ГЛАВА 2

Мы с Мелани шли по заполненному школьному коридору, пока она рассказывала мне про поездку к кузине на выходных, а я пыталась игнорировать гул, от которого уже болела голова.

– Посиделки с родственниками – полный отстой. Моя тетя постоянно повторяла, что нам нельзя публично затрагивать тему крейгов, как-то выражать свое мнение или даже думать об этом. Вы только избавились от последствий глупого поступка Аманды. Понимаете? – пискляво повторила Мел слова своей тети. – Меня от этого тошнит.

«Я никогда не приму выбор мамы, – сказала как-то Мел. – Я люблю ее и очень скучаю, но втайне надеюсь, что она никогда больше не появится в моей жизни».

Вспоминая об этом сейчас, я чувствовала странную волну облегчения. Будь уверена, Мелани. Твоя мама больше не появится.

Но вдруг миссис Картер не умерла? Что, если это была имитация, чтобы обмануть меня?

После того, как Мери уехала на работу, я вернулась в парк и увидела, что тела не было на прежнем месте. Как и следов борьбы. Это совсем не успокоило меня.

– Забей, – сказала я и потуже затянула высокий хвост. – Они никогда не поймут то, через что вам с отцом пришлось пройти. Ведь это не им пришлось доказывать всему городу, что решение твоей мамы не имеет к вам никакого отношения.

Мелани согласно кивнула.

Мы продолжили путь по бесконечному коридору, протискиваясь между компаниями учеников и обсуждая романтический фильм с добавлением триллера, когда из-за поворота выскочила мужская фигура и врезалась в меня.

– Осторожней, красотка.

Я увидела лицо загорелого парня с насыщенными зелеными глазами и улыбкой, из-за которой всегда хотелось заехать ему по физиономии. Остин Робертсон был парнем номер один в школе и настоящим бабником. У него имелся блокнот, исписанный женскими именами и оценками, которые он ставил после свиданий.

– Дай пройти.

Остин сделал шаг в сторону, преграждая мне путь. Парни из его компании довольно заулыбались.

– Кто-то сегодня не в настроении?

– Я всегда не в настроении, когда рядом ты.

– Брось, Джонс, ты хочешь меня, – произнес Остин с самодовольной улыбкой. Когда он наклонился, чтобы прикоснуться ко мне рукой, я толкнула его в плечо. – Я могу многое тебе показать.

– Тысячная попытка привлечь мое внимание засчитана, Остин. А теперь – свали.

– Ты многое теряешь, крошка.

– Ты должен оторваться от собственного отражения и заглянуть правде в глаза. Я не собираюсь быть с тобой. Но могу сказать имена девушек, которые с радостью согласятся на эту сомнительную затею.

– Они не интересуют меня.

– С каких пор?

Я посмотрела на буклеты в руках Остина, и он, к сожалению, успел это заметить, посчитав, что мой интерес имеет к нему какое-то отношение.

– Я хочу, чтобы ты пришла на матч. Можешь даже взять свою подружку-изгоя с собой. Все равно это не помешает тебе быть на высшем уровне.

– Заткнись.

– Это удобно? На ее фоне ты смотришься еще горячее.

Я схватила его за заднюю часть шеи и наклонила к себе.

– Мое колено окажется между твоих ног быстрее, чем ты остановишь меня. Научился бы фильтровать то, что говоришь. Глядишь, и люди перестали бы видеть в тебе мудака высшего класса.

Остин попытался наклониться ко мне ближе, но второй рукой я надавила ему на грудь.

– Хочу увидеть, какой ты бываешь в постели. Уверен, что ты…

Я подняла колено и ударила его между ног. Томный звук сорвался с губ, когда я отпихнула его от себя.

– Сколько раз я должна врезать тебе, чтобы ты отстал от меня?

– Безумно много, – усмехнулся Остин, будто ничего и не было.

– Отвали от нее, Робертсон.

Я не любила, когда Мелани вмешивалась в подобные разборки. Легкая усмешка Остина и остальных превратилась в оскал. Если я была просто целью, которую добивались, то Мелания считалась жертвой, которую добивали.

– А ты не лезь, наследница. Помалкивай, чтобы не влипнуть в неприятности. Ты же этого не хочешь?

Наследница.

Гнусное прозвище от тех, кто был уверен, что Мелани пойдет по стопам своей мамы. Школьники специально шарахались от Мел и громко шептались, чтобы она слышала унизительные размышления на счет ее возможного будущего.

Я взяла Мел за руку и повела в сторону класса.

– Неприятности начнутся у тебя, если ты не заткнешься в ближайшее время.

– Джонс!

Я повернулась и безразлично уставилась на парня. Наконец-то улыбка пропала с его лица, но не по причине, которая меня радовала.

– На твоем месте я бы держался от нее подальше.

– Ты не на моем месте, – уверенно заявила я, стиснула ладонь Мелани сильнее и направилась дальше.

Я планировала сходить в столовую перед уроком, но ситуация в коридоре уже должна была разлететься по школе. Поэтому мы с Мел завернули за угол и спрятались в небольшом выступе рядом с лестничной площадкой. Мы часто сидели здесь, чтобы спрятаться от остальных.

Мелани – из-за издевательств.

Я – из-за разочарования.

Интересно, получится ли у меня стать счастливее в другом городе, подальше от Атланты? Например, где-нибудь в Лос-Анджелесе, наслаждаясь ярким солнцем, океаном и отсутствием знакомых.

Мелани села на широкий подоконник и уставилась на поцарапанные ногти. За лето ее светло-каштановые волосы отросли, но она снова состригла их до плеч. Я чувствовала, что должна что-то сказать. Но что?

Знаешь, Мел, несколько дней назад я встретила твою маму, которая пыталась убить меня, а потом умерла сама из-за удара молнии. Представляешь?

Мысленно я ударила себя по лицу и застонала.

– Ты хотела сходить в столовую, да?

– Нет.

Мелани мне не поверила.

– Все постоянно смотрят на меня и говорят обо мне. Скорее бы школа закончилась, и я уехала отсюда.

– Ты не сбежишь от постоянных разговоров, пока не перестанешь верить в это.

– Тебе легко говорить. У тебя все просто в этой жизни. Репутация в школе, нормальное отношение остальных учеников. Тебя все уважают.

– Репутация для тебя важнее всего остального?

– Грейс…, – простонала она и закрыла лицо руками.

Я не умела утешать людей, поэтому просто оставалась рядом, давая Мелани возможность почувствовать себя хоть немного в безопасности.

– Как ты делаешь это?

– Делаю что?

– Не обращаешь внимания на слова других людей? Тебе не бывает обидно? – спросила Мелани.

– Мне плевать на мнение других людей.

– Хотела бы я так же. Почему я просто не могу стать сильнее?

– Ты станешь, – уверенно заявила я, потрепав Мелани по волосам. – Забудь про этих идиотов. Они не стоят твоих переживаний.

Возможно, я смогла бы сказать ей что-то еще, но время у нас закончилось. Пришлось идти на урок, хотя это было последнее, чего мне хотелось.

Я заняла свое место на последнем ряду, достала одну единственную тетрадку и начала карандашом выводить линии на первой странице. Мелани, которая тихо сидела рядом и мысленно выстраивала стены от пристального внимания остальных, наклонилась ко мне и спросила:

– Снова этот же символ?

– Ага.

– Странно, что он снится тебе.

Мелани вздрогнула, когда компания девушек на первой парте громко засмеялась.

– Мне снится много странных вещей.

Психолог, к которому Мери заставила меня сходить в прошлом году, сказала, что у детей с детскими травмами иногда появляются навязчивые мысли. Я считала все это бредом, но слушала ее внимательно, чтобы высидеть пять сеансов и сказать Мери, что она может сама походить к психологу. А с меня хватит.

Рисунок представлял собой черное солнце с волнистыми лучами.

«Темный цвет означает внутренние переживания, а солнце – надежду, что в вашей жизни все изменится», – мысленно повторила я слова психолога.

Полный бред.

– Джонс!

Я закатила глаза, не поднимая головы.

– Слышала, что Остин опять пытался подкатить к тебе из жалости – сказала Дора, остановившись возле парты.

Половина класса подхватила ее смех.

– А я слышала, что он взял тебя после этого из жалости.

На этот раз смеялись все.

Я мило улыбнулась Доре и наклонилась над партой, давая понять, что разговор закончен. Дора какое-то время пыхтела над душой, но быстро сдалась и ушла.

Где-то на фоне прозвучал голос нашей учительницы по математике и восторженные голоса учеников. Я не сразу обратила на них внимания, разглядывая солнце. А когда подняла голову, замерла. Карандаш выпал из моих рук.

В класс зашли никриты.

Именно их я ждала в ту ночь, когда на улицах Атланты убили мужчину. Именно они должны приходить на помощь тем, кто больше всего нуждался в этом. Чудо-люди, обладающие способностью управлять стихиями. Спасители, на которых рассчитывает все человечество. Переоцененная группа хвастунов, веру в которых я потеряла уже очень давно.

Четверо мужчин и одна женщина выстроились вдоль стены в специальных черных кожаных костюмах, с холодным и огнестрельным оружием, с лицами, выражающими непоколебимую уверенность, и с мускулистыми телами, способными разорвать своих врагов голыми руками. От них исходила ощутимая энергия силы, превосходства, могущества.

– Вот черт.

– Ученики, – начала мисс Ален. – Знакомьтесь. Это Артур Вуд и его команда никритов.

Вперед вышел высокий мужчина с темно-каштановыми волосами. Все девушки в классе оживленно похлопали ему. Несмотря на то, что этот никрит не нуждался в особом представлении, а его лицо постоянно крутили по местному телевидению, я начала внимательно рассматривать его.

Спокойствие и заинтересованность, которые читались в карих глазах, смешивались с твердостью и стойкостью. На массивной челюсти проступила щетина, добавляющая брутальности образу. Он улыбнулся, превратившись из бойца в обаятельного мужчину, который захватил все внимание.

– Что думаешь? – спросила Мел.

– О чем?

– Ты опять в своих мыслях?! – буркнула она. – Он предложил нам всем посетить музей никритов возле Грант-Парка.

Я скривилась, показывая, что думаю по этому поводу.

Следующие полчаса мы слушали лекцию о работе никритов, особенностях силы и целей, которые они хотели достичь вместе с нами. На последних словах я фыркнула. К сожалению, в этот момент ученики замолчали, поэтому звук разнесся по всему классу. Сразу несколько пар глаз устремились в мою сторону.

– Вам есть что сказать, мисс? – спокойно спросил Артур.

– Нет, – ответила мисс Ален.

– Да, – одновременно с ней ответила я.

Мисс Ален уставилась на меня убийственным взглядом, но я устала сидеть и слушать то, что слушать не желала. Если хочешь уйти с урока пораньше, просто будь Грейс Джонс.

– Вы говорите, что никриты важны для всего человечества, но это абсурдное мнение. Учитывая, что списки погибших от рук крейгов пополняются каждый день, я все никак не могу понять, в чем состоит эта важность.

Одноклассники начали перешептываться и косо глазеть на меня. А я вдруг почувствовала себя некомфортно под пронзительным взглядом Артура Вуда. В отличие от мисс Ален, он держал себя в руках и не был застигнут врасплох.

– Вы сомневаетесь в нашей компетенции?

– Именно это я имела в виду.

– Грейс! – рявкнула мисс Ален.