Я привыкла быть одна, потому что ни разу за всю свою сознательную жизнь не испытывала ничего из того, что испытывают дети в полноценных семьях.

Родители бросили меня и оставили под дверью Мери, когда мне исполнилось пять лет. Мысли о них возродили в голове непрошенные вопросы.

Почему они бросили меня? Почему оставили своего ребёнка у порога чужого человека и исчезли? Кем они были? И самый болезненный вопрос. Вы оставили меня, потому что я сделала что-то не так?

Мери не могла на них ответить. Как и ее знакомые из социальной службы, которые вызвались найти моих родителей или хоть какую-то информацию обо мне. Потому что кроме имени у меня ничего не было: ни документов, ни памяти, ни прошлого.

Когда поиски закончились, даже толком не начавшись, Мери меня удочерила. Она отказалась от предложения отдать меня в приют. Многие уверяли ее, что взять ответственность за чужого ребенка и воспитать его невероятно сложно. Но Мери была непреклонна. Так мы образовали необычный тандем, который едва ли походил на нормальную семью. Она оставила мне фамилию, которая была указана в небольшой записке, которую родители оставили вместе со мной.

Грейс Джонс.

Просидев так какое-то время, я не сразу заметила, что небо замигало из-за молний. Раздался рваный звук грома. Как бы мне ни хотелось насладиться устрашающим природным явлением, перспектива насквозь промокнуть под дождем не особо впечатляла. Когда я встала, чтобы обойти озеро и отправиться домой, взгляд зацепился за фигуру, стоящую на мосту. Длинный плащ с капюшоном скрывал лицо и волосы. Уверена, этого человека не было здесь раньше.

Я хотела пройти за его спиной, но увидела, как незнакомец вцепился в деревянные перила, словно чувствовал нестерпимую боль. Дрожь сотрясала тело, а тяжелое дыхание было таким громким, что мне самой стало не по себе.

– Вам нужна помощь? – спросила я, надеясь, что мой вопрос останется без внимания.

Серое небо потемнело, как будто поглощая весь свет. Я вцепилась руками в капюшон и уже хотела пойти дальше, но женщина, судя по звукам, издала странный гортанный звук.

– Простите, вы слышите меня?

Она резко развернулась. Не знаю, как я удержала равновесие, отшатываясь. Нога скользнула назад из-за мокрого моста. Кроваво-красные глаза смотрели на меня с наслаждением и радостью.

Передо мной стояла Аманда Картер. Человек, ставший далеким темным прошлым, которого предпочли забыть. Женщина, которая рассказывала мне интересные истории из своей жизни. И причина, по которой Мелани стала изгоем в школе.

Пару лет назад миссис Картер начала проявлять интерес к крейгам, изучать их и видеть в них надежду всего человечества. Она считала, что с их силой люди способны делать удивительные вещи. В обществе, где крейги ассоциировались лишь со смертью, потерями и болью, никто не принял эту идеологию. Тогда я еще не знала, что людей, подобных миссис Картер, было много.

А потом она пропала. Многие думали, что ее убили крейги. Но нет… Она не стала жертвой монстров. Она сама стала монстром.

– Здравствуй, Грейс.

Я медленно начала отходить назад, придумывая пути побега. Молния расколола небо на несколько частей, лишь увеличивая страх. Крейг? Здесь? В одном из самых оживленных районов Атланты? Что за издевательская шутка судьбы?

– Не пытайся убежать, милая, – она улыбнулась. – В этом нет смысла. Я просто собираюсь поговорить с тобой. Разве ты не хочешь послушать одну из тех историй, которые я рассказывала раньше? Ты ведь так любила их, бывая у нас в гостях.

Ее светлые волосы едва достигали плеч. Пожалуй, только волосы и напоминали о том, какой раньше была миссис Картер. Все остальное изменилось. Зеленоватая шершавая кожа, неровные острые зубы, глаза, налитые кровью, и жуткий гнойный запах, от которого сбивалось дыхание.

– Ты всегда была такой смелой, – посмеялась миссис Картер. Это был насмешливый смех. – Как там моя малышка? Она сегодня была очень испугана.

– Вы виделись с Мелани?

– Нет. Она меня не видела.

Миссис Картер начала медленно подходить ко мне, но я продолжала отступать, надеясь… хоть на что-нибудь.

– Перестань так дрожать, – сказала она. – Это… раздражает.

Она не могла скрыть голод в глазах и желание убить.

– Из тебя бы получился отличный крейг, Грейс.

– Никогда!

В этот момент небо озарилось молнией. Я резко рванула в сторону выхода, прекрасно зная, что из этого ничего не получится, и упала, когда миссис Картер набросилась на меня со спины. Её что-то сдерживало, потому что было достаточно одного движения, одного удара в грудь, чтобы покончить со мной. Я начала паниковать, пытаться вырвать ногу и не потерять сознание от страха. Мы скатились с моста и рухнули прямо на мокрую траву.

– Я могу с легкостью убить тебя, но он будет недоволен, – прошептала она мне на ухо. – Он хочет, чтобы ты присоединилась к нам. Хочет, чтобы ты помогла нам.

– О ком вы говорите?

– О, милая. – Она провела своим пальцем по моей щеке, и я сморщилась от отвращения. Сломанный ноготь царапнул кожу. – Ты пока не достойна узнать его имя. Но он такой же, как и ты.

Дождь лил прямо на лицо, поэтому я плохо видела крейга, не могла проследить за его движениями. На кончиках пальцев миссис Картер появилось зелёное свечение, которое отнимало человеческие жизни.

Я закрыла глаза, сжав губы до крови. Она сказала, что не станет убивать меня, но почему тогда внутри от ее прикосновений появилась жгучая боль? По телу прошла сильная дрожь. Страх, злость и бешеный инстинкт самосохранения взяли контроль над телом. Я ударила миссис Картер в грудь своими ладонями, и она отлетела назад. Удар оказался сильнее, чем я рассчитывала.

– Что… что это…

– Не может быть!

Я перевела свой взгляд на крейга. Страх пронзил тело, когда она снова двинулась вперед. Её движения были быстрыми и уверенными. Инстинкты охотника против инстинкта добычи.

Но в этот раз ей было не суждено дойти до меня. Как только миссис Картер приблизилась, её пронзила молния. Я закричала и зажмурилась из-за яркого света прямо перед лицом. Попыталась отползти назад, но руки и ноги не слушались. Мокрая трава усложняла попытки. Миссис Картер снова отлетела от меня, но в этот раз после падения уже не двигалась. Белый свет на секунду озарил поляну возле озера, а затем все потемнело.

Я еле поднялась на ватных ногах и шагнула к лежащему на траве телу. Сквозь дождь я чувствовала палёный запах и видела искры в месте, куда ударила молния. Открытые глаза миссис Картер смотрели на небо, а кровавые слёзы стекали на землю, смешиваясь с грязью.

Это стало последней каплей для моего помутневшего сознания. Я осмотрелась, не зная, как поступить и к кому обратиться за помощью. А потом приняла единственное решение, которое помогло мне ощутить хотя бы немного спокойствия и безопасности. Я побежала домой.

✩✩✩

На кухне пахло паприкой и жареной курицей, от аромата которой у меня сводило желудок. Я убрала руки под стол, чтобы скрыть легкую дрожь, и посмотрела в пустую тарелку.

– У тебя все хорошо?

Я подняла взгляд и заметила, что Мери с беспокойством застыла у плиты, рассматривая меня.

– Да.

– Ты чем-то напугана?

– Нет.

Браво, Грейс.

Я дождалась, когда Мери вернется к приготовлению еды, и выдохнула. Говорят, что взрослые всегда подмечают изменения в поведении. Надеюсь, что этот раз станет исключением.

Светло-русые волосы Мери были собраны в небрежный пучок, который являлся неотъемлемой частью образа. Она еще не успела переодеться после работы, поэтому на ней до сих пор были надеты коричневые брюки, зауженные к низу, кремовая блузка с золотистыми пуговицами и жилет в тон брюк.

Единственное, что она успела сделать, – это поменять свои туфли на высоком каблуке на меховые тапочки с лисичками. Я до сих пор находила странным, что у женщины, которой этим летом стукнуло тридцать семь, которая так и не вступила в серьезные отношения, была зависимость от лис.

– Ты весь вечер тихая. И составляешь мне компанию перед ужином, – сказала она мягким мелодичным голосом. – Обычно ты запираешься в комнате и смотришь сериалы.

Я многозначительно на нее посмотрела.

– Может, потому что ты всегда говоришь по телефону из-за своей работы? – язвительно спросила я.

– Не начинай, Грейс.

– Почему ты не можешь отдыхать хотя бы в выходные? Что такого важного тебе нужно решить?

Мери замерла, не в силах скрыть удивление.

– У тебя точно что-то случилось.

Это был не вопрос.

На меня напал крейг, которого поджарили молнии, пока я чуть не умерла от страха. А у тебя как день прошел? Ей это следовало сказать? Как вообще объяснить случившееся?

Мери – единственный близкий мне человек в этом мире. Она могла не быть такой понимающей и сдержанной, могла вести себя ужасно с чужим ребенком и не волноваться обо мне. Но Мери не делала ничего из этого. И я была ей благодарна, просто не умела выражать эту благодарность.

Мери продолжала стоять и ждать ответа. Я вздохнула, положила вилку на стол и пригладила волосы в хвосте, который немного распушился из-за влаги.

– Просто… Сегодня кое-что произошло…

Мне не удалось закончить начатую фразу из-за звука телефона.

– Не бери, – попросила я, когда Мери потянула руку к трубке. – Я бы хотела… Поговорить с тобой.

Мери нахмурилась.

– Прошу тебя, Мер.

– Прости, Грейс. Это может быть важным.

– Важнее, чем я?

Мы смотрели друг другу в глаза, и я разочарованно выдохнула, когда Мери взяла телефон. Внутри все встало на свои места. Надежда сменилась принятием.

Это было ожидаемо.

– Мери Коулман, – ответила она четко и громко.

Мери начала медленно передвигаться по кухне, внимательно слушая кого-то. Ее лицо было таким молодым, что большинство людей считали, что она моя старшая сестра, а не опекун. А еще они считали, что Мери допускает ошибку, затрачивая время на меня, а не на свою личную жизнь.

– Скоро буду.

Я опустила взгляд на пол.

– Грейс, я…

– Все хорошо.

Правда. Хорошо. Не уверена, что хотела начинать этот разговор и пытаться разобраться в случившемся. Нападение крейга – прямой путь к хаосу, которого я старалась в своей жизни избегать. Главное ведь, что миссис Картер мертва. Верно?

Я развернулась и ушла в свою комнату. Из-за дождя и грозовых черных туч на улице ничего не было видно. Когда на первом этаже хлопнула входная дверь, я не выдержала и бросила подушку, лежащую возле меня, в дальнюю часть комнаты.

Удивительно, что после сегодняшнего дня только это вынудило меня показать хоть какие-нибудь эмоции.

Я медленно подошла к окну, увидела, как машина Мери отъезжает от дома, и мысленно пожелала ей удачи. А потом подумала, что не стану рассказывать ей про сегодняшний случай, если такого больше не повторится. Буду радоваться, что выжила. И просто забуду.