещё раньше. Игорь, как только создашь портальную площадку возле Роси, мы с Дином туда наведаемся.

– Зачем, Лана?

– А просто повидаться. Да, Дин?

– Та, – улыбнулся виконт Гирфельский, что означало да.

Землянин был единственным человеком, в присутствии которого, помимо матери, виконт Гирфельский решался произносить звуки, пока ещё мало похожие на слова. А вообще, отношение Дина к Егорову больше напоминало сыновнее. Ёрничать по поводу того, что теперь в нагрузку к обретённым в этом мире братику и сестричке у него появился и пасынок, попаданцу совсем не хотелось – маленький виконт ему нравился.

– Тогда вам надо будет совершать переход сразу же, как увидите появление нового портала. Чтобы появиться там, пока я далеко не отъехал. – Подумав, землянин от свиданий с друзьями решил не отказываться. Раз есть такая возможность, то почему бы ей не пользоваться? – Только договоримся пока на встречу возле Роси. В те порталы, которые я создам по пути к границе, пока приходить не нужно.

Первым кандидатом в члены портального клана (Игорь решил называть их адептами, хотя такое определение было и не совсем корректным), которого подобрали Латана и Тания, стал – и кто бы мог подумать? – адъютант принцессы капитан Лойм Кессер. Так что теперь в егоровской организации состояло уже четверо.

То, что передать умение управления порталами можно было людям, не инициированным в иск-маги, и то, что наличие данного заклинания посторонними одарёнными не определялось, являлось далеко не всеми его положительными сторонами.

Заклинание создания порталов имело очень удобный управленческий интерфейс, показывая в сознании адепта все существующие площадки возможного перемещения в привязке к местности, пусть и без обозначения названий. И стоило Игорю создать новый портал, как знание о нём тут же появлялось у всех членов его клана.

Каждый адепт имел возможность четырежды в сутки на десятину, то есть на период чуть более часа, открывать переход между двумя любыми точками портальной сети. Для того чтобы прекратить действие заклинания раньше времени, требовалось его повторное применение в момент действия предыдущего.

Теперь остававшиеся в Трине Лана и Лойм могли навещать своего друга в любое время, если, конечно, застанут его вблизи портала.

– Не стану больше задерживать своего генерала, – сказала сюзеренша. – Таня, приглядывай за ним. Хотела было с тобой ещё и Дильяна послать, но передумала. От его героизма вреда может быть больше, чем пользы. Ну, давай ещё раз попрощайся со всеми. Со мной и Дином совсем ненадолго.

Временный генерал так и сделал. Кольту приказал не вешать нос, но тот, оказывается, пребывал не только в грусти от расставания с братом, но и в недоумении.

– А почему ты сказал, чтобы из всех наших пещерных вещей я пуще всего берёг тот моток, а не спиннинг с блёснами? – спросил он.

– Синюю изоленту? – засмеялся Игорь, вновь прижимая Кольта и Гильму к себе. – Потому что, как раньше писали во всех фолиантах, без неё никакое прогрессорство невозможно. Так это или не так, нам с тобой ещё предстоит выяснить. Обидно будет, если это правда, а мы этот моток утеряем.

Догонять свой полк лэн Карос и иск-магиня Молс поехали не оборачиваясь. Игорь лишь, проезжая ворота, поднял на прощание высоко вверх левую руку.

В сотне метров на выезде из лагеря своего командира дожидался десяток кавалеристов первой сотни во главе с Натопом, жутковатым мужиком с седыми волосами и садистскими наклонностями.

Поначалу Игорь хотел избавиться от такого унтер-офицера, но майоры полка в унисон его убедили, что страшила для рекрутов, набранных порой из всякого сброда, просто необходим. К тому же десятник был лучшим специалистом во всех видах казни.

Согласившись с аргументами своего заместителя и командиров линий, попаданец назначил Натопа командиром первого десятка первой сотни, традиционно выполнявшего роль штабного, чтобы иметь унтер-офицера с палаческими наклонностями поближе к себе и держать его под контролем.

Поприветствовав временного генерала и пристроившись со своим десятком вслед, унтер-офицер обратился к Тании:

– Госпожа капитан-маг…

– Я не госпожа, Натоп.

– Господа все в Париже, – негромко хмыкнул Игорь.

Десятник был грубым не только в обращении с солдатами, но и в лести начальству. Облизывать вышестоящих он лез, как говорится, из кожи вон, но ума на соблюдение тонкости и такта в таком деле у него не хватало.

Только при Егорове напарница уже в третий раз сообщала Натопу, что не является дворянкой и называть её госпожой неуместно. Унтер-офицер же искренне считал, что иск-магине Молс повышение её статуса приятно. Попаданец бросил на десятника предупреждающий взгляд, нарвётся ведь однажды этот дурак.

– Капитан, там впереди в третьей сотне при выезде из лагеря один остолоп с взбрыкнувшей лошади упал…

– Кавалеристы, – вздохнул Игорь.

– Сломал ногу, – продолжил десятник. – Лейтенант-маг Щерна сказала, что без твоего указания лечение не использует. Уложили в повозку пока, не в обозную, а сотенную.

Тания Молс была назначена главной из четырёх иск-магов полка и первым делом распорядилась без её приказов магические резервы не расходовать. Попаданец, исходя из того, что до Роси им предстояло двигаться по территории союзников, посчитал такое решение подруги лишней перестраховкой, однако вмешиваться не стал. Тот начальник, который лезет выполнять работу своих подчинённых, просто не знает своих обязанностей.

– Посмотрим, десятник, – кивнула Тания и, пришпорив коня, выровнялась с попаданцем. – Не слишком большое расстояние между колоннами полков? Смотри, пыли-то не так уж и много.

– Скорректируем, если потребуется.

Игорь приказал на марше держать дистанцию между хвостом обоза одного полка и авангардом другого примерно в тысячу-полторы шагов, однако сейчас был склонен согласиться с замечанием подруги. Раз из-за чуть увлажнённого весенними дождиками покрытия дорог дышать пылью, поднятой копытами, не приходится, то и нет смысла растягиваться. Это лишь усложняет управление войском в походе.

За первый день войско гирфельцев прошло более семидесяти километров, хотя максимальную скорость движения из своих подчинённых Игорь не выжимал. Помогла его настойчивость, которую он проявил при ограничении количества обслуги и войскового имущества в обозе.

Со слов Лойма, да и уже по личным наблюдениям, попаданец знал, как сильно перегружены местные армии некомбатантами. Начиная с того, что многие офицеры, особенно из титульных дворян, таскали с собой в походы слуг, служанок и даже девушек для утех, и заканчивая массами маркитантов, всевозможных мелких торговцев и скупщиков, сутенёров со шлюхами как из свободных, так и рабынь, и это всё, не считая и так раздутых до неприличия штатов самих армейских обозов с припасами и примитивной инженерной машинерией.

Правда, ввиду бедственного финансового положения гирфельских эмигрантов и почти нищенского состояния чинорских дворян, офицеры войска Латаны позволить себе личную обслугу не могли, зато полковники, едва дорвавшись до полковых сумм, выделенных им правительницей, попытались это компенсировать большими закупками рабов и рабынь. Только жёсткие требования принцессы, высказанные ею с подачи лэна Кароса, заставили командиров резко поумерить аппетиты.

И всё равно накануне похода Игорю пришлось провести полноценную ревизию запасов и приказать почти треть из них оставить на месте, передав на временное хранение тринским интендантам.

На первый ночной привал войско попаданца расположилось возле большого, километра четыре в длину и полтора-два в ширину, озера на виду городка Тая, лежащего на противоположном от подошедшего войска берегу. Заходить в город не стали – шести тысячам воинов там просто не нашлось бы места, своих жителей в нём и то было меньше.

– Я его вылечила, – доложила капитан-маг Тания Молс. – Того, что с лошади упал. Неплохой вроде бы паренёк, бывший подмастерье гончара.

С подругой подошла одна из её подчинённых. Вообще, в отличие от отрядов наёмников, в регулярной армии женщин было мало, да и те в основном присутствовали на офицерских должностях: дворянки, вроде той же баронессы Фиры Тобор, поступившие на службу со своими воинами, или одарённые. Рядовыми бойцами, если представительницы условно слабого пола где-то и встречались, то чаще в подразделениях егерей.

У Игоря в полку числилось всего пять женщин: три иск-магини, включая напарницу; лэнета Ишмар, первый лейтенант в десятой сотне, бежавшая из Гирфеля с восемью своими дружинниками, ставшими теперь унтер-офицерами; и лейтенант-интендант Вигия Горб, заместительница деятельного прохвоста Шмунца.

В других полках женщины имелись в большем количестве – и одарённые, и просто аристократки. Для них Игорь сделал исключение, разрешив взять с собой в поход слуг, но только при условии, что четвероногим транспортом они обеспечат своих рабов и рабынь за личные средства, армейские повозки и кони не для них закуплены.

– Только после лечения придурок опять слёг, – хохотнула грубоватым, почти мужским голосом иск-магиня Щерна, шестидесятилетняя ветеран многих войн, знавшая землетряс – редкое, но очень нужное при взятии укреплений заклинание. – Сотник приказал его наказать. Лежит теперь недотёпа на пузе. Но за ночь оклемается, будет снова в строю.

– Понятно, – кивнул Егоров. – Капитан, с такими нашими силами, тем более на своей территории, нам нападение ни с какой стороны не грозит, как и дальше в Вилере, поэтому пусть все твои одарённые перед ночёвкой резервы не жалеют. Если травмированных в сотнях больше нет, могут найтись занедужившие. Лечите. В здоровом – теле здоровый дух. Останься, – остановил он сделавшую шаг назад подругу, – лейтенант Щерна всё услышала, она и доведёт моё распоряжение.

Как землянин ни минимизировал походное имущество, шатры для себя и других полковников пришлось брать, и некоторое количество слуг, помимо возниц, конюхов и поваров, тоже. Во всяком случае, до гирфельских земель определённый комфорт для самых главных начальников войска можно было себе позволить.

Шатёр командующего экспедиционным корпусом, как назвал своё войско землянин, уже был раскинут, и рабы завершали внутри установку лёгкой походной мебели.

– Майен с Фирой уже идут, – заметила Тания приближавшихся вдоль озёрного берега беседующих между собой командиров второго и четвёртого полков. – Кажется, у этой парочки уже давно не просто деловые отношения.

– Таня, – изумлённо раскрыл глаза Егоров. – Никогда не замечал за тобой тяги к сплетням. А хотя если это и правда, то… Ему тридцать, и он свободен, ей девятнадцать, и у неё, как я понимаю, тоже других кандидатов в мужья не наблюдается… Да, так какое нам дело?

– Вовсе я не сплетничаю, – напарница толкнула друга плечом. – Намекаю про нас с тобой. Ты же до сих пор не прояснил место главного мага полка на привалах.

– Ну, я думал, это и так понятно. В охране моего шатра. Понятно, изнутри него. Так что по окончании вечернего совещания оставайся, никуда не уходи. Тут у меня и девка, как ты видишь, есть тебе в помощь.

Во время срочной службы Игорь не раз становился свидетелем злого недовольства офицеров дурацкой привычкой комбрига вызывать их к себе через дежурного по любому пустяковому вопросу вроде: «У тебя возле тира пожарная бочка на сколько литров? На двести? А, ну всё, иди». Хотя всё можно было решить или узнать по мобильнику за несколько секунд.