Глава 2. Недопонимание, и первый «задушевный разговор»…

«Возможно, ты снова вернулась в Манистеры, Саманта, просто на выходные или на этот раз навсегда. Сомневаюсь. Очень сомневаюсь».

Маркус почувствовал облегчение во всем теле. Что это означало, он не знал и немного усмехнулся.

«Такое ощущение, что ты в двух шагах от меня» – и не ошибся. Выглянув в окно, он увидел ее. Саманта уверенно шла в сторону дворца.

Он чувствовал, как она приближается к тронному залу. Ее никто не остановил. Она как раз попала, когда стражники сменяют друг друга, в эти полчаса было свободно.

Марк усмехнулся: «Везучая девчонка». Он, конечно, успел бы остановить любого вампира, который попытался бы ей навредить, но чувствовал, что ничего не случится сейчас. Интуиция его никогда не подводила. Вот, наконец, раскрылись двери, и девушка взглянула на Маркуса.

Саманта выглядела раздраженной, и в ее взгляде читалась ненависть и презрение. Между тем он почувствовал, какое впечатление он на нее произвел в первый момент, она даже немного отшатнулась, но взяла себя в руки и шагнула в тронный зал.

– Маркус, я знала, что ты далеко не подарок, но такое? Ведь ты знал, и столько лет молчал, тебя все это забавляет, или тебя не мучают странные болезни? Мой отец устал искать зелье от моих недугов, пришлось обратиться к Александре. И что я узнаю? У меня истинная пара – первородный вампир, который уже давно знает, кто его пара. Забавлялся, наверное, все это время, да? Никогда тебя не прощу, слышишь? Маркус, ты жестокий, отвратительный. Мне хочется тебя убить сейчас, – Саманта без единой паузы все это высказала на одном дыхании.

Маркус спокойно сидел на троне, и тот контраст слов и мыслей, который он чувствовал, был ошеломительным. Она совершенно не чувствовала ненависти, «наговорила много обидных слов, сама пытаясь поверить в то, что смогла высказать мне все это в лицо».

– Саманта, добрый день, может, желаешь чаю? – Марк не стремился сейчас вступать с ней в перепалку.

– Что? – она не решалась подойти к нему ближе, а он встал с трона, спустился по ступенькам и магией запечатал двери.

– Проходи, раз уж пришла, ведь не для того же ты явилась, чтобы просто меня отчитать за то, что не сказал о нашей связи? – довольно спокойно проговорил Марк.

– Ты хочешь это обсудить? – Саманта сначала готова была с ним сцепиться, а теперь была сбита с толку.

– Это нужно обсудить, несомненно, Саманта, поэтому присядь, разговор предстоит долгий.

– Ты закрыл двери магией? Это унизительно, – возмутилась девушка.

– Ты считаешь? – удивился Маркус. – Я просто хочу, чтобы разговор состоялся, только и всего, – когда двери закрылись, ее запах обжег горло, и жажда крови была нестерпимой. Маркус с трудом держался. «Почему так мучительно? Раньше было легче».

– Маркус, почему ты мне не сказал?

– Это бы тебе навредило. Я считаю, что зря тогда Аля позволила нам увидеться и потом, эти события в лабиринте и разногласия, но прорицательница так не считает. Она уверяла, что ты должна была в меня влюбиться еще тогда. Я, честно говоря, сам не понимаю, зачем все это было нужно. Видимо, чтобы теперь ты была очень зла на меня, – усмехнулся Марк.

– Неважно, что считает прорицательница, ты не понимаешь, что неведение – это ужасно? Почему ты так жесток ко мне?

– Саманта, у меня и сейчас сомнения на счет нашей пары, а тогда мне было просто страшно за твою жизнь, понимаешь?

– И ты считаешь, пройти семь кругов ада для меня это самое оно? Зачем это жестокое испытание выпало мне? Какое я вообще имею отношение к вампирам? – Саманта все это говорила, но чувствовала себя прекрасно. Голова перестала болеть, тошнота отступила, лихорадка прошла.

– А в детстве ты считала вампиров очень даже хорошими и милыми, – усмехнулся Марк.

– То было в детстве. Слишком ядовитой оказалась моя жизнь потом. Ты выпустишь меня, или мне придется ломать дверь? – между тем, Саманта все сказала и теперь по плану она должна была уйти. Только у Маркуса были другие планы, и Саманта это очень даже осознавала. На этот раз он не был поверхностным или отстраненным. Он был уверенным и уж точно не боялся ее гнева. Ее злость ему даже нравилась.

– Ты пришла лишь затем, чтобы сказать, что ты очень зла на меня, или ты соскучилась по своему покровителю? – вкрадчиво спросил Марк.

– Нет, не скучала, я просто не ожидала, что ты снова меня так разочаруешь, снимай магическую защиту немедленно, я хочу вернуться домой.

– На этот раз нет, Саманта, сначала остынь. С таким настроением как у тебя сейчас ты можешь наделать много глупостей. Тебе стоит успокоиться, – Ее молочная кожа привлекала первородного вампира, а прозрачные голубые глаза и чувственные губы манили. Ему хотелось к ней прикоснуться, привязать, обратить. Жажда обжигала, и теперь он заметил, как сильно Саманта изменилась. Пропала та неуверенность в себе, которая была в восемнадцать и тем более в десять лет.

– Ты не посмеешь обратить меня, ты не сможешь, – девушка пыталась своей интонацией напугать Марка, но это было равносильно тому, что зайчик решил напугать волка.

– На самом деле, легко смогу, и возможно посмею, если ты не прекратишь свои оскорбления. Хотя бы на секундочку попытайся меня понять.

– Понять тебя? Понять? Да что тут понимать! Ты у нас ситуацией владеешь, а я как Незнайка на Луне, ничего не знаю, еще и запереть меня решил? – Саманта призвала огонь. Она умела это делать.

– Может и так, – спокойно отозвался Марк. Он в считанные секунды мог ее обезоружить, но давал возможность Саманте эмоционально разрядиться.

– Кажется, вампиры боятся огня? – Маркус с интересом посмотрел на пламя.

– Хочешь сделать мне больно? Я позволю тебе это, но защиту все равно не сниму, – Саманта какое-то время удерживала пламя в руках, а потом просто растворила его и, схватив кубок со стола, запустила в своего покровителя.

Он ловко перехватил его и поставил на стол.

– Может, все-таки поговорим как взрослые люди, Саманта? Покровителей не выбирают, ты же знаешь. Тебе предстоит стать вампиром. Ты должна это принять или останешься одна, да еще и с магическим откатом в подарок. Ты действительно этого хочешь?

– Я не хочу ни того, ни другого.

– Вот мы и добрались до моих сомнений, и до твоих тоже. Я, как покровитель, хочу быть с тобой, но ты не хочешь этой связи, поэтому я ничего не говорил тебе раньше. В восемнадцать ты могла не выдержать этой связи. Надеюсь, сегодня, сейчас ты способна воспринимать действительность более реально.

– Я хочу вернуться домой.

– Зачем тогда пришла ко мне, красавица? – он вопросительно на нее посмотрел.

– Чтобы сказать, что, несмотря на магический откат, я останусь одна, навсегда, – упрямо выпалила девушка, но голос дрогнул.

– Уверена?

– Да, – ответила Саманта, но в груди горело пламя. Она хотела этой связи, но побоялась, что ей будет еще больнее.

Маркус стал приближаться и оставался лишь шаг до нее.

– Я спрошу тебя еще раз, и назад пути уже не будет. Ты уверена в том, что наша пара невозможна, и ты отказываешься от меня? Если ты сейчас скажешь да, то я отпущу тебя, как бы больно мне не было. Больше мы никогда не увидимся в этой жизни, и я постараюсь сделать все, чтобы тебе стало легче в твоем одиночестве, – его слова жалили. Он ее отпускал навсегда. Марк готов был пойти на это.

– Я ненавижу тебя, ненавижу, – Саманта попыталась открыть дверь и не смогла, а потом она опустилась на пол, обняла колени руками и заплакала, но она так и не сказала, что уверена. Она так и не сказала, что готова прожить одинокую жизнь.

Маркус подошел ближе, вытащил из кармана магические перчатки, надел их, поднял Саманту на руки и отправился в свои покои. Он понимал, что ей сложно, но хотел, чтобы она приняла решение взвешенно.

Саманта хотела оказать сопротивление.

– Будешь вырываться, коснешься меня, и тогда точно привяжешь. Ты уверена, что желаешь именно этого?

Саманта отрицательно покачала головой. Его жажда крови становилась невыносимой. Девушка заметила белоснежные клыки, и его взгляд стал устрашающим. Он быстро поднялся в свои покои и опустил ее на пол.

– Это мои покои. Я правда не сплю по ночам, но кровать имеется. Можешь отдохнуть, подумать, и потом мы продолжим наш разговор, хорошо?

Маркус усадил ее на кровать и отошел подальше, чтобы избежать того, что так желало его существо. Вкусить ее крови и обратить.

Саманта неожиданно затихла. Он ее не обратил, но и не оставлял одну. Да, он отошел на безопасное расстояние и сел в кресло. Девушка заметила, что ему тяжело. Он испытывал жажду и, прерывисто выдохнув, сглотнул. Она какое-то время наблюдала за ним, а потом поднялась и прошла на открытый балкон огромных размеров. В воздухе пахло хвоей и свежестью. После появления в империи вампиров Маркуса эти земли стали загадочными, но больше не пугали.

Он просто сидел и смотрел на девушку, а она пыталась успокоиться, еще раз прокручивая в голове события ее жизни.

Когда ей становилось плохо в Земном мире, она никак не могла понять, в чем причина, лекарства не помогали. Ей с трудом удалось получить диплом дизайнера, и она вернулась в Манистеры. Дома легче не стало, но Саливан был обеспокоен и пригласил Александру, и лишь когда Саманта сказала, что ей двадцать три года, прорицательница ответила:

«– У вашей дочери покровитель – первородный вампир, и связь требует привязки.

– Маркус? – тут же отозвалась Саманта. Ее сердце предательски сжалось.

– Именно Маркус, и тебе пора с ним встретиться. Вы уже встречались раньше, верно, но ты была не готова к этой новости, но теперь – да. Ваша связь выдержит смену расы.

– Что? Моя дочь никогда не станет вампиром, только не Саманта!!! – громогласно заявил Саливан. Девушка долго молчала, потом заплакала, и когда негодование сменил гнев, она схватила портал и отправилась в замок покровителя. У нее было одно желание: убить этого жестокого покровителя».

Он чувствовал, что девушка не хочет, чтобы он уходил. Никогда не хотела. Только вот признаться в этом не может ни ему, ни себе. Благо, Маркус умел читать мысли, и даже сложные щиты для него не были преградой.

Он мог просматривать прошлое без прикосновения к голове читаемого и сейчас понимал, что лучше ему помолчать, но при этом находиться рядом. Легкий шум хвойных деревьев успокаивал, а ветерок создавал прохладу, и Саманта осмотрелась.

– Ты можешь оставаться в моем дворце в качестве гостьи, сколько захочешь, но пока я не отпущу тебя. Ты должна дать мне ответ. Да или нет, а сейчас просто расслабься и представь, что это и твой дом тоже.

Саманта понимала, что должна что-то сказать, но когда он нес ее на руках, с помощью магии успокоил, и теперь ей было немного неловко за свое поведение.

Он схитрил, но это было ему на руку. У Саманты было много вопросов, но она путалась в своих мыслях. Один вопрос усугубит хрупкое перемирие, которое получилось воссоздать Маркусу, а другой мог привести к немедленной привязке.

Неожиданно Саманта посмотрела на его губы, и она задалась вопросом: «А как возможно целовать вампира?». Маркус усмехнулся, он-то понимал, что очень даже возможно, но молчал. Ей нужно было начать диалог с ним, он знал, что это сейчас ей необходимо, как воздух. И он знал, что следующий вопрос определит их дальнейшую жизнь. В сторону да, их паре быть, и в сторону нет, это невозможно.

Саманта выдохнула и, посмотрев на Маркуса, сказала:

– У тебя есть стакан воды? Пить очень хочется, – вот что в итоге сказала Саманта, и этого хватило вампиру, чтобы понять, она готова остаться с ним, по крайне мере пока.

Он воссоздал кубок с кристально-чистой водой и подал Саманте. Его рука была в перчатке, и она взяла кубок, не опасаясь привязки.

– Тебе лучше, Саманта? – осторожно, словно он не выстраивал диалог, а разминировал бомбу, проговорил вампир.

– Не знаю, – девушка прерывисто вздохнула и посмотрела на свое черное платье. Оно было недостаточно длинным, ведь она только что прибыла из Земного мира.

– Саманта, я прошу, постарайся меня простить, если тебе показалось это жестоким с моей стороны, ведь я тоже переживаю из-за этой связи. Ты не вампир. Это вовсе не плохо, но мне предстоит тебя обратить, и сделать нужно все максимально безболезненно, насколько это вообще возможно. Обращение – это больно, и я буду рядом, если ты скажешь мне «да». Теперь я знаю, что ты способна это пережить. Брачный ритуал у нас не похож на ритуал Темных магов или тем более эльфов. Ты обратишься после первой брачной ночи, то есть боль придется испытать дважды, а потом все закончится, и мир твой изменится. Жажда крови и совершенно другое питание, регенерация, и сама ты будешь иной. Это непросто. Это жертва с твоей стороны.

– Я понимаю все это, но эта связь, она меня убивает. Мне очень плохо, если…

– Если ты находишься далеко от меня, – закончил Маркус ее мысль, – поэтому я и предложил тебе остаться в моем дворце. Только есть одно но, нам нужно сделать так, чтобы метка проявилась, иначе вампиры во дворце начнут охотиться на тебя. Я бы не хотел, чтобы ты стала чьим-то ужином или обедом.

– Нерадужная у меня перспектива.

– А что сказала Александра? Возможно еще ждать или нет?

– Она ничего не сказала, – соврала Саманта, но Марк все уже прочитал в ее голове, – его губ коснулась улыбка: «Время пришло, тебе плохо без меня, значит, я сделаю то, что должен, как покровитель».

– Чего ты боишься, Саманта: меня, стать вампиром или не стать вампиром?

Саманта задумалась – «Я не знаю, и как сейчас, мне нравиться больше. Я устала страдать и мучиться от нестерпимой боли в Земном мире или дома, но как это сказать».

Марк решил держать в тайне, что читает ее мысли. Она это знала раньше, но видимо забыла.

– Мне лучше, когда ничего не болит.

– В этой комнате ты в любом случае в безопасности, а я могу исчезнуть, чтобы тебе не мешать или не исчезать? Ты бы как хотела? – Маркус постепенно подводил девушку к важному моменту.

Ей не хотелось отвечать на этот вопрос.

– Я не знаю, мне сложно.

– Может, начнем с несложной привязки? Прикосновение и поцелуй, так тебе будет легче меня понять.

– Нет, точно нет.

– Ты так смело запустила в меня кубком, а теперь боишься? Чего ты боишься, Саманта? Ты уже повернулась ко мне лицом. Хочешь немного пострадать? Считаешь, это пойдет нашей паре на пользу?

– Маркус, я тебя не знаю, мне нужно время, – а сейчас Марк понимал, что он должен сделать это, иначе сомнения пробудят тьму, и она начнет губить девушку.