Цитаты из книг автора «Сборник статей»

«Химера» на языке каббалы означает «мать света». Они охраняют гармонию и свет внутреннего пространства собора. Они хранят таинство трансформации пороков в добродетели в душе человека, идущего по пути. Они хранят принцип возвышения в человеке божественного начала над животным.

Например, собор Парижской Богоматери, заложенный епископом Морисом де Сюлли, строился 19 лет. При высоте здания 211 метров быстрота, с которой он был возведен, казалась знаком божественного вмешательства. По преданию, на помощь мастерам, строившим Нотр-Дам, пришли прекрасные юноши, которые не принимали награды за свои труды. В день, когда собор был освящен, они растаяли в воздухе, а монсеньору де Сюлли в то же время было видение: юноши парили в небе над храмом, подобно ангелам.

Как драконья голова на носу дракара (ладьи викингов) хранила корабль от злых сил, так и эти персонажи языческих легенд и преданий оберегают собор от проникновения в него всего темного и недоброго. Это духи народной веры, духи Природы, которые слушаются Христа и Богоматерь, помогают людям, не требуя ничего взамен. Это чудесные помощники из народных преданий и волшебных сказок.

Химеры соборов – это фантастические существа, иногда напоминающие животных или птиц, иногда людей или гномов. Хотя их гримасы и позы иногда устрашают, все же они больше

Руана поселился дракон по имени Ла Горгуль. Держа в страхе всех горожан, дракон требовал, чтобы каждый год ему приносили в жертву девственницу. Хотя хитрые французы и умудрялись подсовывать ему преступников, все же это были годы тяжелой дани. И вот однажды в Руан приехал священник по имени Романус. Узнав о кровожадном драконе, он пообещал руанцам избавить их от ужасного соседства, взамен же попросил построить в городе храм. Когда дракон был повержен, расторопные руанцы сожгли его, однако шею и голову Ла Горгуля, закаленные его огненным дыханием, уничтожить не смогли. Тогда решено было разместить их на крыше нового храма как предупреждение всем чудовищам и в память о славном подвиге Романуса.

При взгляде на фасад снаружи роза предстает как геометрическая фигура, четко очерченная, имеющая фиксированный центр, хорошо различаемая посреди пышного многообразия динамичных линий собора. Но внутри храма, видимая против света, роза лишается всякой материальности – каркас превращается в бесплотный узор; здесь уже царствует не форма, а свет. Так, изменяя свою позицию и точку зрения, от любования внешней красотой обращаясь к созерцанию внутренней божественной гармонии, человек постепенно меняет и свой взгляд на мир, приближаясь к истине. Это – одно из высших таинств, принесенных в мир готическим искусством.

И конечно же, роза – вечный символ любви. Любви, не имеющей преград, любви, побеждающей смерть, любви жертвенной, отдающей. Поэтому роза на фасаде собора – символ Богоматери, «розы без шипов», светлой розы, что росла когда-то в эдеме. Она, вместившая в себя и родившая Бога, стала олицетворением преображенной материи, пропитанной духовным светом.

В алхимии красная и белая розы символизируют два первоначала – серу и ртуть, а rosarium – это алхимическая работа, во время которой рождается вечное и умирает тленное.

Роза – один из древнейших образов божественной красоты и гармонии мироздания. Ее лепестки – это бесконечное множество миров, разворачивающихся из одного центра и создающих круг, идеальную, совершенную форму.

Их называли «глазами небес»… Огромные, более 10 метров в диаметре, витражные окна-розы словно стягивают к центру, к единой точке под сводом, все элементы фасада готического собора. Казалось бы, их идеальная круглая форма должна разрушать вертикальную заостренность и устремленность к небу готических элементов. Но нет, благодаря особому мастерству строителей витражная роза наряду со стрельчатой аркой и нервюрным сводом стала знаковым элементом готики, выразив ее главные идеи и принципы, и ушла вместе с ней, оставшись чужой для других архитектурных систем.